– Я о них и думаю, – огрызнулся Том, ища поддержки в молчаливом взгляде Валбура. – Он охотится за ней. Ходит по пятам. Почему ему можно нас убивать, а нам его – нет? Где справедливость?
– Восстановим, – заверил Валбур и потрепал мальчугана по давно не мытым волосам. – Что думаешь? – Это уже относилось к Бокинфалу.
Он ждал, что тот лишь пожмет плечами, однако Бокинфал состроил хитрую мину и сказал:
– Ротрам нас со свету сживет, если узнает, но я согласен, что нужно поставить этого ублюдка на место.
– Или положить, – радостно подхватил Том, вскакивая на постели.
Он не ожидал, что два взрослых воина вот так запросто послушаются его и не станут оттягивать с решительными действиями. Оба, не сговариваясь, быстро оделись и, старясь не шуметь, вышли из теплого помещения во двор. Там они остановились и лишний раз поинтересовались у Тома, уверен ли он в том, что знает, где живет Улмар. Уверен ли он?! Как и в том, что гада во что бы то ни стало надо прикончить! Иначе им с Феллой жития не будет.
Вот так и оказались они за оградой, куда пробрались тихо и осторожно, чтобы не переполошить ставших в последнее время бдительными стражей.
Для полного счастья Тому не хватало разве что острого кинжала за пазухой. Вообще-то на троих у них было два кинжала, которые по пути раздобыл Бокинфал, но Тому не досталось ни одного. Это стало их непреложным условием.
– Ты ведь не хочешь, чтобы твоя сестра узнала, что я разрешил тебе стать разбойником, и больше не пустила меня к вам на порог, – заметил Валбур, останавливая поток просьб, обид и увещеваний. – Даже не начинай.
– Она не узнает…
– Веди давай.
Тому ничего не оставалось делать, как вспомнить дорогу, которой он однажды шел по пятам за Улмаром, лелея в душе надежду на такой вот долгожданный случай. Тогда, правда, был день, и шел он вовсе не отсюда, так что сперва Тому пришлось отыскать то место неподалеку от рыночной площади, где он по привычке ошивался с приятелями, когда первым заметил сутулую фигуру, спрятался и уже не выпускал её из виду, пока ни дошел следом за ней до дома, откуда Улмар не показывался до самого вечера, из чего Том сделал радостный вывод, что раскрыл его логово.
Рынок даже в такое неурочное время не был пуст. Здесь ярко горели факелы, при свете которых расхаживали полусонные стражи. Кое-кто из лавочников только ещё закрывал свое хозяйство на ночь, другие, наоборот, сгружали новое добро, которое намеревались начать продавать с самого утра. Всем приходится вертеться…
На лицах обоих друзей Том замечал сомнения, однако не придавал этому особого значения, поскольку за свою недолгую жизнь привык полагаться на себя. И уж если он говорил, что знает, как найти Улмара, поверьте на слово – он не заблудится.
В отличие от мальчугана Валбур хоть и шел бодро, уверенности в правильности своих действий, а тем более в благополучном исходе задуманного у него, действительно, было немного. Если даже они найдут дом, что прикажете делать дальше? Врываться и разить ножом направо и налево? А если у этого фра’нимана семья, которая ни о чем не подозревает и ни в чем не виновата? Ждать под дверью, пока он ни появится? Но так можно прождать до самого утра, когда их хватятся у Ротрама и придется объяснять свою странную отлучку. Не годится. О том, что их могут схватить, Валбур старался вообще не думать. Такой исход означал конец всему. Но он продолжал идти, поглядывая по сторонам и надеясь на чудо: что Улмар не вернулся ещё домой, и они повстречают его где-нибудь по пути.
Далеко идти не пришлось. Том поплутал по переулкам, лишь один или два раза замедляя шаг и словно принюхиваясь к морозному воздуху, после чего твердо брал след и вскоре уверенно ткнул пальцем в ни чем не примечательную избу, стоящую на краю небольшой площади с колодцем посередине.
– Тута он живет. Что вы на меня так вылупились? Точно вам говорю.
Во всех домах, выходивших на площадь, кроме одного, свет был потушен, а ставни закрыты. В том же, где через узкие щели была видна одинокая лучина, Валбур увидел согнувшегося над столом человека, который что-то писал. Это занятие поглощало его настолько, что он едва ли догадывался, насколько уже поздно. Едва ли он станет им помехой.
Они подошли к избе с самой темной стороны и потрогали ставни. Заперты изнутри. Бокинфал жестом велел спутникам оставаться на месте и сам поднялся на порог. Осторожно потянул ручку двери. Не поддалась.
– Будем ждать? – спросил он, вернувшись.
– Чего? – не понял Том.
– Прихода твоего друга. Там его нет.
– Он там. Я чую.
– А я чую, что мы погорячились, – признался Валбур.
– Нет! – вспылил Том, не желавший расставаться с мечтой. – Будем ждать.
Отчаяние его было столь велико, что друзья не решились разубеждать его и послушно замолчали, собираясь с мыслями.
– Ты сказал, будто он там, но предлагаешь ждать, – напомнил Бокинфал. – Чего?
– Ну, я же не знаю, точно ли он дома. Мне просто кажется, что он уже должен был вернуться после неудачной охоты.
– Тихо. Кто-то сюда идет, – шикнул Валбур, прислушиваясь.
Теперь они все слышали отдаленное похрустывание снега.
– Это он! – подался вперед Том.
– Если и так, то не один, – резко ухватил его за плечо Бокинфал. – Стой смирно и не обнаруживай себя раньше времени. А лучше вообще помолчи.
Том обижено насупился, но в темноте этого никто не увидел.
Зато теперь стало отчетливо видно, что Бокинфал в очередной раз не ошибся: из соседнего проулка на площадь вышли четверо. Высокие, в капюшонах и плащах, волочащихся по снегу.
– Это они, – выдавил Том.
– Видели, знаем, – огрызнулся Бокинфал, наблюдая за противниками из-за угла.
А те, не прячась, вышли на середину площади и остановились возле колодца. Видимо, стали о чем-то переговариваться, но тихо, так что слов не было слышно.
– Его ждут, – снова не выдержал Том.
Не успел он это сказать, как за спинами притаившихся друзей скрипнула дверь, и на пороге появился ещё один незнакомец. Вид у него был встревоженный. Голову он втягивал глубоко в плечи и сильно сутулился. Раз он все это время прятался в избе, то мог заметить их попытки проникнуть внутрь. Все трое предусмотрительно отступили в тень и затаили дыхание.
Оставив дверь приоткрытой, сутулый огляделся по сторонам и поспешил с крыльца напрямки к колодцу.
– Он? – шепнул Валбур.
Том только и мог что кивнуть.
– Оставайтесь здесь, на всякий случай.
– Погоди, – встрепенулся Бокинфал, однако Валбур, пригнувшись, уже устремился к открытой двери и, не раздумывая, скрылся за нею.
Что я делаю, думал он, пробираясь по узким сеням и стараясь ничего не задеть, чтобы раньше времени не поднимать шума. Если меня умудрились не за что упечь за решетку, то что грозит мне теперь? Стряхнуть мгновенное оцепенение ему помог образ Феллы, радостно бросавшейся ему навстречу. За её спокойствие он готов был заплатить любую цену. Лишь бы Том-дурачок не сплоховал и не выдал их раньше времени. А уж на Бокинфала всегда можно положиться.
В избе стояла кромешная тьма. Только щели на ставнях прочерчивались в ней отдельными паутинками, но света внутрь не проливали. С одной стороны, хорошо, потому что и его тут непросто будет заметить. С другой, плохо, потому что он пока не понимает, где можно надежно спрятаться.
– Тэвил! – выругался он, задевая коленом какие-то палки, дружно рухнувшие на пол.
Не настолько громко, конечно, чтобы услышали с улицы, но если в доме ещё кто-то есть и пусть даже спит, обязательно проснется.
Замер. Прислушался. Даже принюхался.
Нет, тихо всё. Кажется, пронесло.
Валбур снова вспомнил, как сидел в вонючей комнате наедине с сумасшедшим узником. Он расставил руки, опустился на корточки, обшарил пол, выпрямился и медленно двинулся вглубь помещения. Сперва он заметил, что здесь всё ж таки теплее, чем на улице. Это означало, что где-то топился очаг. Или даже по-прежнему топится. А где огонь, там, разумеется, свет. Надо было искать.
