Тот, однако, покачал головой:
— Отец, я полагаю, мы знаем слишком мало, чтобы принимать решение. Я прошу вас отложить его до того момента, как я выясню все детали. Излишняя спешка в таких вещах неуместна.
— Сколько времени тебе понадобится? — спросил Император.
— Хотя бы месяц.
— Возражаю! — высказался министр Цзюй, — Пока вы выясняете детали, Восточная Цзюй будет готовиться к войне.
— Я тоже против, — поддержал его министр доходов, — Любое ожидание стоит денег, особенно когда армия готова оборонять границу.
Император выслушал их всех. И вынес вердикт:
— У тебя есть две недели. Затем ты должен будешь представить мне план готового решения. После того, как он будет передан исполнителям, ты должен будешь немедленно приняться за подготовку к отбору и передать остальные дела другим.
— Да, отец, — поклонился Даомин, хотя Ичэню показалось, что он не очень-то доволен услышанным.
— К следующим вопросам. Как идет строительство храма предков в северных провинциях? Министр Тун?
Строительство храма предков Короля Демонов интересовало мало, но он все же прислушивался, стараясь выловить детали полезной информации. Как минимум, слушая разговоры, можно было понять, кто есть кто. Итак, министра работ звали Тун Айрен. Министра кадров — Чжань Банхен. Министра ритуалов — Чонбай Боджин.
Министр доходов звался Фань Йинпен, и этот человек успел послужить двум Императорам до нынешнего.
Следом за строительством обсудили ликвидацию последствий наводнения в южном Ханьяне, и Король Демонов не забыл изобразить беспокойство судьбой «родного края». Не сказать, впрочем, чтобы кто-то обратил на это внимание, помимо Цзюй Юаня, с самого начала обсуждения периодически кидавшего на него изучающие взгляды. От того, чтобы подшутить над ним с помощью иллюзии, Демон-Лис удержаться.
Шутка, повторяемая слишком часто, быстро перестает быть смешной.
Обсудили и вопросы организации продовольственного снабжения; к удовольствию Ичэня, министр Фань упомянул ряд тезисов из его собственной работы.
К неудовольствию, организацию новых житниц посчитали «экономически неоправданной».
Взмахом руки оборвав речь утомившегося министра доходов, Император обратил свой взор на новую жертву:
— Жунь Менгъяо. Ты говорил, что твое министерство возьмется за дело Ночного Жнеца после дворцового экзамена. Что ты скажешь сейчас?
Министр юстиции вышел вперед и поклонился:
— Ваше Величество, как я и обещал, у меня есть на примете талант, который я считаю подходящим для этого дела. Чиновник Цзянь. Подойди.
Сопровождаемый взглядами прочих низкоранговых чиновников, Ичэнь неторопливо двинулся вперед. Немного не дойдя до ряда «пурпурных халатов», он остановился и церемонно поклонился:
— Цзянь Вэйан приветствует Ваше Величество.
— Вы хотите доверить дело Жнеца голубому халату? — засмеялся Цзюй Байдзе, — Это абсурд! Ваше Величество, министр Жунь проявляет неуважение и к вам, и к двору.
— Чиновник Цзянь, — не отвечая ему, сказал Менгъяо, — Тебе известно о Ночном Жнеце?
— Я слышал, что о нем говорили среди простонародья, — признался Ичэнь, — Говорят, что это загадочный убийца, перед которым трепещет столица. Он уже убил двух девушек, жестоко замучив их перед смертью.
— Трех, — поправил Император, — Ты верно сказал: столица трепещет. Мои люди напуганы, и я обязан защитить их. Так скажи мне, Цзянь Вэйан. Ты сможешь исполнить мою волю?
Чиновнику шестого ранга, услышав подобный вопрос от самого Императора, подобало проявить скромность, но Король Демонов был не вполне уверен, как это правильно делается.
Поэтому он сказал, глядя прямо в глаза правителя:
— Смогу, Ваше Величество. Не сомневайтесь во мне.
Эти слова вызвали недовольный гул среди собравшихся.
— Какая дерзость!
— Ваше Величество, не стоит доверять ответственное дело самоуверенному юнцу!
Неожиданно тем, кто высказался в его защиту, оказался принц Даомин.
— Отец, я помню этого человека с дворцового экзамена. Ему недостает воспитания, но он неординарно мыслит. Возможно, министр Жунь полагает, что это именно то качество, которое необходимо для того, чтобы разобраться с этим делом.
Менгъяо поклонился:
— Благодарю, Ваше Высочество, вы совершенно правы. Чиновник Цзянь молод, но очень умен. К тому же, он владеет боевыми искусствами, а его работа на экзамене как раз относилась к вопросам обеспечения порядка на улицах и знаний, получаемых от людей.
— Однако он неопытен в этих делах, — возразил Цзюй Байдзе, — Министр Жунь, если ваш протеже не справится с возложенным на него заданием, кто будет нести ответственность за новые смерти? Вы рискнете взять её на себя?
На секунды министр юстиции замешкался с ответом; нежелание потерять лицо явно столкнулось в нем с пониманием ловушки в этих словах.
И Мао Ичэнь поспешил прийти ему на помощь:
— Ваше Величество, я готов сам нести ответственность за успех этого дела. Я благодарен министру Жунь за то, что он верит в мои таланты, но оправдать эту веру — лишь моя обязанность.
Император хмыкнул:
— Смелые слова. Но глупые. Министр Жунь имеет за плечами сорок один год безукоризненной службы Великой Вэй. Худшее, что грозило бы ему в случае неудачи, это отставка. Но ты… ты не настолько ценен. Если ты потерпишь неудачу, то лишишься головы.
Ичэнь снова поклонился:
— Чиновник Цзянь Вэйан принимает волю Вашего Величества.
Три часа спустя Мао Ичэнь спускался в подземелье, отведенное под коронерскую службу при Ведомстве Исполнения Наказаний. От темного камня стен тянуло холодом, вызывавшим безотчетную ассоциацию со склепом…
Или с домом.
Именно эта последняя ассоциация позволяла Королю Демонов оставаться невозмутимым, к скрытому неудовольствию стражников, явно ждавших посрамления «выскочки». А вот коронер, худощавый мужчина с железной биркой городского чиновника, кивнул с легким уважением:
— Чиновник Цзянь. Мое имя Гу Янь. Господин Жунь велел мне ввести вас в курс дела по вопросу Ночного Жнеца.
— Приветствую вас, — кивнул Ичэнь, — Давайте, чтобы не терять зря времени, сразу пройдем к телам, а по дороге вы расскажете мне то, что мне следует знать.
Ответом ему был странный взгляд.
— Я надеюсь, вы не обедали сегодня, чиновник Цзянь, — отметил коронер, — Это зрелище весьма неаппетитное. Неподготовленному человеку от него вполне может сделаться плохо.
Король Демонов удержался от улыбки.
Хотя это было нелегко.
Тела трех девушек были уже разложены на столах, окруженные льдом. Несмотря на холод, две из них были уже тронуты процессами разложения, тогда как третья — невысокая, склонная к полноте, но довольно миловидная простолюдинка лет двадцати, — пока держалась.
— Первую жертву обнаружили семнадцать дней назад, — рассказывал между тем Гу Янь, — В пригороде. Синь И, дочь мелкого лавочника, шестнадцать лет.
При жизни девушка должна была быть очень красивой, — юной, свежей красотой. Невысокого роста, худощавая, с небольшой, аккуратной формы грудью и послушными прямыми волосами.
Сейчас от её красоты мало что осталось. Подсохшая кожа обтянула кости черепа, превращая приятное когда-то лицо в уродливую маску. Несколько глубоких шрамов от кривого ножа подчеркивали это еще сильнее. Помимо этого, уделил убийца свое внимание и её груди: оба соска были отрезаны, а раны обожжены каленым железом. Причем…
Не слишком задумываясь о том, как это выглядит, Мао Ичень провел ладонями по ожогам.
— Эти раны были нанесены в разные дни, — уверенно сказал он.
Коронер кивнул:
— Не менее двух дней разницы.
Ниже груди красовался глубокий и широкий разрез: живот девушки был практически вспорот. Но как ни странно, это не было причиной смерти: убийца очень постарался сохранять её жизнь как можно дольше. И какое-то время ему это удавалось.
— Значит, она исчезла за какое-то время до нахождения тела? — уточнил Ичэнь.
