— Опять требуют квалифицированного зооцелителя?
Я оторвалась от справочника по человеческим болезням, который штудировала в надежде найти что-нибудь подходящее для Ксавьера. Нельзя сказать, что совсем безрезультатно, однако ничего намного сильнее применяемых лекарств и при этом с минимальной побочкой я пока не нашла.
— Нет, — девушка неуверенно выглянула обратно в коридор, и уже это заставило напрячься. — Там ваш брат.
Утром все получили четкие вводные: в кабинет просто так никого не пускать, будь там хоть руководство Целительской палаты в полном составе, хоть сам король. Наверное, Ян жутко недоволен, что его заставляют ждать.
Однако, если мой младший брат и не оценил не самый радушный прием со стороны персонала клиники, то вида не подал.
— Сестренка! — братец раскрыл свои объятья, заставив меня отшатнуться и едва не захлопнуть перед ним дверь кабинета. — Ты мне не рада?
Ян выглядел примерно как Церя, когда просит дополнительной порции еды. Уверена, он тоже собирается у меня что-нибудь попросить.
— Рада, проходи, — я впустила брата в кабинет и закрыла дверь. Подумав, поставила полог тишины, исключительно на всякий случай. — Зачем пожаловал?
— А где радость от встречи? — надулся Ян, устроившись в кресле для посетителей. — Я пришел навестить любимую старшую сестру.
— Любимую?
— Любимую, единственную и неповторимую, — подтвердил младшенький, чем только укрепил меня в мысли, что пришел не просто так.
— Что же ты тогда к любимой сестре все эти годы не заходил? — полюбопытствовала я, садясь на свое место. Теперь между нами был стол, разграничивая пространство и несколько уменьшая неформальность беседы.
— Так и ты в гости не звала, — пожал плечами брат.
— Так я и сейчас не помню, чтобы отправляла приглашение, — ответила ему в тон.
— А разве мне обязательно нужно приглашение, чтобы к тебе прийти? — Ян с детства рос при дворе. Из меня матушке не удалось сделать леди, а вот он неплохо вжился в роль придворного, так что тягаться с ним в словоблудии — занятие совершенно пустое и бесполезное.
— Я вижу, что нет, раз ты пожаловал просто так.
— Хотел узнать, как у тебя дела? — брат наклонился вперед, положил локти на стол и с таким вниманием принялся ждать мой ответ, что я растерялась.
— У меня все хорошо, — вот что ему надо, спрашивается? Но задавать этот вопрос напрямую мне не хотелось по одной простой причине: что бы ему не понадобилось от меня, я не собиралась помогать.
Такой тип людей я знала прекрасно, они обладают удивительной способностью совершенно незаметно садиться на шею, с которой их, как и любое ярмо, потом ой как нелегко сбросить. И стоит один раз дать слабину…
— Я думал, ты вся в подготовке к свадьбе, — продолжил брат. — А ты, как обычно, вся в работе и книгах, — он небрежно кивнул на стопку разных справочников и пособий на моем столе.
— Вот такая вот я неинтересная, — я сверлила Яна взглядом, надеясь, что он поймет и закончит наш разговор как можно быстрее.
— Да ладно, ты у меня замечательная, — гнул изначальную линию младшенький. — Такая умная…
— Ян, короче, — не выдержала весь этот поток лести.
Брат вздохнул. Выражение его лица из восторженно-обожающего стало грустным и несчастным.
— Ты знаешь, у меня в последнее время есть некоторые затруднения. И я надеялся, что ты как старшая сестра сможешь мне помочь.
— И какие же у тебя проблемы? — даже интересно, в чем, по мнению Яна, я могу ему помочь? — Только не говори, что подхватил какую-то заразу, передающуюся половым путем, и хочешь, чтобы я тебя вылечила.
Этот вариант меня бы не удивил. Мой младшенький при том, что я всегда считала его исключительно противным, внешне был вполне себе ничего. Высокий, он давно почти на голову перерос меня, чуть-чуть не догнав отца. Платиновые волосы небрежно падают на лицо, но заметно, что некоторые прядки закреплены воском, слишком надежно лежат на своем месте. Кожа по-юношески гладкая и почти без щетины. Темные глаза и длинный нос у нас одни на двоих. Мы в целом похожи, но ухоженный брат, у которого даже ногти подстрижены аккуратно и, судя по блеску, отполированы, производит совсем другое впечатление. Плюс пара колец, не считая родового перстня. Костюм на заказ опять же. Такой способен вскружить голову многим девушкам и сам по себе, а с учетом его положения, Ян становился отличной партией.
Но, судя по округлившимся глазам, все-таки не болезнь.
— Ты чего! Как ты могла такое подумать?! — с возмущением в голосе спросил брат. — За кого ты меня принимаешь?
— За бестолкового младшего брата, — Ян закатил глаза и страдальчески покачал головой, дескать: и это моя сестра. — Тогда в чем дело?
— Мне нужны деньги, — огорошил брат. — Если не хочешь дать просто так, то можно взаймы. Я и расписку напишу, что взял и обязуюсь вернуть.
На осмысление у меня ушло с минуту. Я откинулась на спинку стула и сложила пальцы домиком, рассматривая брата. По нему не скажешь, что он нуждается в деньгах.
— Ян, ты понимаешь, что пришел немного не по адресу? Я, как бы это сказать, не отношусь к зажиточному сословию.
— Зато у тебя богатый жених, — выдал брат, а я едва не застонала. Мне самой нелегко брать у Ксавьера деньги, причем для конкретных целей. А тут мелкий засранец такое предлагает.
— И сколько же тебе надо? — нет, я не собираюсь давать или одалживать нисколько, но интересно же.
— Тысяч пятьдесят, — окончательно добил меня брат. И так невинно похлопал глазами, будто пару марок на мороженое попросил.
— Сколько?! — с ума сойти! И я еще считала, что у меня предстоят большие траты!
— А сколько у тебя есть? — зашел с другой стороны брат.
— Ян, — я выдохнула, стараясь говорить спокойно, пусть до спокойствия мне было бесконечно далеко. — Зачем тебе такие деньги?
— Мне просто… — брат осекся под моим взглядом, наверное, я бессознательно отпустила эмпатию, но все же неуверенно договорил: — Линда, мне очень надо, честно. Я все верну!
— А почему ты не попросил у отца?
— Только ему не говори! — взмолился Ян, разом утратив весь свой вид лощеного красавчика, став снова пятилетним мальчишкой, который разбил любимую папину чернильницу и испортил любимый мамин ковер. А поняв, что натворил, побежал, заливаясь слезами, к старшей сестре за помощью.
Пятно я, к тому моменту освоившая бытовую магию, вывела. Только чернильницу починить не удалось, но папа его не особо ругал. В моих воспоминаниях Яну все сходило с рук. Пороть его надо было еще тогда, сейчас уже поздновато для воспитания.
— И ты не хочешь мне ничего рассказать? Например, зачем тебе такие большие деньги? — выдохнув и как можно спокойнее, спросила я.
— Так разве это деньги… — начал Ян и осекся под моим горящим взглядом. — Мы просто с друзьями хотели открыть свое дело, — с неохотой взялся рассказывать брат. — Родители мне содержание урезали, оставив жалкие медяки, отец все на службу гонит, а я не хочу. Никогда не видел себя военным. То есть меня, конечно, готовили, но, — младшенький посмотрел в сторону и махнул рукой. В этом я с ним полностью согласна: характером для военной службы Ян не вышел. — И мы открыли дело.
— Какое? — сразу уточнила я.
— Да там ерунда, — опять принялся за свое брат, но все же признался: — Продажа андарского угля.
Мне показалось, что я ослышалась. Нет, не так. Мне бы очень хотелось, чтобы я ослышалась. Андарский уголь, насколько мне известно из общего курса химии, использовалась при обогащении металлов углеродом, причем как черных, так и цветных за счет своей высокой температуры горения. Я судорожно вспоминала, используется ли он где-то еще, и в голову больше ничего не приходило.
— И что дальше?
— У моего друга, ну то есть не то чтобы прям близкого друга, а такого, знакомого приятеля, имелась шахта. Немного заброшенная, но по документам все еще годная, — интересно, видел ли мой братец документы, а если видел, то разбирается ли он в них вообще? Как, собственно, и в угле. — Ее надо было отреставрировать, наладить каналы сбыта, и можно приступать к работе. Правда, требовались небольшие вложения…
