— Будем считать, я этого не слышал. Линда, ответь мне на один вопрос: почему ты все-таки не попросила у меня денег? И ведь я тебе сам предлагал. Что за упрямство?
— Ты уже один раз дал мне денег, помнишь? Двадцать тысяч заплатил за собственное лечение вместо оговоренных десяти. Я тогда решила, что это аванс на будущее. Как чувствовала, что это не конец и придется с тобой еще повозиться.
— Так ты же потратила их на покупку двух симпатичных учеников, — едко напомнил жених. Будто я могла о таком забыть.
— Давай не будем рассматривать мои инвестиции в сотрудников клиники как покупку живого товара, — можно подумать, у меня тут рабовладельческий строй какой-то.
— В чем-то мне нравится твоя логика, и как жена ты очень удобная — точно по миру не пустишь.
— Ты просто не знаешь, что мне на все нужна еще минимум двадцатка, — и это только начало.
— Значит будет. И ингредиенты я закажу по своим каналам. Не то чтобы я не верил в твоего друга-меха, но на всякий случай. У меня тоже есть неплохие связи в разных кругах общества. И в отличие от кое-кого, у меня все абсолютно легально и чисто.
Я молча переваривала услышанное. Столько нервов и переживаний, а вопрос оказался пустяковый…
— Видишь, совсем не сложно, — улыбнулся Ксавьер. — Если, конечно, не героически все взваливать на свои плечи, а распределять нагрузку.
— Тебе легко говорить, ты такие решения каждый день принимаешь. Уверена, окажись ты на моем месте во время тяжелой операции, тоже бы растерялся, — ну не признавать же собственную ошибку, правда?
— Именно поэтому ты никогда не увидишь меня со скальпелем за операционным столом, — серьезно ответил жених, но сразу продолжил: — Но я рад, что ты мне все рассказала. Пусть и с некоторым опозданием, — многозначительно заметил Ксавьер.
— А тебе не о чем мне рассказать? Кроме как об ужине с владельцем Миасского банка.
Да, чувствую, пора менять любимый банк. Пусть Миасский и считался самым крупным и надежным, а еще удобным. Вот она — цена надежности. Не успела кредит взять — сразу жених узнал. Нет уж, не надо мне такого счастья. Вдруг этот Айрат и с моим отцом знаком?
— Мы вывели из анабиоза грабителей, они живы, клятву мы с них сняли давно, так что им со стороны нанимателя ничего не угрожает.
— А с вашей стороны?
— А с нашей посмотрим. Надо узнать, в чем именно они замешаны, но на десяток лет каторги, уверен, наберется.
— А ты не хочешь предложить им сотрудничество со следствием? — почему-то я чувствовала себя виноватой перед людьми. Все же мой питомец их едва не убил. Не возьмись за их спасение Тайная служба — еще неизвестно, чем бы все закончилось.
— Какое сотрудничество? — поднял брови жених. — Они мелкие сошки, которые и знать-то толком ничего не знали. Они бы рады с нами сотрудничать, но кто за всем этим стоит — они понятия не имеют. Их нанимали через третьи руки, в которые они передавали награбленное, часть оставляя себе. Ничего нового они нам не сказали.
Чувствую, идти на послабления лорд Тайны не привык. А с виду кажется таким милым.
— А в остальном?
— А в остальном — через два дня приезжают мои родители. Ты рада?
— Безумно, — я аж скривилась от радости.
— Не сомневался. Я отправил приглашение твоей семье на совместный ужин. Мне уже ответили, что оно принято.
— Так ты же тут пытался помолвку разорвать! — возмутилась я. Это ж надо, он за моей спиной все проворачивает! Приглашение, видите ли, направил!
— Какая ты, оказывается, доверчивая, — довольно улыбнулся лорд, а я чуть не задохнулась от возмущения. — Зато смотри, за один час мы продвинулись с тобой дальше, чем за предыдущий месяц. Не злись только, — Ксавьер обошел стол и сел передо мной на корточки, заглядывая снизу вверх.
Ну как на него злиться?
Среди светлых, пепельных волос сидящего напротив мужчины нашлись совершенно белые прядки. Седина? Так рано? Я осторожно коснулась белых волос, пропуская их сквозь пальцы. Ему ведь нелегко, и я тут еще волнений добавляю.
— У нас есть рецепт лекарства и мы тебя вылечим, — пообещала я. Себе или ему? Какая разница.
— Да, об этом я и хотел поговорить, — Ксавьер взял мои руки в свои, большие и горячие. — Тебе опасно здесь оставаться. Да и для нормальной лаборатории условия не самые подходящие, согласись.
Здесь не поспоришь, мой небольшой домик оборудован под клинику, но не под исследовательский центр. Ни вытяжек, ни нормальной защиты, ни должного пространства и мест для хранения.
— И что ты предлагаешь? — покидать насиженное место мне не хотелось, да и переезд хуже пожара, особенно с таким зоопарком, как у меня. Поди, найди для них нормальные условия.
— Я предлагаю переехать ко мне.
— Куда?
— В особняк, куда же еще? Не на работу же, — усмехнулся жених.
— В тот самый? — по-прежнему не верила я.
— Если ты думаешь, что у меня несколько особняков, то нет, он один. Пока.
— А как же Дао, Церя и другие? Грифона, опять же, не оставишь, — если его найдут — проблем не оберешься.
— Видимо, сменят место жительства, — страдальчески вздохнул жених. — Я прекрасно понимаю, что ты их не оставишь.
— Ты же был не в восторге от идеи переезда Цери и Вилли брать не хотел, — напомнила я.
Конюшня у него, видите ли, одна и уже занята пегасом.
— С тобой я готов принять кого угодно. Надеюсь только, что твой зоопарк не продолжит разрастаться с такой же скоростью.
— Наш зоопарк. Теперь ведь «мы», не так ли? — мысленно я потирала руки перед открывающимися возможностями.
— Наш так наш, — без особенного энтузиазма согласился лорд.
— Ну что, тогда готовь вольеры, — обрадовала жениха. — Мы переезжаем. Только давай после встречи с родителями? Не хочу, чтобы они думали обо мне плохо.
— А почему они должны думать о тебе плохо? — не понял жених.
— Потому что живем с тобой до свадьбы, — пояснила очевидную вещь я.
— А то, что я у тебя до свадьбы живу, это, значит, нормально? — заулыбался Ксавьер.
— Так твои родители же об этом не знают. Поэтому давай соблюдать видимость приличий.
— А то у нас в отношениях все так неприлично, я бы сказал, развратно и извращенно, — продолжал веселиться лорд. — Особенно, если учесть, что я делю постель с василиском.
— Да ладно, вы неплохо ладите, — заметила я, тоже улыбнувшись. — В любом случае, повода давать не стоит. Нотации от матушки — вещь не самая приятная для моих нежных ушей. Да и отец… — и так не в восторге от твоей кандидатуры мне в мужья и на роль главы тайной стражи. Как бы теперь выразить это более обтекаемо?
— У нас семейная черта — не ладить с твоим отцом, — согласился Ксавьер, задумчиво катая запонку по столу. — Но, полагаю, лорд Вируа, несмотря на все разногласия, моему отцу симпатизировал больше. У них частенько случались веселые пикировки и междусобойчики кто кого подвинет и оттяпает кусок власти.
— А с тобой не случаются? Ты не пытаешься ничего оттяпать у лорда Оружия? — интересно даже, как там у них на этих милых междусобойчиках?
— Твой отец сам у кого хочешь что хочешь оттяпает. Признаться, я несказанно удивлен, почему он не попробовал сдвинуть меня с должности, зная о болезни. Не иначе по-свойски шанс дает?
— Он еще помочь собирался, — обрадовала жениха я. Но, судя по кислому лицу Ксавьера, в помощи от моего отца он не особо нуждался. Ну хоть в этом мы похожи. — Давай я тебя осмотрю и пойдем спать, — предложила, заметив, что лорд трет покрасневшие глаза.
— Отдельно друг от друга для соблюдения приличий? — хмыкнул Ксавьер, собирая свою одежду и небрежно отправляя в карман дорогущие запонки.
— Можешь продолжать предаваться плотским утехам с Дао.
— Ты еще с Церей посоветуй. Он-то точно утешит так утешит, — поддержал шутку Ксавьер. А самого его уже пошатывало от усталости, тут как-то не до утех.
Но от помощи лорд упрямо отказывался, пусть, резко встав, сначала выравнивал дыхание и справлялся с головокружением. Даже не знаю, кого он мне в такие моменты напоминал…
