Демьян закрыл дверь камеры. И тихо сказал, так, чтобы слышал только он сам:
— Я только продолжаю.
Глава 20: Месть Петрову
Мигающий свет затрещал в проводах, лампа под потолком на мгновение погасла, но тут же вспыхнула снова, отбросив резкий белёсый блик на грязный стол, заваленный ампулами.
Демьян стоял, сгорбившись у раковины, укрытый тенью старого шкафа, из которого торчали жёлтые папки с пятнами крови. В руке он держал маленький флакон без маркировки.
«Он не поймёт. Никогда не поймёт. У него нет даже языка, чтобы это осознать», — подумал он.
Он аккуратно перелил содержимое флакона в одну из ампул с вакциной — ту, на которой дрожащим почерком было написано: «Для замминистра». Капля скользнула по стеклу и упала на пол. Демьян вытер её носком ботинка.
В коридоре раздался чей-то вскрик. Затем послышался хрип, ругательства и звуки шагов.
— Где он? — голос Петрова приближался. — Я сказал, что эту партию нельзя трогать, она предназначена для Москвы, она…
Петров влетел в лабораторию в белом халате, испачканном кровью. На шее висел стетоскоп, а на руке поблёскивали часы с треснувшим стеклом.
— Чёрт… — он заметил Демьяна и замер. — Что ты здесь делаешь? Кто тебя сюда пустил?
— Дверь была открыта, — ответил Демьян, не оборачиваясь. — Я думал, ты следишь за порядком, а здесь царит хаос.
— Хаос? Ты знаешь, что я два часа делал интубацию при свете фонаря, пока они кричали, что у нас всё под контролем? У нас, представь, всё под контролем! — возмутился Петров.
— А вакцину ты тестировал перед введением? Или сразу отправил наверх, авансом, чтобы потом включить в свою статью? — спросил Демьян.
— Ты что, совсем потерял разум? — вспыхнул Петров.
— Я спрашиваю, Петров, ты хотя бы проводил анализ? Или твоя вакцина, как твои идеи, — ворованная, но красиво поданная? — продолжил Демьян.
— Слушай, ты… Ты уже никто! Тебя даже в отчётах нет! Кто ты вообще такой? Призрак? — прокричал Петров.
— Ну и хорошо. Призраки проходят сквозь стены. И в ампулы, — спокойно ответил Демьян.
Петров замер, уставившись на руки Демьяна.
— Ты… Ты трогал ампулы? Ты их трогал? — его голос дрожал.
— А тебе не всё равно? Ты ведь всё равно подпишешь. Ты всегда подписываешь, — заметил Демьян.
— Ты подменил? — Петров побледнел.
— Поздно. Уже ввели. Он в палате. Я слышал, как он задыхался. Наверное, аллергия. Такое бывает, — сказал Демьян.
— Ты ненормальный… Ты хочешь нас всех уничтожить? Он же не просто из Москвы, он из Министерства! — в панике воскликнул Петров.
— Отлично. Чем громче, тем лучше. Ты же мечтал о славе. Вот и получишь, — ответил Демьян.
— Это ты! Это ты всё подстроил! Это ты… — Петров задыхался от гнева.
— Да. Я. Я подменил. Потому что ты забрал моё. Забрал и превратил в ширпотреб. Продал. Обрёк людей, — холодно сказал Демьян.
— Я спасал! Я оптимизировал! Ты сидел со своими безумными формулами и пугал всех! У тебя разум помутился! — кричал Петров.
— У меня? Помутился? Это не я придумал «Чистую зону», где солдаты умирали без лечения ради твоей статистики. Это ты, — возразил Демьян.
— Они… Они согласились. Мы не знали, что будет так… — оправдывался Петров.
— Не знали? А ты предупреждал? Хоть раз? Или просто молчал, потому что так было удобнее? — спросил Демьян.
— Не тебе решать, что было правильно. Это не твоё дело! — огрызнулся Петров.
— А теперь будет моё, — отрезал Демьян.
Петров схватился за край стола, его глаза бешено метались по ампулам. Он дышал с трудом, словно сам был на грани обморока.
— Я… Я скажу, что это ты… — пробормотал он.
— Кто тебе поверит? Я мертвец. Меня нет, — ответил Демьян.
— Я докажу. У нас есть камеры, — настаивал Петров.
— Они не работают. Весь этаж — перегрузка. Ты же сэкономил на генераторах, помнишь? — напомнил Демьян.
Петров отшатнулся. За дверью снова раздались крики. Кто-то орал — коротко и резко. Где-то громыхнуло, словно взорвался баллон.
— Ты… Ты меня уничтожил… — прошептал Петров.
— Нет. Я просто дал тебе точку отсчёта. Теперь ты знаешь, каково это, когда у тебя отбирают, — сказал Демьян.
Он медленно подошёл к Петрову и посмотрел ему прямо в лицо.
— Не бойся. Это ещё не конец. Это только ты. А список длинный, — добавил он.
Петров хотел что-то сказать, но замер, словно язык стал ватным.
— Я… Я… — выдавил он.
— Попробуй оправдаться. Вслух, — предложил Демьян.
— Это была… Это была не моя идея. Мне сказали. Наверху, — начал Петров.
— Всегда кто-то наверху, да? Никогда не ты, — с сарказмом заметил Демьян.
— Я делал, что мог… — оправдывался Петров.
— Нет. Ты делал, что выгодно. В этом и есть разница, — отрезал Демьян.
За дверью громыхнуло сильнее. Затрещал пластик. Свет мигнул снова.
— Ну что, доктор Петров. Добро пожаловать в зону поражения, — произнёс Демьян.
— Уберите его от окна, быстро! — раздался голос снаружи.
Голоса стали резче. В палату ворвались двое в масках. Один держал противошоковый кейс, другой кричал что-то в рацию. Чиновник — массивный, потный, с багровым лицом — лежал на кушетке, задыхаясь, его пальцы судорожно царапали воздух.
— Адреналин, срочно! Где врач? Кто вводил? Где Петров? — прокричал врач с кейсом.
Демьян отступил в тень, стоя за перегородкой между лабораторией и палатой. Петров, бледный как полотно, бросился вперёд.
— Я… Я здесь! Это моя партия, я сам проверял состав, я… — начал он.
— Что ты ему ввёл? — врач с кейсом схватил его за грудки. — Это не вакцина! У него аллергическая реакция! Анафилаксия! Где состав?
— Я… Я не понимаю… Это та партия, я ничего не менял! Всё было по протоколу! — оправдывался Петров.
— Ты лжёшь. Он мог умереть, — гневно сказал врач.
— Я… Я сам… — запинался Петров.
— Кто подписал журнал? — спросил врач.
— Я… — признался Петров.
Врач с кейсом отпустил его. Петров отшатнулся, ударившись спиной о край кушетки.
— Тогда готовься. Москва не простит. Это покушение, — сказал врач.
— Нет! Послушайте! Это кто-то… Это саботаж! Это не я! Я отвечаю за вакцину, но я не мог… — кричал Петров.
— Ты подписал, ты хранил, ты ввёл. Этого достаточно, — отрезал врач.
— Но я не делал! — настаивал Петров.
— Хочешь сказать, что формулу кто-то подменил у тебя под носом? — скептически спросил врач.
Петров молчал. Его глаза метались. Он искал Демьяна, но тот стоял в тени — тихо, с прямой спиной, почти растворившись в гулкой какофонии мигающих ламп, стонов за стенкой и грохота чьего-то падения в коридоре.
«Смотри на меня. Смотри. Вот твой крах», — подумал Демьян.
Петров наконец увидел его. Их взгляды встретились.
— Это ты… — выдохнул Петров. — Ты…
— Я? — Демьян вышел вперёд, его голос был спокойным. — Ты уверен? Здесь столько народу. Пожар. Паника. Стекло повсюду. Кто угодно мог.
— Это он! Он всё подменил! Он мстил! — крикнул Петров.
— Он кто? Меня здесь нет, — возразил Демьян.
Врач с кейсом повернулся и спросил:
— Кто он, чёрт возьми?
— Это… Это бывший… Его исключили! Он… — начал Петров.
— Значит, опять ты. Значит, твоя лаборатория, твоя вакцина, твоя подпись. Всё, — сказал врач.
— Нет… Нет! Это ловушка! — кричал Петров.
— Послушай, — врач прищурился. — Москва этого не простит. Это не обычный пациент. Это замминистра. Ты понимаешь, что натворил?
— Я… Я не знал, что будет такая реакция! Это не моя вина! — оправдывался Петров.
— Всегда не твоя, — холодно заметил врач.
Демьян стоял рядом с кушеткой. Его голос стал тише:
— А формулу ты украл у меня. Помнишь? С карантинной модели. С теми самыми цифрами, которые ты высмеял.
— Ты… Ты бредишь… — пробормотал Петров.
— Тогда почему ты их вставил в свою статью? — спросил Демьян.
— Это… Был общий проект… — начал Петров.
— Не был. Я писал его ночью. Один. Ты сдал черновик. Под своей фамилией, — сказал Демьян.
