Четыре породистые мантикоры.
Редкий черный пегас, как у лорда Тайны.
Пять грифонов.
А еще это пара лет моей безбедной жизни и спокойной уплаты всех взносов и отчислений…
Вместо которых у меня будут два ученика. Я сошла с ума, однозначно.
Казначей обитал в кабинете с решетками на окнах и кучей свитков и бумаг, занимающих все свободное пространство.
– Местресс Ринолет? – от раскатистого баса казначея свитки на стеллажах зашевелились. – Неужто виверна опять захворала, и нам снова придется оплачивать ваши услуги?
Казначей, как и положено, был скуп до крайности. Когда-то он ни в какую не соглашался с предложенной мной ценой в сто пятьдесят марок за визит. Пришлось долго объяснять и доказывать, что иначе я несу сплошные убытки, закрывая на день клинику и тратя уйму времени на дорогу. Деньги он мне каждый раз выдавал так, будто не из бюджета брал, а свои кровные от сердца отрывал, причем самые последние. И только в последние разы все-таки начал переводить деньги без возражений на мой счет в Миасском банке.
– Нет. Я по другому делу.
Услышав, что я пришла деньги не получать, а отдавать, казначей оживился, глаза его заблестели, на губах заиграла улыбка.
Главный казначей был наделен особой статью и соответствующим его размерам тембром голоса. А сидячая работа сделала его грузным, и от этого еще более необъятным.
– Это мы всегда пожалуйста, – потер огромные ладони мужчина, – это мы с радостью! А то не представляете, во сколько казне обходится содержание одного ученика местора Иолана.
Судя по виду учеников трудно было догадаться, что они дорого кому-то обходится. Да и недорогая поношенная одежда явно говорила не о достатке.
Ученические контракты легли передо мной, как по волшебству. Все же казначей не зря занимал свою должность, прекрасно ориентируясь в своем бумажно-денежном королевстве.
Расписку для Миасского банка, откуда будут переведены мои денежки, я писала чуть не плача, рука моя подрагивала, а голос разума нашептывал совсем другой текст о моем не светлом и голодном будущем, по большей части непечатными выражениями.
Вот тебе и пристроила рухха. Вместо этого мой зоопарк пополнится еще и двумя экземплярами, как бы это ни звучало. Вот что с ними делать? Я ведь ничего не смыслю в наставничестве. У меня самой наставника не было, я приехала на восток страны и сразу приступила к практике.
А еще их надо кормить… хотя, может, они умеют готовить? Это бы решило многие проблемы.
Интересно, а что я скажу Ксавьеру?
Стоп. А почему я вообще думаю о лорде Тайны? Я ничего ему не должна, да он, наверное, и сам не спросит. Мало ли, кто у меня живет.
И все же я чемпионка по усложнению себе жизни и наживанию проблем. Будет о чем в старости мемуары писать, если я до этой самой старости доживу, конечно.
20. Диагноз
Дома меня ждал очередной сюрприз. Майк устроился на кухне и беззастенчиво уничтожал запасы из холодильного шкафа. И все бы ничего, да та колбаса предназначалась Цере!
– Ах ты гад! – я отобрала у друга обгрызанный батон. – Живность мою объедаешь?
– Тебе для меня колбасы жалко? – обиделся Майки.
– А какой вкусняшкой мне потом радовать цербера за хорошее поведение и послушание?
– Давай будем считать, что ты меня порадовала за хорошее поведение? – предложил друг.
– Кстати об этом…
Уже по тому, как я начала надвигаться, Майк понял, что дело пахнет жареным, поэтому встал со стула и принялся обходить стол, оставляя между нами препятствие.
– Майк, – ласково сказала я. – А что это вчера вечером такое со мной было, а?
– Сам удивился, – развел руками друг. – Наверное, и тебе ничто человеческое не чуждо.
– Мне-то не чуждо, но не до такой же степени?! Чем меня вчера напоили?
Я попробовала сделать хитрый маневр, резко дернувшись в одну сторону, а потом побежав в другую, но Майк его разгадал и не повелся. Между нами по-прежнему стояла нерушимая преграда. Точнее, преграда очень даже рушимая, но за чем тогда я буду есть?
– Дорогуша, я уже провел беседу с матушкой, она обещала, что такого больше не повторится, – Майк пружинисто стоял, готовый в любой момент, что к побегу, что к прыжку.
– Ладно, с твоей мамой все понятно. Но ты же видел, что со мной что-то не так, зачем было везти домой, зная, что там Ксавьер?
– А разве тебе не понравилось? – искренне удивился Майк, чем выбесил меня еще больше.
– Вот ни капельки, веришь?
– Он так плох? – посочувствовал лорду друг.
– Нет, дракон тебя сожри, он отлично целуется! – за Ксавьера стало обидно.
– Так… а дальше? Поделись, как все прошло? – заинтересовался Майк.
– А дальше он отправил меня спать, – обломала я лучшего друга.
– И все? – на лице Майка отразилось такое искреннее разочарование, почти детская обида, когда ты на день рождения попросил игрушку, а в коробке тебя поджидала очередная умная книжка.
– Все. Он, в отличие от некоторых, порядочный мужчина.
– Нда… а может, это ты так плохо целовалась?
– Я нормально целуюсь. По-моему, Ксавьеру нравилось, – на секунду я засомневалась, а вдруг он просто не хотел? Ох, опять эти глупые мысли! – Да какая вообще разница?
– Короче, вы оба дураки, – вынес вердикт друг. – Я такие надежды на вас возлагал, так ждал вечера, чтобы расспросить, а вы…
– А что ты вообще делаешь у меня дома? – я взяла доску и начала нарезать колбасу. Цере тут все равно на один зуб, а мне не помешает заесть стресс от потери крупной суммы денег.
– Так ты мне сама, когда только клинику открывала, ключи запасные дала, – напомнил Майк и стащил очередной кружок прямо из-под ножа. – Я пришел, а никого нет. То есть есть, но дверь открыть некому. Не буду же я ждать снаружи, согласись?
– Соглашусь. Правильно я тебе ключ дала, а то ты бы и в окно полез, чтобы все разузнать, – заметила я.
Долго злиться на Майка у меня никогда не получалось.
– Так где ты была почти полдня? – жуя колбасу, полюбопытствовал друг.
– Хотела пристроить рухха в королевский зоопарк, – тяжелые воспоминания я тут же попыталась заесть колбасой.
– И как? Удачно?
– Ну, смотря что считать удачей…
– Так, я не понял, рухха пристроила или нет?
– Нет.
– А в чем удача? – не понял Майк.
– В том…
И в этот момент в дверь позвонили. Судя по едва тренькнувшему звуку, это как раз те, кто сейчас наглядно объяснит, в чем моя удача.
– Пойдем, – сказала я Майку. – Будешь знакомиться.
За дверью стояли, переминаясь с ноги на ногу, двое моих учеников.
– Проходите, – сказала парням я.
Майк пока молчал. Как эмпат, он предпочитал сначала как следует разглядеть и прочувствовать незнакомых людей.
– Давайте знакомиться, – предложила я. – Меня зовут Линда Ринолет, а это мой друг – Майкален Гаром.
Ребята кивнули.
– А вас как звать?
– Я Рей Солев, – тихо представился брюнет, – а это Кейвин Милд. Для друзей он просто Кейв.
– А сам он представиться не может? – поинтересовалась я. Если у моего ученика имеются какие-нибудь проблемы, надо сразу это выяснить.
– М-м-мог-г-гу, – ах, вот оно что. Не удивительно, что Кейвин, он же Кейв, предпочитает молчать.
– Он просто нервничает, – пояснил Рей. – Обычно он не так сильно заикается.
Я вздохнула. Видимо, будет нелегко.
– Итак, Майк, – с самой радостной улыбкой, на которую я была способна, повернулась к другу. – С этого момента эти двое очаровательных молодых людей мои ученики, а я их наставница.
– Твои… кто? – не поверил Майк.
– Ученики, – так же радостно пояснила я, будто всю жизнь мечтала о наставничестве.
– А ты для них… наставница? – все так же не веря переспросил друг.
– Да.
Майк пару секунд переваривал услышанное, а потом засмеялся.
– Слушай, ну отличная шутка! – одобрил друг. – Я бы даже ввел это в разряд коротких анекдотов, которые можно рассказывать в кругу знающих тебя людей: Линда взяла учеников.
