Эффект был практически мгновенным. Её огромное, массивное тело застыло словно статуя, как будто кто-то внезапно выдернул вилку из розетки, обесточив механизм. Ярко-красные глаза быстро потускнели, стали мутными, зрачки один за другим лопнули с тихим хлопком, медленно истекая густой чёрной жидкостью. Мощные челюсти безвольно разжались, длинный язык вывалился наружу, бессильно свесившись.
Она тяжело рухнула на другой бок, подняв вокруг густое облако серой пыли.
[Крушитель — Альфа-Особь 16ур. Получено +600 ОС]
Я спрыгнул с мёртвой туши, неловко приземлившись на оба колена. Мир вокруг сильно качнулся, поплыл. Ощущение было такое, словно кто-то медленно вбивал толстый раскалённый кол прямо в основание черепа, туда где у человека должен быть мозг.
Тяжёлый откат. Ментальный Паразит, использованный в таком грубом, максимально разрушительном режиме, внезапно, давал невероятно сильную нагрузку на моё собственное сознание. Острая дезориентация, болезненное помутнение мысли, словно густой туман мгновенно заполнил всё моё восприятие реальности.
Я с трудом заставил себя подняться на ноги, тяжело опираясь на дрожащих костяных руках. Скелеты молча стояли вокруг в боевых стойках, терпеливо ожидая новых приказов.
Где-то позади меня раздался громкий скрип ржавых петель, падение баррикады, камни мелко посыпались вниз. Из тёмного провала в подвале медленно показалась женщина — худая, измождённая, в полностью изодранном грязном платье, с перепачканным копотью и пылью лицом. Она крепко прижимала к своей груди девочку лет пяти, которая испуганно уткнулась заплаканным лицом ей в плечо, дрожа всем телом.
Женщина вышла наружу и замерла, широко раскрыв глаза на меня.
Я стоял посреди узкой улицы, испачканный чем попало, в том числе кровью монстров грязью обломков. Вокруг меня в два ряда мои безмолвные скелеты, а за спиной — огромная мёртвая туша Альфы, из пасти которой всё ещё медленно сочилась густая чёрная жидкость.
Она медленно, очень медленно опустилась на грязные колени прямо на мостовую, всё ещё крепко прижимая к себе испуганного ребёнка.
— Спасибо… — её надломленный голос сильно дрожал от пережитого. — Спасибо вам, господин… Костяной спаситель.
Я просто молча кивнул им в ответ. Рад, что они остались живы, но на этом всё. Город совсем не ограничивался только этими двумя людьми.
Переговорный модуль Сети резко вспыхнул ярким сигналом в моём сознании. Знакомый голос Лиандри, напряжённый от боя, но всё ещё полный неиссякаемой боевой энергии.
— Костяша! Мы пока держимся, но этих тварей становится всё больше и больше! Ты уже закончил отбивать жилой квартал?
«Уже иду», — коротко ответил я, заметно ускоряя шаг.
Глава 15
После хаоса жилого квартала промышленный переулок встретил меня необычной тишиной. Высокие стены складов по обеим сторонам теснили узкий проход, в углах громоздились горы металлолома — ржавые балки, обломки каких-то механизмов, покореженные листы железа. Над головой тянулись мостки, соединяющие верхние этажи, их деревянные настилы прогнили и провисли. Хорошее место для засады, если подумать. Но моё сознание всё ещё гудело после ментального удара по Альфе, и единственное, чего мне хотелось — это добраться до Лиандри и помочь ей зачистить торговый квартал.
Восемнадцать скелетов шли следом, их ноги размеренно стучали по булыжнику, а я уже мысленно планировал следующий шаг. Как вдруг Сеть взорвалась визжащей какофонией.
Резкий, магический поток врезался прямо в сознание — он заливал всё пространство вокруг и, главное, вибрировал на той же частоте, что и мои связи с армией. Ощущение было таким, будто кто-то включил глушилку.
Связь с отрядом оборвалась и Скелеты рухнули, как будто невидимый кукловод отпустил все нити. Я инстинктивно упал следом, скрутившись так, чтобы оказаться под грудой рассыпавшихся тел, и замер, имитируя такое же полное отключение.
Белый шум заполнял сознание, но я держался. Духовное Тело, моя фундаментальная особенность, не давало мне отключиться полностью.
Раздался хриплый смех, пропитанный чем-то нездоровым, истеричным.
— Ха! Сработало, сработало же, братцы! — голос визжал от восторга, срываясь на фальцет. — Видали⁈ Как падали! Всех разом! Кристалл реально работает!
Тяжёлые шаги, лязг металла, дребезжание цепей. Кто-то прыгнул с мостков, приземлившись так, что брусчатка треснула под весом.
Люди, орки, даже пара коренастых гномов. Их броня была кошмарным коллажем из ржавого металла, шипов, колючей проволоки и костей — человеческих, звериных, непонятно чьих. Тела покрыты шрамами и свежими порезами, многие из которых всё ещё кровоточили. Лица либо скрыты масками из выделанной кожи, либо раскрашены засохшей кровью в какие-то дикие узоры. Глаза расширены до предела, белки налиты красными прожилками, зрачки — узкие точки.
Клан «Рагнарёк», снова они. Культ смерти, собрание самых отбитых психопатов, которых даже другие преступники сторонились.
В центре группы стоял командир этой группы — худой, нервный тип в маске из человеческой кожи, натянутой на деревянный каркас. В руке он сжимал осколки разбитого кристалла размером с кулак, который всё ещё тускло мерцал остатками маны, пульсируя больным жёлтым светом.
— А глушилка то тема! Но треснул тут чёт правда… — с восторгом проскулил он, разглядывая артефакт. — Но нам норм, да? Эти мертвяки ж не встанут теперь, чё?
— А не встанут! — другой, массивный орк с топором размером с дверь, раздавил ногой череп одного из моих скелетов. — А некроманта чёт не видать вообще!
— Да плевать на некроманта! — взвизгнул третий, гоблин-мутант с треснутым черепом и выпирающим мозгом под тонкой, полупрозрачной кожей. Серое вещество пульсировало в такт дыханию. — Главное — кости! Свежие кости! Рагнар говорил — кости мертвяков дают силу!
— Силу! — подхватил кто-то ещё, голос сорвался в экстатический вопль. — Силу Конца! Силу Разрушения!
Они начали сходиться к скелетам, словно падальщики к свежей добыче. Один из них, крупный человек в самодельной броне из сваренных намертво кусков железа, поднял тяжёлый молот с рукоятью, обмотанной колючей проволокой, и обрушил его на рёбра скелета. Осколки тут же разлетелись во все стороны, а он присел на корточки и вдруг зачерпнул горсть раздробленных костей вперемешку с пылью и… хорошенько облизнул.
— Хм, — он причмокнул, словно дорогой дегустатор, закатывая глаза. — Не особо. Как зола, чё.
— Дай попробовать! — гоблин вырвал у него горсть пыли и сунул себе в рот, жадно жуя. На его подбородке выступила серая слюна, а глаза вдруг закатились от какого-то извращённого наслаждения. — Да, ничерта не понял вкуса, но кайфово хрустит! Ещё дай!
Шаман в маске поднял руку, призывая к тишине. На его запястьях висели браслеты из человеческих пальцев.
— Братцы, братцы! Тише давайте! Это ж священный ритуал! Мы ж не просто так кости жрём! Мы их… мы их… — он запнулся, явно забыв, что хотел сказать, потом махнул рукой с досадой. — Короче, делайте че хотите, но красиво делайте! Рагнар смотрит за нами… или не смотрит!
Безумие прорвалось, они набросились на останки, как звери. Крошили черепа, как орехи. Один орк откусил кусок от рёберной кости голыми зубами и начал её глодать, как куриную ножку, хрустя и причмокивая. Другой втирал костную пыль себе в шрамы на груди, размазывая её кровью из свежих порезов, бормоча что-то бессвязное про «кровь земли» и «последний вздох». Гном с молотком просто колотил по скелетам в такт какой-то воображаемой мелодии, напевая сипло:
— Трах-бах! Кости в прах! Смерть идёт, всем конец придёт!
Женщина в кожаной маске собирала зубы с земли и нанизывала их на проволоку, создавая какое-то ожерелье, её руки тряслись от возбуждения.
Они были… абсолютно неадекватными. Фактически, это было моральное разложение в чистом виде, полная, тотальная потеря человеческого облика. И они даже не добивали «мёртвых» скелетов. Для них это было развлечением, ритуалом, чем-то священным в их извращённых разумах.
