Глава 20. Король Демонов занимается честным трудом
В собственном доме Мао Ичэнь не считал необходимым прятаться за ширму, чтобы переодеться, и кажется, не видел в этом ничего особенного, несмотря на присутствие в доме женщины. Когда Аосянь вчера обнаружила за ним такую причуду, то поспешила скрыться на верхнем этаже; несмотря на хорошую фигуру, Король Демонов вызывал в неё лишь страх и напряжение.
Страшно было подумать о том, что может прийти ему в голову в следующий момент.
Сегодня, к счастью, она спустилась на первый этаж, когда он уже успел надеть халат и сейчас критически осматривал себя перед зеркалом. Халат этот был не тем, который он носил вчера, и уж конечно не тем, что демонстрировал Демон-Лис, надевая личину богатого господина. Этот же халат слегка отличался покроем от тех, что носили большинство прохожих на улицах, был явно форменным и имел небесно-голубой оттенок.
Оттенок, который Королю Демонов определенно был не по нраву.
— Я в этом костюме похож на Небесного Императора, — ворчал он.
Аосянь выразительно промолчала. По её мнению, сравнивать правителей Небесного Царства и Царства Яростных Духов было просто кощунством.
Собрав волосы в хвост и прикрыв довольно нелепого вида головным убором, Мао Ичэнь довершил образ, повесив на пояс медную бирку с символикой Ведомства Исполнения Наказаний. Похоже, что он считал свои приготовления к первому рабочему дню завершенными.
Однако Аосянь покачала головой. Решительно подойдя к Королю Демонов, она протянула руки и слегка поправила его ворот. Любая асимметрия, любая небрежность ужасно раздражала аккуратную девушку.
Даже сильнее, чем раздражал её этот мужчина сам по себе.
— Спасибо, — улыбнулся Ичэнь, — Со стороны можно подумать, что ты обо мне заботишься.
Фыркнув, как рассерженная кошка, Фея-Бабочка поспешила отойти прочь. Она отвернулась, но все равно видела эту довольную улыбочку.
«Он наслаждается», — мелькнула мысль в её голове, — «Наслаждается моим унижением. Моим бессилием. Бог Войны поправляет ему одежды, кто бы мог подумать!»
— Оставляю дом на тебя, — сообщил Король Демонов, — Занимайся, чем хочешь. Ужинать можешь без меня: я поем по дороге.
Что именно он собирается есть, Аосянь постаралась не думать.
Очень постаралась.
— И еще одно, — добавил он, спохватившись, — Я повесил над дверями несколько оберегов. Слабеньких, всего лишь сигнальных, но постарайся их лишний раз не дергать, хорошо?
— К чему это притворное дружелюбие? — не выдержала Аосянь.
Развернувшись, она в упор посмотрела на своего врага, к противостоянию с которым готовилась полтысячи лет.
— Зачем спрашивать меня? Зачем делать насквозь фальшивые щедрые жесты? Зачем делать вид, будто мы друзья?
— Мы не друзья, — беззаботно ответствовал Демон-Лис, — У меня нет друзей. Но хороший враг… он, знаешь ли, стоит не меньше. И его тоже стоит ценить.
— В десять таэлей золота? — саркастически осведомилась Аосянь.
Он пожал плечами:
— За тебя я отдал бы и пятнадцать.
— Видимо, я должна чувствовать себя польщенной, — фыркнула Бог Войны.
Мао Ичэнь лишь пожал плечами:
— Должна — кому? Не мне, это уж точно. Но если хочешь, можешь рассказать госпоже Фенфанг, что она продешевила. Интересно было бы взглянуть на её лицо. Впрочем, неважно. Я во дворец; не скучай без меня.
«Скучать?» — мысленно скривилась Аосянь, — «Я скучаю только по возможности тебя прирезать!»
Но не озвучила, разумеется.
Собрание придворных в тронном зале неуловимо напоминало радугу, — с поправкой на неправильный порядок цветов и отсутствие оранжевого.
В самой главе длинного зала, на золоченом троне, восседал Император Вэй в роскошном одеянии из золотой парчи. Насколько знал Ичэнь, с давних времен желтый цвет считался в Земном Царстве «императорским»; любой другой смертный, одевшись в желтое, был бы уличен в государственной измене.
Короля Демонов всегда забавляло, насколько старательно смертные ищут для такого обвинения максимально дурацкий повод.
Перед самым троном стояли люди в пурпурных халатах и с нефритовыми бирками. Пурпурный краситель не производился в Западной Вэй; он привозился из-за границы, дорого стоил и использовался лишь чиновниками высшего, первого ранга. Даже в те времена, когда государственный аппарат был особенно перегружен, таких никогда не бывало больше пары десятков; сейчас же пурпур носили всего восемь человек.
Наблюдавший недавно за дворцовым экзаменом второй принц Вэй Даомин.
Скучающий молодой человек, который не мог быть никем иным, кроме наследного принца Вэй Гаована.
Уже знакомый Ичэню Жунь Менгъяо, министр юстиции.
Высокомерного вида темноволосый мужчина лет пятидесяти, судя по бирке военного министра, бывший тем самым Цзюй Байдзе, чье поместье Ичэнь недавно ограбил.
Худой и согбенный временем старик, напоминавший нежить и носивший бирку министра доходов.
Длинноусый мужчина лет сорока, с вкрадчивым голосом и бегающим взглядом, носивший бирку министра ритуалов.
Тяжеловесный, широкоплечий, почти квадратного сложения старик, возглавлявший министерство работ.
И наконец, высокий чернобородый глава министерства кадров.
За каждым из министров стояло по несколько человек, чьи халаты были ярко-красными, а бирки золотыми, соответствующими второму рангу. Заместители министров, главы ведомств и палат, почетные чиновники, отметившиеся заслугами перед Империей. Как и чиновники первого ранга, они обладали привилегией говорить во время обсуждений, не дожидаясь, пока к ним обратятся.
Чиновники третьего и четвертого рангов носили халаты салатово-зеленого цвета, а бирки их были серебряными. В тронном зале таких было большинство: зеленый халат был для большинства вершиной карьеры; в то же время тех, кто не достиг его за несколько лет службы, зачастую подозревали в лености и вскоре выживали со двора.
Наконец, небесно-голубые халаты и медные бирки выдавали чиновников пятого и шестого рангов. Низшие из придворных, они стояли позади остальных, и даже если кто-то из них и решил бы высказаться во время обсуждений, едва ли его слова достигли бы ушей Императора. Именно к их числу ныне принадлежал Король Демонов.
Что ж. Пока что его это устраивало. Сегодня он не собирался говорить.
Он слушал.
— Ваше Величество, провокации со стороны Восточной Вэй становятся все чаще, — склонившись в поклоне, вещал Цзюй Байдзе, — К настоящему моменту они не предпринимали попыток пересечь границу; однако нет сомнений, что они пробуют нас на прочность и только и ждут, когда мы проявим слабость. Необходимо дополнительно усилить армию на восточной границе.
Кряхтя, выступил вперед министр доходов:
— Ваше Величество, уже сейчас наши расходы на мобилизованную армию приближаются к объему поступлений в казну. Я боюсь, что если мы увеличим их еще больше, то Восточной Вэй не понадобится даже воевать с нами: достаточно будет подождать, пока мы не растратим все средства.
Сам Ичэнь на месте Восточной Вэй так бы и сделал. Демонстрировал бы опасность, заставляя противника уничтожать самого себя. Противодействовать этому он также предложил бы за счет стратегии обмана: искусственно создать уязвимость в обороне, которая искусит их нанести решительный удар, — и вместе с тем будет подстегивать боязнью потерять возможность. Заманить армию Восточной Вэй в ловушку и покончить с ней в одном генеральном сражении.
Так поступил бы Король Демонов.
Чиновника шестого ранга, естественно, никто не спрашивал.
— Что думают мои сыновья? — спросил Император.
Первым шаг вперед сделал наследный принц:
— Наша армия сильна. Какие бы провокации не устраивала Восточная Вэй, я верю, что мы сможем справиться с ней. Мы должны продолжать держать войска на границе, готовые отразить удар.
Император кивнул, ничем не выдавая своего отношения к такому ответу, и перевел взгляд на второго принца.
