Сам же я первым делом, как вошёл в свои покои, скинул одежду и отправился в душ. Стоя под сильными струями воды, я чувствовал, как они смывают с меня не только пот, но и события минувшего дня. Нужно уметь переключаться. И отдыхать. Молодость и тренированность — это, конечно, хорошо, но тело всё равно устаёт.
Выйдя из ванной, я с наслаждением растянулся на свежей простыне. Даже накрываться одеялом не хотелось. Так я и начал задрёмывать. Может, даже уснул.
Но ненадолго, ибо меня разбудил негромкий стук в дверь. Открыв глаза, я сел на постели. Ну, и кто это может быть? Разве что Сяолун.
Натянув на себя одеяло, я крикнул:
— Не заперто!
Дверь приоткрылась, и в комнату скользнул женский силуэт.
— Простите, если разбудила, ваше благородие, — я сразу узнал голос Сирены. — Меня впустил ваш дворецкий.
Кто бы сомневался.
— Я решила, что должна воспользоваться тем, что оказалась поблизости, — сказала девушка, подходя. — Не возражаете?
— Отличная идея, — ответил я и откинул одеяло. — Забирайся.
Сирена ловко стянула с себя одежду и скользнула ко мне. В темноте на ней белели бинты и пластыри.
— Только будьте осторожны, — шепнула она, прильнув ко мне сразу всем телом. — Ваше благородие.
* * *
Завтракали мы, ясное дело, вместе. Ночью спать довелось недолго, так что оба были сонными. Но довольными.
Сирена вовсю уплетала яичницу с беконом, тосты с джемом и бутерброды с колбасой, запивая всё это кофе. Я не так сильно проголодался, но старался не отставать.
Сяолун взялся лично прислуживать нам, то и дело посылая мне одобрительные улыбки. Очень хотелось выставить его вон, но повода не нашлось.
— Я схожу навещу своих, — сказала Сирена после того, как посуда была убрана, а весь кофе выпит. — У вас, наверное, полно дел.
— Как всегда, — отозвался я.
— Могу потом вернуться.
— Было бы здорово. Если меня не будет, подожди.
Девушка кивнула.
— Конечно, подожду. Что ещё мне делать?
Когда она ушла в лазарет, я оделся и отправился в лабораторию. Нужно было отдать Яриле костяные таблички и скинуть ей фото и видео снятых мною на телефон символов.
Пока ИскИн трудился над расшифровкой, я подремал. Аватар разбудил меня около часа дня.
— Босс, я готова предоставить первичный отчёт.
— Ну, давай, — кивнул я, зевнув. — Что там?
— Прежде всего, это не язык. Скорее, система специальных символов.
— Шифр?
— Нет, босс. Больше похоже на систему магических знаков, которые дополняют друг друга и там самым организуют и усиливают энергетические потоки.
— То есть, другими словами, это заклинания?
— Можно и так сказать, — кивнула Ярила. — Но данная система мне не известна. А это значит, что…
— Что её придумали в другом мире, — закончил я за ИскИна. — Сможешь в ней разобраться?
Глава 26
Ярила озадаченно почесала висок. Даже нахмурилась. Если не знать, что это аватар ИскИна, да не видеть, что он полупрозрачный, нетрудно поверить, что это реальный человек. Может, поэтому разработчики и делают так, чтобы люди не забывали, что имеют дело с имитацией. Очень умной, но всё же.
— Не знаю, — ответила Ярила, глянув на меня. — Простите, босс, но мне в данный момент сложно прогнозировать результат. Я ведь работаю на основе известных человечеству данных. Поэтому мой диапазон ограничен. Эта же технология новая.
— Понимаю. Но ты всё же постарайся.
— Конечно, повелитель. Я сделаю всё, что в моих силах.
Ну, в этом я не сомневался. Иначе ИскИны и не умеют. Вот, кстати, ещё одно отличие от человека: компьютеры всегда выкладываются на сто процентов. Усталости они не знают, а сил им не занимать.
— Тогда трудись, — сказал я.
Конечно, имело место некоторое разочарование. Я-то рассчитывал, что Ярила выдаст мне всё, что нужно знать о символах, в ближайшее время. Но, увы, не получилось. Придётся ждать. И надеяться.
Следующие три дня результатов тоже не было. Егеря пошли на поправку, Сирена проводила со мной ночи, а днём я ездил к Лобановым — учился танцевать.
Дело это оказалось непростое. Вальс был самым простым из танцев. От прочих у меня голова шла кругом. Нужно было запоминать всё эти па, переходы, смены и так далее. Татьяна, видать, почувствовала, что ученик у неё не самый способный, так что теперь занятия длились не по часу, а по два, потом мы пили чай и возвращались в бальный зал, чтобы продолжить штудии.
С Лобановым мы тоже виделись, разумеется. На третий день он позвал меня после танцев пострелять по тарелочкам.
Аппаратом, отправляющим в небо мишени, управлял один из лакеев. Лобанов попадал примерно в каждую третью. У меня получалось лучше.
— Вы меткий стрелок, Родион, — проговорил в какой-то момент мой сосед, перезаряжая ружьё. — Давно практикуетесь?
— Время от времени.
— Мне до вас далеко.
Татьяна была с нами. Тоже стреляла. Была на третьем месте, так сказать.
В небо взлетели три мишени. Грянули выстрелы. Моя тарелка разлетелась, две других упали в траву.
— Чёрт! — пробормотал Лобанов.
— Петя терпеть не может проигрывать, — улыбнулась Татьяна. — С детства старался меня во всём обойти.
— Я не знал, что мы сейчас соревнуемся, — сказал я.
— Да не берите в голову, — Лобанов хмуро поглядел на сестру. — Тэнни меня просто подкалывает. Она находит это фан.
Татьяна пожала плечами и переломила ружьё, чтобы перезарядить его.
— Вы бывали на охоте? — спросил Лобанов, проделывая то же самое. — Я имею в виду не зачистку или защиту участка, во время которой вам приходилось убивать тварей, а именно охоту.
— Нет, не доводилось, — ответил я, вставляя патроны в ружьё. — А что, есть разница?
— О, да! Ещё какая. Вам нужно непременно попробовать. У вас же теперь есть псарня. Насколько я помню, Молчанов охотой не баловался, так что ловчих, наверное, не держал, но вы вполне можете себе это позволить. Теперь-то, когда стали владельцем сразу двух участков. Давай!
Это было адресовано лакею. Тот немедленно нажал на кнопку, и машина для метания тарелочек выпустила три снаряда.
Раздались выстрелы. На этот раз попала только Татьяна.
— Опять промазал! — проговорил Лобанов. — Похоже, сегодня просто не мой день.
— Да, братец, в этом всё дело, — отозвалась девушка. — Не переживай.
— Я отлично слышу сарказм в твоём тоне, — сказал Лобанов, раздражённо переламывая ружьё. — Мне кажется, сегодня ветер из ту стронг.
— Я вообще ветра не ощущаю, — возразила Татьяна.
— А он есть!
Девушка пожала плечами.
— Как скажешь, Питер.
Раз назвала брата на аглицкий манер, значит, решила закончить перепалку.
— Бай зе уэй, — обратился ко мне Лобанов. — Как у вас дела на участке Молчанова?
— Неплохо. Сегодня утром мой преобразователь как раз дотянулся, наконец, до второй вышки, так что можно не беспокоиться начёт энтропии.
Помещик кивнул.
— Мои конгратьюлейшнз. Слышал, армейские прислали новый отряд для зачистки территории, на которой полёг предыдущий.
— Так и есть, — ответил я. — Но вряд ли у них там много работы. Полагаю, совсем скоро туда отправят ассенизаторов.
— Интрестинг, кому достанется эта земля.
— Полагаю, кому-то из выпускников, — заметила Татьяна.
Лобанов взглянул на меня испытующе.
— Вы, часом, не потяните ли ещё один участок?
— Если честно, планирую.
— Риали? — удивился помещик. — У вас хватит пауэр и на третий?
— Хотелось бы надеяться.
— Вы меня поражаете. Повезло вам, Родион.
Я мог бы сказать, что способен взять под контроль и больше, но не стал. Не бывало ещё случая, чтобы проектировщику удавалось покрыть больше трёх участков. Это считалось пределом. Наверное, иначе ввели бы ограничение на количество земли, передаваемой одному человеку. Это было бы разумно, ведь в случае гибели проектировщика заменить его в кратчайшие сроки новыми весьма проблематично. Даже тремя. Что уж говорить о большем числе. Но сейчас у меня ещё имелась возможность воспользоваться отсутствием лимита и захватить как можно больше территорий. Не знаю, сколько эта верёвочка будет виться, но законы принимают не так быстро. Думаю, полгода-год у меня есть.
