— Тахо! — Кирс умоляюще вскинул руку. — Подожди! — он был смущён и растроган. — Я прошу прощения. Я, действительно, часто забываюсь. Я виноват. Ты правильно поставил меня на место. Я не король и ты именно мой друг, самый близкий и дорогой, я очень люблю тебя, поверь мне. Ты же знаешь, что хоть я и горяч, но я всегда прислушиваюсь к твоему мнению, разве не так?
— Допустим, — кивнул Тахо, и я почти с восхищением подумала, что мальчик превращается в мужчину. Да ещё в какого!
Кирс опустил голову. Он был взволнован и с трудом подбирал слова:
— В сущности, так или иначе, но ты никогда не вёл себя как слуга. Не мытьем, так катаньем ты своего всегда добиваешься, и единственное, что я могу тебе противопоставить, это аргументы.
— Или свою дурацкую спесь, — безжалостно парировал Тахо.
— У меня нет аргументов и не действует спесь! — в отчаянии воскликнул Кирс. — Но мне нужно пойти туда. Я не ребёнок, и я осознаю свой долг. Особенно теперь, когда нет отца. На мои плечи свалилась такое бремя! Я знаю, что отец пришёл бы в ярость от моих действий, но у меня нет другого выхода. Я знаю, что это опасно и что я могу погибнуть, я пошёл бы туда один, но знаю, что ты меня не отпустишь, К тому же мне действительно может понадобиться ваша помощь, — он бросил на меня умоляющий взгляд. Мне вдруг стало его жалко, но Тахо моих чувств не разделял.
— Куда мы идём? — повторил он свой вопрос.
Кирс покачал головой.
— Я не знаю. Куда-то в сторону столицы.
— Зачем?
Он пожал плечами.
— Понятия не имею.
— Почему?
— Я слышу зов, — совсем тихо прошептал Кирс.
— Что? — растерялся Тахо, моментом забывший и о своих претензиях, и о металле. — Что ты слышишь?
— Зов, — чуть не плача повторил Кирс. — Я не знаю, что это такое. Это не голос, не видение, даже не чувство. Я не могу объяснить. Со мной такого ещё не бывало.
Тахо обернулся ко мне:
— Что это может быть?
— Не знаю, — покачала головой я. — Я слышала, что такое случается после смерти близкого человека. Но, может, это совсем другое.
— А если у этих наёмников есть мощный эмпат, который пытается воздействовать на его волю?
— Нет, — покачал головой Кирс. — Мне кажется, это, действительно, как-то связано с отцом. Это началось, когда я остался в пещере перед образом Аматесу. Сперва я молился, потом вдруг словно наяву увидел лицо отца, и мне стало так… — он замолчал, подбирая слово, да так его и не нашёл. — Потом я просто сидел и думал о нём, погружаясь в это горе, как в пучину, меня куда-то несло, вокруг было темно, я словно спал и видел какой-то тяжёлый душный сон. А потом будто проснулся и понял, что должен идти. Тахо, я не найду покоя, если не пройду этот путь до конца.
— Ладно, пошли, — вздохнул Тахо, поправляя котомку на плече. — Не нравится мне всё это, но что делать?
— Мне тоже не нравится, — признался Кирс. — Может, мне лучше одному идти?
— Разбежался! — фыркнул Тахо.
Он взглянул на меня, словно я могла изречь истину в последней инстанции. Но я понятия не имела, как следует поступить правильно. Это было опасно, это было загадочно, это было непонятно. Но я привыкла прислушиваться к подобным подсказкам. Так или иначе, нужно было проверить, что там, и я ни минуты бы не сомневалась, если б со мной в компании не было этих детей, один из которых к тому же имеет такую ценность для этой планеты. Да что думать, в любом случае, они ж всё решили сами!
— Пошли, — кивнула я и зашагала дальше.
Мы шли целый день, перевалили через гору и спустились вниз, потом пробирались по болотистым низинам, где Тахо без конца ныл, что эти топи наверняка можно было обойти. Затем начался обычный густой лес с уже знакомыми нам буреломами, ручьями и зарослями папоротников. Тахо уже не ныл. Он тревожно и подозрительно смотрел на идущего впереди Кирса. Принц шёл, не выбирая дороги. Кажется, если б на пути нам попалась река, он бросился бы вплавь. Он был неутомим, легко преодолевая любые препятствия, будь то холодный лесной ручей или баррикада из поваленных бурей деревьев. Он не только не уставал, но, казалось, черпал откуда-то свои силы, потому что его шаг становился всё более торопливым.
— Эй, остановись! — крикнул ему вслед Тахо, когда небо уже начало меркнуть и лес потихоньку погружался в ранние сумерки. — Давай немного передохнём!
Но Кирс даже не помедлил, легко перемахнув через огромный зелёный муравейник.
— Нет, погоди… — пробормотал Тахо и кинулся его догонять.
Я не видела, что между ними произошло, только Тахо остановился, едва глянув ему в лицо, и озабоченно обернулся ко мне.
— Как успехи? — поинтересовалась я, но анубис только покрутил пальцем у виска и пожал плечами.
Надо признать, что все мы были в неплохой форме, коль скоро смогли выдерживать такой хороший темп и уже к темноте подойти к столице. Тахо внимательно посматривал по сторонам и настороженно прислушивался.
— Мы уже возле города, — пробормотал он вполголоса. — Тут могут быть патрули, а этот несётся как лось, не разбирая пути. Стой! — повелительно крикнул он, и внезапно Кирс остановился.
Тахо изумлённо взглянул на меня и вприпрыжку припустил к другу. Кирс стоял на поляне и озирался. Я взглянула на его осунувшееся лицо, и мне стало не по себе. Уже почти стемнело, и в лесу царил полумрак, однако, мне показалось, что глаза его светятся в темноте каким-то нехорошим одержимым огнём.
— Здесь, уже близко… — хрипло произнёс он, исподлобья взглянув на меня.
— Может, подождём до утра? — предложил Тахо нерешительно. — Смотри, какая темень…
— Я сказал, это близко! — Кирс съехал на низкое рычание и перевёл тяжёлый взгляд на анубиса.
Тахо оскалился и тоже зарычал, как разъярённый волкодав. Я дернула его за ухо и посмотрела на Кирса.
— Если близко, то почему мы стоим?
Его горячие зрачки уперлись в моё лицо.
— Темно… Нужен свет… Очень темно и сыро… — хрипло забормотал он. — Не хватает воздуха.
— Он свихнулся! — продолжая скалиться, взвизгнул Тахо.
— Не думаю, — покачала головой я. Здесь было что-то совсем другое. Это не Кирсу, а кому-то другому было темно и сыро, и не хватало воздуха. — Веди дальше, принц, — велела я, но Кирс упрямо покачал головой.
— Темно… Нужен свет.
— Фонаря у нас нет, — сообщил Тахо. — Или есть? — он скинул, было, свой рюкзак, но я остановила его.
— У нас есть кое-что получше.
Достав Налорант, я подняла эфес над головой и сдвинула выключатель. Прозрачный белый луч вонзился в темноту над нашими головами, заливая всё вокруг серебристым светом. Я с интересом взглянула на Кирса. Его напряжённое лицо постепенно расслабилось, а глаза неотрывно следили за сияющим клинком.
— Да, так хорошо… — чуть слышно шепнул он и, резко развернувшись, пошёл в чащу леса.
— Вообще-то он не занервничал, — заметил Тахо, следуя за ним. — Может, в этом и нет ничего плохого? Звёздный свет прогоняет зло, а он, вроде как, успокоился. Но всё равноон выглядит как сумасшедший.
— Или как одержимый, — добавила я.
— Демоном? — уточнил анубис.
— Духом. Или идеей.
— Тебя это не беспокоит?
— Беспокоит, но я пока не вижу возможности вмешаться. Посмотрим, куда он нас приведёт.
Через какое-то время треск веток впереди смолк и, выбравшись на очередную поляну, мы увидели Кирса, стоящего перед кучей валежника, наваленного у подножья небольшого холма. Обернувшись к нам, он чуть шевельнул губами, а потом вдруг кинулся вперёд и начал раскидывать сухие сучья.
— Что ты, чёрт возьми, делаешь! — воскликнул Тахо.
— Лучше помоги ему, — посоветовала я, подходя ближе.
— Не командуй! — огрызнулся он, засучивая рукава. — Все командуют. Все руководят. Будто я сам не знаю, что мне делать!
Он подхватил конец коряги, которую тщетно пытался сдвинуть в одиночку Кирс, и они легко отбросили её в сторону.
Через несколько минут весь завал был разобран и в серебристом свете, исходящем от Налоранта, я увидела проржавевший круг люка, закрывающего какой-то вход, Кирс припал к нему, ощупывая края. Он что-то бормотал, но я не могла разобрать что. Потом он ударил кулаком по ржавому металлу.
