Не остался в стороне и Гюнтер. Но его, очевидно, интересовали сугубо деловые вопросы.
— И кого ты предлагаешь нам послушать? Сирен?
— Именно, — ответил я, — позвольте представить: Королева Мерисса!
Я сделал картинный жест рукой, и по его направлению возникла голографическая фигура моей союзницы.
— Как ты посмел⁈ — задохнулся от возмущения Арман. — Привести на совет Великих Кланов… вот это!
Салазар даже не нашёл подходящих слов, чтобы дать определение нашей гостье.
Но отвечать на этот выпад я не стал. Королева и сама решительно вступила в словесную схватку.
— Если кто и не должен здесь находиться, то это ты, вор! — бросила она ему обвинения прямо в лицо. — Вероломным предательством ты убил множество Сирен, украл нашу магию и вынудил веками скрываться под водой. Но теперь мы вернули нашу силу и вернулись, чтобы по праву занять своё место среди Великих Кланов.
— Украл магию? — удивился Гюнтер. — Это как?
— Да она бредит! — воскликнул Арман. — Вы что, действительно решили принять её слова за чистую монету?
На лицах остальных князей повисло задумчивое выражение. А Салазар продолжил:
— Нам не стоит тратить ни минуты времени на это пустословие. И, похоже, что назрела необходимость для создания новой системы связи для совета Великих.
— Я вот только одного не пойму, — заговорил обычно молчаливый Канвар, — почему раньше Сирены не могли доставить тебе никаких неприятностей, а теперь стали такой проблемой?
— Потому что у него больше нет нашей силы! — воскликнула Мерисса. — Теперь мы снова владеем нашей древней реликвией, которая когда-то и вознесла Салазаров на ваш уровень!
— Что, и это бред? — засмеялась Регина, обращаясь к Арману.
— Конечно! — воскликнул он.
Старик явно не терял надежды убедить совет в своей правоте.
Но Мерисса вошла во вкус и продолжала давить. Ещё бы, впервые у неё появилась возможность встретиться с заклятым врагом лицом к лицу. Пусть и в голографической проекции.
— Салазар больше ничего не может нам сделать. Ничего. Это мы убили его сына, который пытался вновь отобрать нашу реликвию. Это мы теперь контролируем торговые маршруты в океане. И ваш Арман больше никак не может на это повлиять! Его вассалы публично отказываются от него и встают под наши знамёна! И скоро мы окончательно его уничтожим!
Королева была великолепна в своей ярости. Даже я проникся этой речью. А она с чувством продолжала:
— Поэтому решайте, господа, с кем вам выгодно сотрудничать. С Сиренами, истинными властителями океана. Или с этим слабаком, который ни на что не годен без нашей реликвии! Всё, что он сейчас может, это выехать за ваш счёт!
Мерисса замолчала, и вокруг повисла тишина.
Арман заметно побледнел и, похоже, ещё не придумал, что ему ответить на такие серьёзные обвинения.
Да и другие князья призадумались.
Ну а первой нарушила тишину, конечно же, Регина.
Она больше не выглядела весёлой и беззаботной. Скорее злой.
— Значит, о реликвии ты предпочёл умолчать, да, Арман? — грозно уставилась она на него.
— Никакой реликвии нет! — воскликнул он. — Это всё ложь!
— Вот и посмотрим, — прошипела она. — Ненавижу, когда меня водят за нос. В любом случае это всё меняет!
— Что ты имеешь в виду? — уточнил Гюнтер.
— А то, что нам нет никакого смысла за него сейчас вступаться! Если реликвии не было, значит, он всё ещё Великий Князь, так ведь? И его сил должно хватить, чтобы противостоять Сиренам. А если реликвия существует и она сейчас у рыбоньки, — хищно улыбнулась Сципион, — то зачем нам этот слабак?
— Действительно, — хмыкнув, согласился с её доводами Штайгер. — Сегодня мы поможем ему, а завтра какой нам от него прок? Одно дело, если его сила сравнима с нашей, но если он самозванец…
— Рискнёшь сразиться со мной, Гюнтер⁈ Ответить за твои слова! — в сердцах крикнул Арман.
Я же ухмыльнулся. Что-то Регине он такое предлагать побоялся.
Впрочем, Штайгер тоже не собирался принимать его предложение:
— Сразись сначала с Сиренами. Наведи порядок в своих владениях. А потом я принесу свои извинения. Если будет кому…
Сказав это, он отключился. И его примеру тут же последовали остальные. Причём даже не потрудившись что-то сказать напоследок.
В конце концов остался только Арман, Королева Мерисса и я.
А затем на мне остановился блуждающий взгляд Салазара. И в его взгляде мелькнула догадка.
— Рихтер, — дрожащим от ярости голосом обратился он ко мне, — а что ты вообще делаешь вместе с Сиренами? Это всё твоя работа, да?
Я улыбнулся.
— Нет, Арман. Разве это я предал и обокрал своего друга? Разве я нажил себе таких врагов? Просто рано или поздно за всё приходится платить. И настал твой час расплаты.
* * *
— А мы точно успеем уехать? — волновались люди на вокзале Сальфорте.
Воспользовавшись паникой, Десмонды заработали на этом, наверное, целое состояние.
Они пустили на этот маршрут столько поездов, что те теперь ходили буквально один за другим.
Ещё бы. Почти целый город активно эвакуировался, несмотря на все заверения Салазаров, что с Сальфорте ничего не случится. Что это лишь блеф.
Проверять это заявление на собственной шкуре мало кому хотелось. Так что люди собирали ценные вещи и уезжали подальше от побережья. Ну или уплывали по морю.
Здесь тоже нашлись свои бизнесмены, которые временно забросили даже перевозку грузов, потому что вывозить людей стало гораздо выгоднее.
Тем более, что будто бы само море помогало им в этом, подталкивая корабли в нужном направлении.
Так что к исходу второго дня в городе остались разве что самые упрямые или самые преданные Салазарам.
Ну и сами Салазары, разумеется, тоже.
Несколько десятков архимагов выстроились на опустевшем побережье, неподалёку от их кланового замка.
И теперь с тревогой вглядывались вдаль. На океан, откуда, очевидно, и готовилось нападение.
Арман, стоящий перед ними, как предводитель, как мог старался подбодрить своих воинов:
— Не бойтесь, друзья! Все вы, как и я, хорошо знаете, на что действительно способна реликвия, а на что нет.
Он прошёлся по горячему песку и продолжил:
— Сиренам не хватит ни энергии, ни способностей, чтобы как-то навредить нам или уж тем более нашему городу. Сегодня мы отобьём их атаку, а завтра найдём способ сварить из них уху и вернуть раковину!
Его речь действительно несколько вдохновила соратников. И даже зазвучали воинственные крики:
— Да!
— Покажем им!
— Не позволим навредить Сальфорте!
Салазары ждали нападения. Готовились к нему.
И вот на горизонте, там где океан встречается с небом, появилось едва заметная рябь.
Но с каждой секундой она становилась всё внушительней, пока не стало очевидно, что в сторону замка движется огромная приливная волна. Цунами, масштабней которого мир ещё не видел.
Глава 8
— Разберёмся! — решительно заявил Арман Салазар и для верности повторил ещё громче, — разберёмся!
Салазары мрачно смотрели вдаль на неумолимо приближающееся к городу цунами.
Но теперь, оценив его масштабы, они были вполне спокойны. Особенно их глава, который, казалось, совсем расслабился.
Не то чтобы он оценивал предстоящую задачу как лёгкую, но всё-таки рассчитывал, что справиться с ней ему будет вполне по зубам.
Если Сирены думают, что всё, на чём держалась его власть — это раковина, то их ждёт разочарование.
Арман всегда придерживался мысли, что даже самая сильная реликвия в руках бездарностей не даст ничего, кроме проблем.
И если бы он сам не забрал её у Эстуара, то это обязательно сделал бы кто-нибудь другой.
Может быть, Сирен и не назвать слабаками, но они всегда были не от мира сего. Они плохо разбирались в политике. Не понимали, что движет людьми и как с ними правильно выстраивать дипломатию.
Наивные и чересчур прямолинейные, они даже после того, как лишились реликвии, не смогли сделать правильных выводов. И, словно лемминги, век за веком убивались об его клан.
