Мои слова всё-таки не слишком переубедили присутствующих. Но королева хорошо умела держать себя в руках. И сразу поняла, в чём дело.
— Что ж, полагаю, у вас пока нет причин нам доверять, — сдержанно произнесла она, — вы ведь поэтому не взяли артефакт с собой?
Я кивнул.
— Предпочитаю хранить свои козыри при себе до тех пор, пока мы не придём к соглашению.
— Чего вы хотите? — тут же прямо спросила она меня. — Какую цену мы должны заплатить?
— Хочу того же, чего и вы, — улыбнулся я, — уничтожения Салазаров.
— Но у вас есть условия? — снова догадалась королева.
Определённо умная женщина и не зря занимает столь высокое положение.
— Общие цели — благодатная почва для союза, — отозвался я, — я верну вам ваш драгоценный артефакт, как и обещал. Но сделаю это не просто по доброте душевной. Я сделаю это для своих союзников, объединившись с которыми мы вместе одолеем врага и продолжим сотрудничать как во время мира, так и во время войны.
Королева задумалась, но вскоре ответила:
— Справедливо. Я готова обсудить детали договора, но всё-таки хочу перед этим увидеть артефакт.
— Боюсь, это невозможно, — улыбнулся я, — придётся вам поверить мне на слово.
— Абсурд! — не сдержал возмущённого выкрика Тайдрин.
— Не вмешивайся, — снова шикнул на него Азурион.
— Сын мой, — обратилась к нему королева, — что ты скажешь о нашем госте? По-твоему, он говорит правду?
Азурион встал с кресла и поклонился матери, а затем ответил:
— У меня нет никаких причин сомневаться в его словах. Максимилиан Рихтер спас нас в Коста Сирене. Он делом доказал то, что ему можно доверять. Кроме того, я видел, что творится в Сальфорте, когда мы оказались поблизости. Город полностью перекрыт, и везде патрули. В том числе морские. Их намного больше, чем обычно. Когда мы уплывали, то несколько раз едва им не попались.
Слова Азуриона меня удивили. Я не замечал большой активности в водах вокруг нас, но, возможно, Сирены гораздо более чутко улавливали такие моменты. Думаю, что они не спускают глаз с Салазаров уже долгие годы.
Королева Мерисса снова задумалась, но уже через пару минут вновь начала говорить:
— Что ж, я доверяю суждениям моего сына и наследника. Азурион уже не раз доказывал, что умеет разбираться в людях. Кроме того, я достаточно стара, чтобы знать о Рихтерах. И, помимо разного рода страшилок про некромантов, я слышала, что Рихтеры всегда держали своё слово. Я поверю вам, Максимилиан, — она протянула мне руку.
Я вежливо её сжал, а затем произнёс:
— Вот только одного рукопожатия будет недостаточно, королева Мерисса. Я хочу, чтобы мы заключили магический контракт на крови.
Услышав это, многие из присутствующих не сдержали эмоций. Отовсюду стали раздаваться разные возгласы, но королева Сирен подняла руку, призывая к тишине.
Этого хватило, чтобы её подданные тут же замолчали.
— Я не буду отказываться от своих слов. Мы подпишем магический договор, как вы и хотите. Но перед этим как следует обсудим все условия. Вы же не торопитесь?
— Совсем нет, — ответил я, понимая, что мы здесь надолго.
В конце концов, королева отпустила всех, а меня и ещё парочку своих советников пригласила в зал для совещаний, где мы провели без малого три часа, обсуждая всевозможные детали и пункты договора. Так, чтобы не осталось никаких подводных камней и неудачных толкований.
Наконец, договор был подписан, и уже почти не сдерживая нетерпение, королева сказала:
— Теперь мы ждём выполнения вашей части сделки. Где Поющая Раковина Маринуса?
Я видел, что она напряжена. Что ни говори, а сейчас наступил момент истины. Действительно ли я — союзник Сирен или просто проходимец, который втёрся к ним в доверие ради каких-то своих выгод?
Но королева мне нравилась. Так что долго мучить её ожиданием я не стал и сразу же достал из-за пазухи контейнер, в котором я запечатал артефакт.
— Прошу простить мне эту маленькую хитрость, — улыбнулся я, — но, поверьте, это было исключительно для нашего общего блага. А Поющая Раковина Маринуса всё это время была со мной.
Жестом фокусника я распечатал коробку, и нас сразу же затопило мощным потоком магической энергии.
— Не верю своим глазам… — прошептала королева, — она действительно вернулась к нам. Я… возьму? — несмело спросила она у меня.
Королева Сирен словно разом потеряла всю свою царственную уверенность. Слишком велико было потрясение. К её народу вернулся артефакт, который они пытались отвоевать веками.
— Он ваш, — кивнул я. — Рихтеры всегда держат слово.
И королева осторожно его коснулась, будто бы боясь, что он такой хрупкий, что может развалиться от одного только прикосновения.
— Я не знаю, как вас благодарить, — вновь прошептала она.
— Соблюдения условий договора будет достаточно, — с улыбкой отозвался я.
— Разумеется! — с готовностью воскликнула она. — Вы теперь самый большой друг Сирен! И первый за долгое, долгое время. Поверьте, вы не пожалеете о своём решении.
Я хорошо понимал, о чём она. Подобно Салазару я вполне мог сам пользоваться силой артефакта.
Либо заломить перед сиренами непосильные условия. Уверен, что они пошли бы на всё, лишь бы получить реликвию.
А вместо этого предпочёл вернуть его истинным хозяевам, хотя ценность такой вещи трудно переоценить.
Но силы у меня и так всегда было в достатке. Пусть сейчас я и не вернул её полностью, но вскоре это произойдёт. Так зачем мне красть чужое? Собственное могущество — это важно. Но порой важнее получить верных союзников.
Тем более, таких сильных, как Сирены. Даже если до этого момента, они не могли сравниться с Салазарами по мощи, то вскоре всё изменится.
Ну и ещё одна деталь, которую невольно озвучила королева и которую я осознавал скорее интуитивно, но сейчас увидел подтверждение в её словах.
Они, как и я, были частью прошлого. Легендой, о который все постарались забыть. Страшилкой, на которую навесили грехи «победителей».
Но сейчас это прошлое вернулось. И готово покарать новых хозяев жизни. Так что есть в этом что-то правильное. А я всегда высоко ценил гармонию, и в своих творениях, и в стратегии, и в политике.
— Что ж, — продолжил я обсуждение, — теперь, когда всё окончательно прояснилось, не могу не спросить, как именно вы собираетесь воспользоваться возвращённым артефактом?
Королеву удивил мой вопрос, и она ответила моментально, даже не задумавшись.
— Мы будем мстить.
— Похвальное стремление, — отозвался я, — вот только предлагаю вам с этим немного повременить.
— Что вы имеете в виду, Максимилиан? — нахмурилась она, так же, как и все окружающие нас Сирены. — Разве не для этого вы вернули нам наше сокровище?
— Для этого, — не стал спорить я, — вот только не хочу, чтобы вы воспользовались им себе во вред. Сейчас Салазары всё ещё могущественны. А вы, наоборот, не успели войти в силу. Нужно время. Не бросайтесь на них сломя голову. Подождите, пока силы не сравняются. Они с каждым днём будут слабеть, а вы наоборот.
— Это… действительно ценный совет, — призналась королева, — мы всегда действовали прямо и готовы были ухватиться за любой шанс отомстить, но теперь, когда мы вернули раковину… не обязательно жертвовать собой.
— Именно! — подтвердил я. — Подумайте о будущем. Я не просто так заключил с вами союзный договор. Вы станете по-настоящему сильным кланом. Великим Кланом. В итоге вы займёте место Салазаров, которое и так должно было принадлежать вам по праву.
* * *
— Есть сигнал! — закричал Бастиан Салазар.
Он, как и его отец Арман, уже несколько часов не отходил от командного пункта, отслеживая всё, что происходит в городе и окрестностях.
Но до этого момента хороших новостей было мало. Вернее, их совсем не было. Каким-то образом похитители артефакта умудрились скрыться.
Отряды воинов и тайной полиции рыскали по всему городу, но не находили никаких следов. Ничего.
