— Дочь моя, ты уверена? Князь Владимир по сути принуждает нас…
— Он говорит правду о ситуации, — перебила его Рогнеда. — Выбор простой: союз с ним на равных условиях или подчинение Ярополку на его условиях. Первое лучше.
— К тому же, — добавила она, глядя на Владимира, — я вижу в нем человека, с которым можно строить общее будущее.
Владимир поклонился ей:
— Клянусь, что не посрамлю твоего доверия.
Рогволод тяжело вздохнул:
— Если дочь согласна, значит, и я согласен. Но свадьба должна быть достойной княжеской дочери.
— Конечно, — кивнул Владимир. — Но я прошу провести обряд завтра. Времени у нас действительно мало.
— Завтра? — возмутился один из бояр. — Это неслыханно! Нужно подготовиться, послать приглашения…
— Войны не ждут свадебных приготовлений, — резко ответил спутник Владимира, впервые подав голос. — Лучше простая свадьба, чем пышные похороны.
Рогволод переглянулся с дочерью. Та едва заметно кивнула.
— Хорошо, — решил полоцкий князь. — Завтра на закате состоится свадьба. А послезавтра мы обсудим условия нашего союза.
— Благодарю, — искренне сказал Владимир. — Клянусь, что этот союз принесет пользу обеим нашим землям.
Когда формальности были улажены и Владимир с людьми отправился в отведенные им покои, Рогнеда осталась с отцом наедине.
— Ты поступила мудро, дочь моя, — сказал Рогволод. — Хотя и рискованно.
— Весь мир стал рискованным, отец, — ответила Рогнеда. — Но мне кажется, что с Владимиром у нас есть шанс сохранить достоинство и независимость.
— Надеюсь, ты права, — вздохнул князь. — Надеюсь, ты права.
За окном сгущались сумерки, и где-то в темноте двигались войска Ярополка, не подозревающего, что его младший брат заключает союз, который может изменить весь ход войны. Завтрашний день принесет новую княгиню в Полоцк и новую надежду для Владимира в его борьбе за будущее Руси.
* * *
*(Владимир)*
Утро дня свадьбы Владимир встретил на крепостной стене, наблюдая за окрестностями Полоцка. Осенний туман медленно поднимался с реки, обнажая холмистую местность, покрытую желто-красным ковром опавших листьев. Город просыпался — из труб домов поднимался дымок, на улицах появлялись первые прохожие.
— Не спится? — раздался за спиной знакомый голос Мирослава.
Владимир обернулся. Его загадочный советник выглядел еще более усталым, чем обычно, словно не спал всю ночь.
— Думаю о сегодняшнем дне, — ответил князь. — О том, что он принесет. И о том, правильно ли я поступаю.
— Сомневаешься в браке с Рогнедой? — спросил Мирослав.
— Не в браке, — покачал головой Владимир. — В способе, которым я его добиваюсь. Принуждение — плохая основа для семейной жизни.
Мирослав подошел ближе:
— Ты видел ее вчера. Показалось ли тебе, что она действует против воли?
Владимир задумался, вспоминая разговор в саду:
— Нет. Она делает осознанный выбор. Но выбор под угрозой — это все же принуждение.
— Любой выбор делается в условиях ограничений, — заметил Мирослав. — Рогнеда понимает ситуацию и принимает решение, которое считает лучшим для себя и своего народа. Это достойно уважения.
— Надеюсь, со временем между нами возникнет больше, чем просто политический союз, — сказал Владимир.
— А почему не может? — улыбнулся Мирослав. — Ты молод, она красива и умна. У вас есть все предпосылки для счастливого брака.
Их разговор прервал появление Эйрика с двумя дружинниками. Варяжский предводитель выглядел встревоженным.
— Князь, — обратился он к Владимиру, — разведчики донесли тревожные вести. К югу от города замечен большой отряд всадников. Движутся в нашу сторону.
Владимир мгновенно напрягся:
— Сколько их?
— Точно сказать трудно из-за тумана, но не меньше пятисот, — ответил один из разведчиков. — Судя по знаменам, это киевляне.
— Ярополк, — мрачно констатировал Мирослав. — Он движется быстрее, чем мы ожидали.
Владимир быстро оценил ситуацию. Пятьсот воинов — это не основные силы Ярополка, скорее всего передовой отряд. Но и его достаточно, чтобы создать серьезные проблемы.
— Эйрик, готовь людей к бою, — приказал он. — Но пока не показывай враждебности. Возможно, Ярополк пришел не воевать.
— А если пришел? — спросил варяжский вождь.
— Тогда будем драться, — жестко ответил Владимир. — Но сначала узнаем его намерения.
* * *
Известие о приближении киевского войска быстро разнеслось по городу. Князь Рогволод немедленно созвал совет, на который пригласил и Владимира.
— Это может осложнить наши планы, — сказал полоцкий князь, когда все собрались в гридне. — Если Ярополк пришел с войной…
— То мы дадим ему отпор, — твердо ответил Владимир. — У нас достаточно сил для обороны города.
— Но зачем нам война, если ее можно избежать? — возразил один из полоцких бояр. — Может быть, стоит попытаться договориться?
— Договариваться с тем, кто нарушил клятву, данную брату? — презрительно спросил Эйрик. — Варяги не доверяют клятвопреступникам.
Рогволод поднял руку, призывая к тишине:
— Предлагаю разумный компромисс. Пошлем к Ярополку гонца — узнаем, зачем он пришел. Если для переговоров — хорошо. Если для войны — встретим его готовыми.
— Мудрое решение, — одобрил Мирослав. — Но гонца надо выбрать осторожно. Человека, который сможет не только передать слова, но и оценить намерения противника.
— Я пойду сам, — неожиданно предложил Владимир.
Все обернулись к нему с удивлением.
— Это безумие, — возразил Рогволод. — Ярополк может схватить тебя.
— Не может, — покачал головой Владимир. — Я приду под знаменем переговорщика. Даже он не осмелится нарушить такой обычай. А лично встретившись с ним, я пойму его истинные намерения.
— Слишком рискованно, — настаивал полоцкий князь.
— Иногда риск оправдан, — вмешался Мирослав. — К тому же, встреча братьев может либо предотвратить войну, либо прояснить ее неизбежность.
После долгих споров решение было принято: Владимир отправится к Ярополку для переговоров. Свадьба переносилась до выяснения ситуации.
— Если что-то пойдет не так, — сказал Владимир Рогнеде, когда они остались наедине, — знай: я не жалею о принятом решении. Ты стоишь любого риска.
Рогнеда внимательно посмотрела на него:
— Осторожнее с красивыми словами, князь. Я могу поверить в них.
— А я надеюсь, что поверишь, — серьезно ответил Владимир.
* * *
Встреча двух братьев произошла на большой поляне в часе езды от Полоцка. Ярополк прибыл в сопровождении тридцати дружинников, Владимир — с десятью. Оба отряда остановились на противоположных концах поляны, а князья встретились в центре.
Ярополк выглядел старше своих двадцати пяти лет — на лице залегли усталые складки, а в глазах читалась настороженность. Он был одет в богатые доспехи и дорогой плащ, подчеркивающие его статус великого князя.
— Брат, — сказал он, когда они оказались лицом к лицу. — Не ожидал встретить тебя здесь.
— А я не ожидал, что ты придешь в Полоцк с войском, — ответил Владимир. — Объясни свое появление.
Ярополк пристально посмотрел на младшего брата:
— Я пришел, чтобы предотвратить ошибку. Услышал, что ты собираешься жениться на дочери Рогволода.
— И что в этом дурного? — удивился Владимир.
— То, что это означает войну между нами, — серьезно сказал Ярополк. — Я не могу позволить тебе укрепиться, заключив союз с Полоцком.
— Почему? — прямо спросил Владимир. — Разве мы враги?
Ярополк долго молчал, глядя на желтые листья, устилавшие поляну:
— Не враги. Но и не можем быть союзниками. Русь должна быть единой, Владимир. Времена удельных княжеств прошли.
— Единой под твоей властью? — уточнил Владимир.
— Под властью того, кто способен ее объединить, — ответил Ярополк. — Отец разделил земли между нами, но это был временный компромисс. Рано или поздно один из нас должен был стать единственным правителем.
