– А давайте проверим? – осенила светлую голову Майка очередная идея. – Что выбираете: магическое воздействие или отрицательные эмоции?
– Я бы выбрал положительные, отрицательных мне на сегодня достаточно, – поморщился лорд. – Да и сознание терять как-то не хочется.
– Не беспокойтесь, – друг был преисполнен энтузиазма. – Рядом с вами два квалифицированных целителя. И недалеко еще два, но этих не считаем.
– Тогда лучше магия, и я, пожалуй, сяду.
Ксавьер не постеснялся устроиться поудобнее в моем кресле, положил руки на стол и принялся ждать, когда Майк начнет применять магию.
Я стояла в сторонке, решив не присоединяться к творящему беспределу. Мне, уже дважды имевшей сомнительное удовольствие приводить лорда в чувство, участвовать в эксперименте не хотелось.
Майкален не придумал ничего интереснее, как создать огромный светящийся шар и гонять его по комнате. Минут через десять ему надоело, а лорд, переменив уже несколько поз, терять сознание не спешил.
– Не работает, – вынужден был признать Майк.
– Знаешь, – пока я наблюдала за шаром, в голову пришла мысль, – а может, нужно прямое воздействие?
Темной магии…
Первый приступ случился, когда Ксавьер пришел из дома Пауля. Предположу, что там он вполне мог наткнуться на вещи местора, которые проверил и коснулся темной силы. Концентрация небольшая, действие получилось отсроченным. Плохо ему стало в храме, где собралась целая толпа проклятийников.
Я вспомнила слабенькое проклятье из книги местора Пауля, не уверена, что смогу воспроизвести его правильно, но суть передам. Кокон темной магии окутал лорда. Мой потенциал темной магии был ограничен пятеркой по пятнадцатибальной шкале, воздействие вряд ли получится сильным. Но результат не заставил себя ждать.
В общем, хорошо, что лорд сидел.
Едва намеченную связь между пациентом и целителем я без колебаний перерубила, окончательно приняв, что ничего из моей затеи не выходит.
– Дорогуша, – Майк коснулся затылка лорда, проводя общее сканирование. – Кажется, ты переборщила.
– А что я? Это была твоя идея. Вот и приводи его в чувство.
– Да если бы он просто сознание потерял, – друг озадаченно проверял жизненные функции Ксавьера. – У него давление падает, а температура растет. Аритмия. И вообще полное ощущение, что у нашего лорда разом начинают отказывать все органы.
А вот это что-то новенькое. Или я раньше так глубоко не сканировала…
Дыхание сбивалось и явно давалось пациенту с трудом, так и до кислородного голодания недалеко.
Я начала восстанавливать все жизненно важные функции: выровнять пульс наша первоочередная задача, поднять давление, нормализовать дыхание, прибегнув к искусственной вентиляции легких (спасибо магии, благодаря которой это не приходится делать рот в рот). Теперь температура, которая не хотела спадать сама. И на несложные, по целительским меркам, воздействия, я снова трачу уйму сил.
– Как в бездонную бочку воду лить, – я тяжело оперлась на стол, еще немного и лягу рядом.
– Его организм будто не принимает магию, никогда такого не видел, – признал Майк. – Как ты действовала в таких случаях раньше?
– В прошлый раз пощечины помогли, в позапрошлый – стимуляторы.
– Лично я за стимуляторы, – я с насмешкой посмотрела на друга, не поднимается, значит, на лорда рука.
– На кухне в верхнем ящике аптечка, неси всю и воду. Попробуем обойтись без стимуляторов.
Пока Майк вышел, я наклонилась и всмотрелась в бледное лицо Ксавьера. Что же с ним происходит? И почему магия так плохо работает? Действуя исключительно на удачу, я достала из ящика артефакты-накопители, заполненные огненной магией игуаны, и вложила в руки Ксавьера.
В итоге, когда Майк пришел, захватив с собой не только аптечку, но и моих учеников, лорд сам открыл глаза. И даже пощечины не понадобились.
– Я бы сказала, что вы реагируете не только на темную магию, но и на направленную магию вообще.
– Но на темную реакция сильнее, – продолжил мою мысль Майк. – На вас даже слабенькое и неоформленное проклятье Линды подействовало, будто профессионал проклинал.
– Кстати, местор Пауль говорил, что ослабил проклятье в защите до третьего-четвертого уровня, – вспомнила я. – При этом оно вас чуть не убило.
– А значит проблема появилась раньше, а проклятье послужило катализатором и ускорило процесс, – сделал тот же вывод Майк.
– Это все хорошо, – Ксавьер принял относительно сидячее положение, продолжая опираться локтями о стол и сжимать в кулаках накопители, – но что со мной происходит, и как это лечить?
Здесь нам сказать было нечего. Да и все-таки в моем доме собрались специалисты по животным. А у людей достаточно собственных специфических заболеваний.
И снова о том, чтобы отправить Ксавьера домой, не шло и речи. Майк предложил отвести его ко мне в спальню, раз уж гостевую я решила передать ученикам. Сошлись на том, что Ксавьер еще ночку поспит в гостевой, а парни как-нибудь перекантуются внизу.
В гостевой спальне Дао вяло поднял голову из-под одеяла и посмотрел на своего постоянного соседа. Похоже, василиск тоже привык к тому, что спит не один и даже находил в этом что-то хорошее. Или хотя бы теплое.
– Линда, я бы хотел извиниться…
– Что вы, Ксавьер, – отмахнулась я. – Это все Майк с его практическими методами. А парням, наверняка, и не в таких условиях ночевать приходилось.
– Почему вы их взяли? С трудом представляю вас в роли наставницы.
– По глупости. Или из жалости, что в моем случае одно и тоже.
– А извиниться я собирался за прошлую ночь, – Ксавьер поймал мою руку. – Так и не решил для себя, правильно поступил или нет. Я не хотел вас обидеть, если что. Просто утром не знал, как об этом поговорить.
– Давайте не будем об этом говорить, – попросила я. – Постарайтесь просто забыть.
– Ну уж нет, такое трудно забыть, – заулыбался лорд.
– Быстро спать! А то опять прокляну! – теперь у меня имеется рычаг воздействия на лорда Тайны. Приятно.
Внизу нашлись мой друг и ученики, под его диктовку выписывающие в столбик симптомы.
– Дорогуша, глянь, ничего не упустили?
Я пробежалась глазами по внушительному списку. Вроде, все.
– Итак, идеи? – Майк тоже читал и хмурился. Значит, не одна я не знаю, что с лордом.
В голову ничего дельного не приходило. Симптоматика, прямо скажем, странная, во многом взаимоисключающая.
– Эм… м-м-местрес… у меня е-есть одно предл-л-ложен-ние, – запинаясь, начал Кейв. – Только я не-не увер-рен…
– Выкладывай, – я была готова выслушать любую дичь. Смотри, и натолкнет на дельную мысль.
– Вы то-только не см-мейтесь… это может пока-казаться стран… стран…
– Говори уже, красавчик! – не выдержал Майк, опередив меня на доли секунды. – И так нервы на пределе.
– Лу-лучше пок-кажу, – решил парень и полез в заплечную сумку. Что с разговорами у него все сложно, не заметит только глухой.
Книга, которую мой ученик извлек из глубин безразмерной сумы, насторожила сразу. Потрепанный и видавший виды фолиант назывался: “Предания и легенды драконьей эпохи”. Если перевести на нормальный: сборник сказок.
Ладно, подождем. Я ведь сама разрешила говорить всякую дичь.
Когда Кейв дрожащими руками долистал до нужной страницы, я поняла, что он переборщил. Даже для самой невероятной гипотезы эта идея выглядела слишком ненормально. Я почти сказала это вслух, как Майк склонился над пожелтевшими листами и принялся вчитываться.
– Дорогуша, ты только посмотри, – друг, водил пальцем по строкам, теперь и его руки начинали дрожать.
– Майк, ты серьезно? – чтобы такой трезвомыслящий человек поверил в сказку…
– Да посмотри же ты! – и голос мой друг повышал нечасто…
Теперь настала моя очередь читать, и чем дальше я просматривала историю, которую впору рассказывать ночью у костра, тем сильнее хотела, чтобы все написанное и впрямь оказалось лишь вымыслом. Но оно слишком походило на правду. На нашу совершенно реальную правду, отдыхающую на втором этаже. Это тоже был рассказ о человеке, маге, не самом выдающемся, одним из многих, на месте которого мог оказаться любой другой. И этот маг заболел… Его симптомы, течение болезни, признаки…
