Перекрестки миров. Том 2 (СИ) - "Джек из тени"

— Это пощечина Империи! — брызгал слюной сенатор Корнелий, один из главных спонсоров оружейных мануфактур. — Они топчут нашу землю! Сегодня они строят лагерь, а завтра эти их стальные телеги покатятся на Новый Рим! Требую немедленно двинуть туда резервы!

— Раздавить наглых пришельцев, пока они не окопались окончательно! — вторил ему кто-то с галерки. — Отправить туда преторианскую гвардию! Сжечь всех магией до тла!

Кассий смотрел на этот зверинец с легкой, брезгливой усмешкой. Он даже не пытался кого-то перекричать. Вместо него это сделал Магистр Милитум, верховный главнокомандующий армией, Квинт Фабий. Мужик габаритов шкафа с антресолью, да еще в боевом доспехе прямо в Сенате, это привилегия, которую он заслужил, потеряв глаз в кампании десятилетней давности.

Фабий ударил пудовым кулаком по дубовому ограждению так, что оно жалобно хрустнуло.

— Заткнитесь, безмозглые торгаши! — прорычал главнокомандующий. Его единственный глаз горел яростью. — Двинуть резервы? Отправить преторианцев? А вы, жирные свиньи, пойдете грудью закрывать насквозь пробитый западный фронт⁈

В зале резко поубавилось смельчаков.

— Вы хоть понимаете, что несете⁈ — Фабий обвел патрициев презрительным взглядом. — Вы только что скулили о потере Аквилы! Малораны слишком сильно давят на западе и юге. Они пытаются отыграться за то позорное поражение у вторых Врат. Все наши свободные когорты, вся тяжелая кавалерия, все боевые маги прямо сейчас маршируют туда, чтобы заткнуть эту зияющую дыру! У меня нет сил, нет людей! Нет обозов, чтобы кормить армию в восточных болотах!

Генерал тяжело задышал, сжав зубы.

— И даже если бы у меня были свободные легионы… Вы вообще читали донесение Луция об оружии «зеленых»? Эти ублюдки пробивают барьеры малоранов на дистанции, с которой наши лучники даже не докинут стрелу. Железные телеги разрывают пехотный строй в клочья за мгновения после снятия барьера! Бросить сейчас на них войска, значит просто умыть восточный лес нашей кровью. Нам нечем атаковать. И точка!

— Выгребите всех из младших народов! — услышал магистр из задних рядов амфитеатра. Сенаторы тут же оживились.

— Кто там такой умный⁈ — взревел Фабий — Выйди и скажи это перед всеми! А потом дружно проголосуйте «за»! А затем лично поедете в провинции младших народов. А я посмотрю, как хвостатые нашпигуют вас стрелами, когда потребуете что-то сверху рекрутской повинности. Или есть желающие прокатиться к нашим ушастым? — с издевкой спросил магистр. — Заранее попросите собрать оставшийся от идиотов пепел в урну… Мы выгребли все на пять лет вперед и лишь личное обещание нашего благословенного Императора, что больше поборов не будет, спасло нас от бунтов!

Сенаторы подавленно замолчали. Осознание военной импотенции, когда ты привык диктовать волю целому континенту, на вкус оказалось дерьмовым.

Ситуация складывалась откровенно патовая, и римскому руководству приходилось выбирать между двух зол, причем оба варианта дурно пахли. Воевать на два фронта, ввязываясь в полномасштабный конфликт с обладателями сокрушительного, а главное, непонятного оружия, было равносильно самоубийству Империи. Армия просто порвется по швам. Но и пускать дело на самотек, покорно позволяя зеленым чужакам строить свои крепости на землях Третьего Рима, гордость не позволяла. Это был бы сигнал всем вассалам и врагам: Рим слаб, Риму можно гадить на голову безнаказанно, а там глядишь, что-то отщипнуть удастся!

В зале снова вспыхнули ожесточенные споры. Теперь уже не кричали, а ядовито шипели друг на друга, перебрасываясь обвинениями. Одни трясли кулаками и говорили о чести предков, предлагая хотя бы провести магическую бомбардировку стройки «зеленых» издалека. Другие, более прагматичные, апеллировали к сухим цифрам потерь и состоянию казны, предлагая сделать вид, что тот кусок того самого леса вообще Империи не нужен. Да и вообще, территории там так себе, тяжба с местными племенами и кланами всегда была тем еще геморроем. Даже дань толком никогда не собирали…

— Мы не можем просто игнорировать опухоль, которая растет на нашем теле! — настаивал Флавий.

— А вы предлагаете отрубить себе голову, чтобы вылечить прыщ на заднице⁈ — огрызался Фабий. — Любая атака на этот лагерь спровоцирует полномасштабную реакцию. Повторюсь еще раз! Все действия говорят сами за себя, за «зелеными» стоит государство, которое не спустит на тормозах уничтожение передового отряда! Мы лишь развяжем им руки, ударив первыми, показав, что мы ничем не лучше малоранов! Итог один, «зеленые» проедутся по всем без разбора, зачистив власть и оставив лишь лояльное население…

Балаган набирал обороты, грозя перерасти в поножовщину. И тут произошло то, что случалось крайне редко.

С тяжелого, инкрустированного золотом и рубинами трона, установленного в центре зала, медленно поднялся Император. Тит Валерий Север. Мужчина лет пятидесяти, с короткой седой стрижкой, резкими чертами лица и взглядом уставшего хищника, который слишком долго наблюдал за возней шакалов вокруг недоеденной туши. Он носил пурпурную тогу, но двигался с выправкой кадрового легионера, коим когда-то и был.

Император не стал бить кулаком по столу, просто поднял руку. Тита боялись до одури, потому что за его правление голов с плеч полетело больше, чем за предыдущие сто лет.

Император медленно спустился на две ступени, обводя взглядом своих патрициев.

— Вы спорите о чести и стратегии, как слепые котята в корзине, — голос Тита был негромким, но каждое слово впечатывалось в мозги. — Вы видите лишь то, что лежит на поверхности. Оружие, города, крепости, границы. Но вы упускаете главное.

Он повернулся к Магистру Оффиций.

— Кассий, зачитай последнюю часть рапорта Луция Аврелия. Ту, что касается первичного контакта.

Кассий, ни мускулом не дрогнув, достал из-за пазухи небольшой, перевязанный черной лентой свиток.

— Легат Луций докладывает о кратковременном контакте с командиром пришельцев на поле боя. Цитирую: «Неизвестный воин, по всей видимости, офицер, обращался к центуриону Гаю Марцеллу. Он отдавал команды и комментировал наши действия». Конец цитаты.

Сенаторы непонимающе переглянулись. Ну обращался и обращался. Что тут такого?

Тит Валерий Север усмехнулся холодной усмешкой.

— Кассий, не томи их. Скажи, на каком языке этот чужак отдавал свои команды?

Магистр разведки поднял глаза на зал.

— Пришельцы, пусть и с чудовищным акцентом, используя странные обороты и незнакомые слова… но все же сносно изъяснялись на латыни.

Фраза повисла в воздухе. Если бы сейчас купол Сената рухнул им на головы, эффект был бы менее ошеломляющим. Латынь! Не местный диалект, не варварский говор, не напевы сильванов. Язык Империи, язык законов, предков и богов.

Кто-то из сенаторов грузно осел на скамью, хватаясь за сердце. Латынь. Это ломало все шаблоны и переворачивало картину мира с ног на голову.

— Латынь… — прошептал сенатор Корнелий, побледнев как полотно. — Но… как? Они из другого мира за Вратами. Откуда им знать наш язык?

Император скрестил руки на груди, глядя на них с нескрываемым превосходством.

— Задайте себе этот вопрос, мудрейшие мужи Рима. Задайте и подумайте.

Осознание накатывало на Сенат медленно, как тяжелая океанская волна, сметая на своем пути все предыдущие споры и истерики. Латынь. Этот факт мог означать только одно, и мысль эта была настолько колоссальной, что в нее было страшно поверить.

— Прародина… — благоговейно с трепетом выдохнул верховный понтифик, старик в белоснежных одеждах, до этого дремавший в своем кресле. — Терра, откуда пришли Первые Отцы Империи… Это правда, они действительно явились с той самой утерянной Прародины!

По залу пронесся гул, но теперь это был гул шока и почти мистического ужаса. Если зеленые воины с огненными повозками, это потомки Первых Отцов, оставшихся на Терре… Если возможности так шагнули вперед, пока Третий Рим увяз в магии и бесконечных войнах… Это меняло абсолютно все политические расклады.