— Вальс! — провозгласил он. — Кавалеры приглашают дам!
Мужчины начали бодро подниматься со своих мест. Девушки смущённо ожидали, когда они приблизятся, хотя большинство наверняка знало, кто именно к ним подойдёт. Не просто же так бальные книжечки заполнялись заранее. У некоторых они даже были целиком забиты.
Я тоже встал и пошёл к Татьяне. Она улыбнулась мне издалека.
Нас разделяло метров пять, когда один из обогнавших меня кавалеров вдруг свернул влево и направился прямо к Лобановой. Застыл перед ней в поклоне.
— Позвольте отрекомендоваться, сударыня, — донеслось до меня. — Андрей Сергеевич Хвостов. Мы незнакомы, но я буквально очарован вашей красотой.
— Татьяна Лобанова, — ответила девушка.
— Разрешите пригласить вас на танец.
— Боюсь, я уже обещала вальс господину Львову.
Я как раз подошёл. Хвостов смерил меня неприязненным взглядом.
— Вот ему? — спросил он презрительно. — Простите, не могу в это поверить.
— Отчего же? — нахмурилась Татьяна.
— Кажется, мы с вами незнакомы, — сказал я холодно. — О чём я, кстати, нисколько не сожалею. А танец действительно обещан мне.
Хвостов скривился.
— Вам стоило бы быть поразборчивей, сударыня, — проговорил он, глядя не на Лобанову, а на меня. — Я, конечно, понимаю, что выбор на Фронтире невелик, но нельзя же ценить себя так низко.
Лобанова вспыхнула. Глаза её сверкнули.
— Вы, кажется, задались целью оскорбить госпожу Лобанову, — проговорил я, глядя на Хвостова. — А заодно и меня.
Говорил Хвостов громко, явно стараясь привлечь к сцене внимание. Значит, ему требуются свидетели, чтобы разговор сошёл за оскорбление.
— Не думаю, что вас, господин Львов, можно оскорбить, — заявил он, ухмыляясь. — Нельзя задеть того, у кого нет чести.
— О, так вы меня знаете. Полагаю, прибыли сюда в качестве сопровождающего какой-то дамы?
Хвостов прищурился.
— Вы сомневаетесь, что меня могли пригласить?
— Сомневаюсь. Ибо вижу, что вы недалеко ушли от своего братца, который промышлял грабежами и убийствами на большой дороге. Такой же подонок.
Уже было ясно, что старый князь отправил сюда своего сына, чтобы отомстить мне за смерть старшего. Как и предупреждал полицеймейстер, тот ночной случай возымел последствия. Я, правда, ждал обычных наёмников, но, видимо, князь решил добраться до меня иным способом.
Хвостов налился краской. Под кожей заходили желваки.
— Убийца⁈ — переспросил он глухо, сверля меня яростным взглядом. — Насколько мне известно, убийца именно вы!
— Кажется, вы просто не в себе, — ухмыльнулся я. — Не только дурно воспитанный болван, но и сумасшедший.
К этому моменту вокруг нас уже воцарилась тишина. Все, кто был рядом, поняли, что дело идёт к вызову на поединок. Некоторые даже подошли поближе, чтобы лучше слышать.
— Надеюсь, вы понимаете, что после таких слов дуэль неизбежна? — высокомерно процедил Хвостов, глядя на меня сверху вниз.
— Вам угодно меня вызвать?
— Ещё бы!
— Очень рад. Вы ответите за слова, которые позволили себе отпустить в адрес госпожи Лобановой.
Хвостов расплылся в довольной улыбке. Щека у него нервно подёргивалась от сдерживаемой злобы.
— Пре-кра-сно! — проговорил он, делая паузы между слогами. — В таком случае вам выбирать оружие. Надеюсь, вы в курсе, что в поединках чести магия не используется?
— Мне это известно. Я выбираю шпаги.
— Отлично. Время и место?
— Да хоть сейчас.
— Не думаю, что господин Елисеев согласится прерывать бал ради нашего поединка.
— Напротив! — раздался голос хозяина дома. — Если господину Львову угодно решить вопрос немедленно, я только «за». Шпаги мы найдём. Я даже готов выступить распорядителем поединка.
По Елисееву было видно, что инцидент привёл его в бешенство. Не знаю, кого из нас он винил, но, вероятно, ему уже шепнули, с чего всё началось.
— Вот и славно, — снова улыбнулся Хвостов. — Почту за честь, господин Елисеев. Жду вас на улице, сударь, — уже другим тоном обратился он ко мне. — Не затягивайте. А то люди могут решить, будто вы трусите.
И быстрым шагом направился вон из бального зала.
Глава 27
В дуэлях мне участвовать не доводилось. Люди старались со мной не ссориться. Может, из-за молвы о колоде Таро, которые пошли в академии, когда я в ней учился. Сложилось мнение, будто она приносит несчастья. Хотя это не так. На самом деле, карты лишь предсказывали будущее. Не более того. Причём, весьма туманно. Да и я повода не давал для ссор. Но главное — люди не так уж часто стремятся рискнуть жизнью. Обычно дуэль происходит в крайнем случае. И то не всегда, ведь у участников остаётся возможность примирения. Даже в самый последний момент. Кроме того, существуют всякие уловки, позволяющие сохранить честь и при этом не рисковать жизнью. Например, драться до первой крови или стрелять на воздух. Да, они считаются читерством, но при этом вполне законным. Некоторые, правда, оскорбляются, когда их щадят, но таких единицы. Большинство умирать вовсе не торопится.
Но что касается Хвостова-младшего, он явно прибыл на бал лишь с одной целью — спровоцировать меня на поединок и убить. Так что всё, что мне оставалось — оказаться тем, кого вызвали, чтобы получить право выбрать оружие. Князь был так взбешён моими словами, что даже не заметил этой небольшой манипуляции. Что весьма опрометчиво с его стороны. Ведь в противном случае он получил бы преимущество. Которого теперь не было.
Да, по тому, как легко он согласился на шпаги, чувствовалась уверенность. Наверняка он провёл немало часов в тренировках. Но пистолеты дали бы ему больше шансов. В стрелковой дуэли достаточно быть метким и пальнуть раньше противника. Можно даже нажать спусковой крючок прежде, чем дойдёшь до барьера. Это осуждается, ибо считается признаком трусости, однако вполне законно, и в лицо тебе за такое никто не выскажет.
С клинками дело другое. Решает только мастерство. В своём я не сомневался. А вот Хвостов, конечно, считал, что у меня в силу возраста не было достаточно времени, чтобы отточить навыки фехтования. Да, в любой академии, где учатся аристократы, есть класс сабельного боя и владения другим холодным оружием — дань традиции. Однако большинство не уделяет этой дисциплине должного внимания. Некоторые же относятся к этому только как к спорту. Я тоже нечасто посещал занятия. Но в прошлой жизни у меня было полно времени, чтобы потренироваться. Так что моего противника ждал сюрприз. Правда, удивляться ему придётся, скорее всего, недолго.
Секунданты для поединка на клинках не обязательны. Особенно если он происходит сразу после ссоры и вызова. Правила такого боя всем отлично известны. Осталось лишь договориться о результате. Но для этого достаточно и распорядителя.
— Вы знаете этого человека, господин Львов? — тихо спросил меня Елисеев.
— Познакомился только что, — ответил я. — Но я в курсе, кто он. И почему здесь.
— Просветите меня?
— Это брат бандита, пытавшегося убить меня ночью на дороге. Сын князя Хвостова.
— Ах, вот оно, что… — протянул Елисеев. — Значит, месть. Полагаю, в таком случае предлагать примирение бессмысленно?
— Да, не тратьте время. Он здесь, чтобы убить меня. Попытаться, по крайней мере.
— Я его не приглашал. Видимо, он прибыл в качестве сопровождающего лица какой-то из дам.
— Это не имеет значения. Скорее всего, она даже не в курсе, зачем привела его. Думаю, её просто использовали.
— Всё же, я выясню, кто это.
— Как вам угодно, Анатолий Павлович. Пожалуй, я пойду.
— Да-да, разумеется. Я с вами. Нужно установить правила дуэли. За шпагами я уже послал.
Когда мы вышли на улицу, гости последовали за нами. Места в парке было достаточно, чтобы вместить всех зрителей.
Хвостов дожидался, прислонившись плечом к одному из фонарей. При виде меня на его лице появилась лёгкая ухмылка. Он был уверен в себе и в своей победе.
