Пёс приземлился, взрыхлив лапами грунт и оставив за собой глубокие борозды, после чего тут же исчез снова. Через мгновение он возник прямо передо мной с довольным видом и слегка покрошенным камнем, зажатым в зубах средней головы. Он выплюнул «мячик» (к сожалению, любой мячик сразу лопался, поэтому мы используем вот такую замену) к моим ногам и выжидающе завилял хвостом.
— Хороший мальчик, — я потрепал его по холке, чувствуя под ладонью жёсткую, как проволока, шерсть. — Только старайся не глотать осколки. Ария снова будет ворчать, что ты портишь её ландшафтный дизайн и нарушаешь экологию мира своей диетой.
В стороне, прижавшись спинами к холодной скале, сидели бойцы третьей штурмовой группы «Последнего Предела». Десять крепких мужчин и женщин, прошедших через огонь, воду и мои персональные тренировки. Сейчас они выглядели бледными, их глаза были расширены до предела, а руки мелко дрожали. Они только что закончили двухчасовой марафон на выживание в джунглях с гравитационными аномалиями и теперь, пытаясь отдышаться, наблюдали за нашими «играми» с ужасом и благоговением одновременно.
— Командир… — прохрипел один из них, с трудом отпивая воду из фляги. — Скажите, что этот пёс охотится серьёзно…
— Нет, он играется, — усмехнулся я, поднимая камень для нового броска. — Если бы он охотился, от этого шара осталась бы только гранитная пыль. Кстати да, Тень, регулируй силу укуса.
Пёс недовольно тявкнул.
Кебаб на моём поясе завозился в ножнах, чувствуя общее возбуждение.
— ГОСПОДИН! МНЕ КАЖЕТСЯ, ЧТО ЭТИ СМЕРТНЫЕ СМОТРЯТ НА НАС КАК НА ЧУДОВИЩ! ЭТО ТАК ЛЕСТНО! МОЖНО Я ИХ НЕМНОГО ПОЖГУ ДЛЯ ЗАКРЕПЛЕНИЯ ЭФФЕКТА? Я ТОЖЕ ХОЧУ ПОИГРАТЬ!
— Молчать, зажигалка, — цыкнул я на меч. — Ты пугаешь детей.
Тень снова напрягся, требуя продолжения банкета. Я уже замахнулся, намереваясь отправить снаряд на орбиту этого карманного измерения, когда что-то внутри меня дёрнулось.
Это было странное ощущение. Оно напоминало прикосновение ледяного пальца к спине. Амулет Хранителя на моей ладони потеплел, сигнализируя о внешней активности, и посылая в мозг тревожные, ритмичные импульсы.
Я замер с поднятой рукой.
Воздух в Домене, обычно нейтральный и послушный моей воле, вдруг налился свинцовой тяжестью. Я почувствовал резонанс, идущий извне. Где-то там, в реальном мире, происходило что-то неправильное. Фундаментально неправильное. Ткань мира гнила, распадалась под воздействием чужеродной силы.
— Отставить игры, — произнёс я, опуская камень. Шар глухо стукнул о землю, оставив вмятину.
Тень мгновенно подобрался. Его игривость исчезла, уступив место сосредоточенной настороженностью. Пёс чувствовал мою тревогу через нашу связь и был готов рвать глотки.
Я повернулся к отряду.
— Подъём. Отдых окончен. Мы возвращаемся.
В их глазах промелькнула искра радости — покинуть этот безумный полигон раньше срока казалось им подарком судьбы, даже если впереди ждала настоящая битва. Бойцы поспешно вскочили, подхватывая снаряжение и приводя себя в порядок.
— Что-то случилось, командир? — спросила женщина-лейтенант, поправляя перевязь и проверяя заряд магострела.
— Надеюсь, что это ложная тревога. Но моя интуиция орёт мне в ухо, что сейчас начнётся знатная заварушка.
Я махнул рукой, рассекая пространство перед собой. Портал открылся мгновенно, показывая знакомый сад около нашего особняка.
— Живо, — скомандовал я.
* * *
Особняк встретил нас той особенной, давящей тишиной, которая бывает перед разрушительным штормом. Но эта тишина была обманчивой, насыщенной напряжением до предела. Мой браслет, связанный с системой «Око», пульсировал тревожным красным светом, проецируя в сознание координаты и векторы угроз. Сигналов было слишком много. Они сливались в одно сплошное багровое пятно, нависшее прямо над центром столицы.
Кайден выбежал, едва мы материализовались из портала. Он выглядел бледнее обычного, его руки мелко дрожали, а взгляд метался по сторонам.
— Дарион! Система сходит с ума! Аниса говорит, что датчики зашкаливают! Такого фона не было даже при открытии S-ранговых Разломов! Сенсоры просто плавятся от перегрузки!
Небо над Доминусом оставалось чистым, голубым и безоблачным. Обычный летний день, полный жизни и света.
Но я видел истинную картину.
Поверх привычной реальности накладывалась другая, сотканная из силовых линий и потоков энергии. И там, в зените, я видел огромную, пульсирующую язву. Это была злокачественная опухоль, растущая извне, давящая на барьер мира с той стороны с чудовищной силой.
Чутье взвыло, требуя действий. Метка Хранителя обожгла ладонь холодом.
Не похоже на обычное вторжение. Кажется, это что-то сильнее и опаснее.
— Общий сбор, — бросил я, не оборачиваясь, продолжая изучать структуру угрозы. — Поднять всех. Элитный отряд — полная боевая готовность во внутреннем дворе. Свяжись с Анисой, пусть маги Арканума перебрасываются сюда. Живо!
— Дарион, — голос Кайдена сорвался на фальцет. — От кого мы защищаемся? На радарах ничего нет, ноль информации.
Я медленно повернулся к нему. Мои глаза, вероятно, светились тем самым потусторонним светом, который я перенял у Тетрина, потому что Кайден отшатнулся и упёрся спиной в колонну.
— Мы не защищаемся, — ответил я, и мой голос звучал холодно и твёрдо, как удары молота по наковальне. — Мы готовим клетку. Потому что-то, что сейчас проломит небо, не должно уйти дальше этого квартала. Мы запираем их здесь, вместе с нами.
Кайден тяжело сглотнул, его кадык дёрнулся. Он понял. Он всегда был умным парнем и умел складывать два и два, даже когда ответ получался пугающим.
— Я… я всё сделаю.
— Барьеры, Кайден. Поднимай щиты особняка на максимум. Эвакуируй персонал, который не умеет держать оружие, в подземный бункер. Остальным занять позиции по периметру и готовиться к худшему.
Кайден убежал, выкрикивая приказы в коммуникатор и раздавая распоряжения на ходу. Я посмотрел на бойцов третьей штурмовой, которые только что вышли из Домена. Они всё ещё тяжело дышали, но уже проверяли оружие, заряжали магазины и протирали клинки.
— Вы слышали, — сказал я им, встречаясь взглядом с каждым. — Занять оборону у главного входа. Что бы ни свалилось с неба, оно должно пройти через вас только в виде мелко нашинкованного фарша.
— Есть, командир! — рявкнули они слаженно, и я увидел в их глазах тот самый огонёк, которого добивался. Они боялись, но этот страх делал их злее, быстрее и опаснее.
Я вышел во двор. Тень трусил рядом, скаля зубы в небо.
— Скоро начнётся, блохастый. Большой улов.
Прошло полтора часа. Время тянулось медленно. Особняк превратился в неприступную крепость. Магические щиты, созданные Арией и усиленные студентами Академии, накрыли территорию полупрозрачным, мерцающим куполом. Лучшие бойцы «Последнего Предела» заняли позиции на стенах, крышах и в ключевых точках обороны. Реккар стоял в центре двора, опираясь на свою чудовищную кувалду, и выглядел как ожившая статуя бога войны, готовая сокрушить любого, кто посмеет ступить на эту землю.
Неподалеку, открылся стабильный портал академии. Из него вышли маги во главе с Анисой. Она выглядела предельно сосредоточенной, в руках сжимала посох, навершие которого сияло ослепительным светом, разгоняя тени. Явно не простой артефакт.
— Мы развернули защитный квадрат, — доложила она, подбегая ко мне. — Внешний периметр заблокирован. Никто не выйдет. Дарион, фон просто чудовищный. Это… это не демоны. Это что-то совершенно другое.
— Я знаю, — кивнул я, глядя вверх.
Язва в небе наливалась чернотой, пульсируя в ритме умирающего сердца.
И тут реальность треснула.
Это прозвучало как визг раздираемого металла, многократно усиленный эхом мироздания. Звук ударил по ушам, заставив многих пригнуться и закрыть головы руками. Посреди безмятежного голубого неба, прямо над нашим особняком, появилась трещина. Тонкая чёрная линия, которая мгновенно расширилась, разрывая ткань мира и превращаясь в гигантскую, зияющую воронку.
