— Перестаньте, Родион, — вздохнула девушка. — Это ерунда. Пригодится на другом балу. Вы сегодня могли погибнуть, и я просто рада, что этого не случилось.
— Конечно, май френд, — кивнул Лобанов. — Никто не осудит и не удивится, что вы покинули бал после дуэли. Но позвольте нам вас сопровождать. Вашей охраны может оказаться недостаточно. Что, если князь был лишь частью плана, и где-то вас поджидают убийцы, которым поручено прикончить вас в случае, если Хвостова постигнет неудача?
— Спасибо за беспокойство и предложение, мой друг, но это лишнее. Я и мои люди справятся с любой опасностью. Возвращайтесь на бал, прошу.
Перед отъездом я, разумеется, отыскал Елисеева. Было бы крайне невежливо покинуть его дом, не попрощавшись.
— Надеюсь, вы не держите на меня зла за то, что поединок случился у вас дома, — сказал я ему.
Тот лишь отмахнулся.
— Пустое! Князь нарочно приехал, чтобы попытаться вас убить. Разумеется, его послал отец. Теперь вы в ещё большей опасности. Старик не угомонится.
— Это я понимаю. Спасибо за всё. Надеюсь, вечер не совершенно испорчен.
Мой собеседник мрачно усмехнулся.
— Помилуйте! О таком повороте можно только мечтать. Теперь все будут неделю говорить лишь о вашей дуэли. Скажу по секрету, супруга, хоть и делает вид, что расстроена, на самом деле в полном восторге. Есть, о чём рассказать кумушкам. Уверен, уже завтра она найдёт предлог поехать в город к знакомым — посудачить. Так что не беспокойтесь. Думайте лучше о том, чтобы не умереть.
— Постараюсь, Анатолий Павлович.
На том и расстались.
Спустя десять минут я выехал с дружинниками. Настроение было так себе. Танцы танцами, они для меня никакого значения не имели, но я рассчитывал познакомиться с полезными людьми и обзавестись связями. Может, даже невесту присмотреть. На будущее.
Но всё кончилось лишь тем, что я убил очередного болвана. Причём это даже не решило проблему, а лишь отсрочило её.
В общем, вечером я был недоволен. Да, можно было остаться. Уверен, что я оказался бы в центре внимания гостей. Но сейчас их интересовал только поединок. Никаких договорённостей достичь не удалось бы.
Я постарался подавить растущее внутри раздражение с помощью дыхательных упражнений. Вся эта химия, бурлящая в человеческом теле, нуждается в постоянном контроле.
Через некоторое время ко мне повернулся сидевший на переднем сиденье Протасов.
— Ваше благородие, впереди человек.
Я всмотрелся в темноту.
Мы уже покинули участок Елисеева и теперь ехали по незаселённой территории какого-то из его ближайших соседей. По обе стороны дороги стенами возвышались сосны и ели, месяц висел прямо над трактом, так что в его бледном сиянии была отлично видна маленькая одинокая фигурка, стоящая прямо у нас на пути.
— Ребёнок, что ли? — спросил я.
— Похоже, господин, — отозвался Протасов.
В этот момент фигурка скрылась за шедшей впереди машиной кортежа.
— Какие будут приказания? — спросил капитан.
— Ну, всегда есть вероятность, что кто-то здесь заблудился. Так что давить не будем. Если не уйдёт с дороги, придётся остановиться.
— Но это может быть ловушкой, ваше благородие.
— Полагаю, мы это поймём очень скоро. Передайте первой машине, чтобы…
Договорить я не успел.
По дороге нам навстречу пронеслась стремительная зелёная молния и с треском ударила в головной броневик. Машина перевернулась, её оторвало от земли и швырнуло в сторону. Ломая деревья, она рухнула на обочину.
На обычную магическую технику зелёная молния похожа не была: скорее, на атаку Гнилью. Особым зарядом повышенной силы. Похоже, путь нам преградило Исчадие.
— Ну, вот и выяснили, ловушка или нет, — сказал я, отстёгивая ремень безопасности. — Тормози!
Глава 28
Как только я оказался снаружи, Исчадие широко раскинуло руки, застыло на мгновение, а затем резко хлопнуло в ладоши.
Между ними сверкнула изумрудная вспышка, и к нам понеслась по воздуху ещё одна атака.
Но на этот раз я поднял с дороги тени — благо, время суток было такое, что дефицита с ними не предвиделось. Моя техника поглотила сгусток Гнили и выбросила его справа от Исчадия. Атака твари должна была угодить в неё, но девчонка взмыла над землёй, пропустив Гниль под собой. Она зависла в трёх метрах над дорогой. Волосы распустились, словно чудище лежало в воде, на их кончиках вспыхнули зелёные искры.
В лицо мне повеяло холодом, хотя ветра не было.
Мои телохранители открыли огонь. Одна пуля вошла девчонке в живот, другая — в грудь. Раздался скрипучий смех. Он донёсся до нас, словно кусочек расколовшегося об ущелье эха.
А затем Исчадие снова хлопнуло в ладоши.
На этот раз к нам устремились сразу три сгустка. Пришлось действовать быстро. Тени вставали на пути атак непроницаемыми стенами, поглощая сгустки, но перенаправлять их времени уже не оставалось.
Девчонка двинулась в нашу сторону. Её волосы светились всё ярче: теперь вокруг головы чудовища словно разгорался колеблющийся зелёный ореол.
Я поднял тени, напитывая их рунами усиления. Чёрные ленты взвились под Исчадием, потянулись к нему и уже должны были схватить тварь за ноги, когда девчонка ударила по ним сгустком Гнили и снесла. А затем пустила в нас ещё один заряд.
Что это за тактика? Она же видит, что я легко блокирую её атаки. Так зачем повторяет их?
Словно в ответ на мой невысказанный вопрос, Исчадие остановилось, поднялось ещё на метр и прижало руки к телу, став похожим на оловянного солдатика.
Волосы разделились на шесть извивающихся, подобно щупальцам, прядей. И с каждой в нас ударило по заряду!
Только теперь они летели не прямо, а на ходу меняли траекторию! Словно Исчадие управляло ими, стараясь избежать ловушек.
Я поднял тени. Два сгустка угодили в них, но остальные обогнули и продолжили путь.
Пришлось отпрыгнуть в сторону. Дружинники тоже раздались кто куда.
Два заряда попали в броневик и опрокинули его, как игрушечный.
Остальные врезались в дорогу там, где мы стояли секунду назад. В воздух брызнули чёрные фонтаны вывороченной земли.
Поднимаясь на ноги, я поднял тень за спиной висевшего в воздухе чудовища. Лента вспыхнула рунами, метнулась к цели и стремительно обвила плечи Исчадия. Я приказал ей сдавить тварь, и тень вошла в плоть монстра, но я сразу ощутил мощное сопротивление. Противник был очень силён. Таких я здесь ещё не встречал.
Снова раздался трескучий смех, а затем тень лопнула. Волосы девочки пришли в движение, вспыхнули быстро растущие сгустки Гнили.
Кто-то из телохранителей выстрелил. Пуля вошла в лицо Исчадия, оставив в нём дыру. Тварь этого словно не заметила!
Я накинул сразу три тени, не жалея энергии.
В нас ударили три зелёных заряда.
Один я поймал в ловушку и перекинул в монстра. Однако девчонка лишь сдвинулась вправо, избежав попадания собственной техники.
Мне же пришлось снова отпрыгнуть. Третий сгусток врезался в последнюю машину кортежа.
Снова раздались выстрелы. Почему-то от них тварь не пыталась уклониться. Возможно, была не так быстра.
Я видел, как пули оставляют в теле монстра отверстия, однако в Ядро ни одна не попала.
Вот невезуха!
Шесть светящихся прядей затрепетали. Каждая разделилась на две. Теперь девчонка могла запустить в нас сразу двенадцать зарядов!
Чёрт, да откуда у неё столько сил⁈ И главное — что она такое⁈
Ладно, хватит цацкаться! Настала пора решительных мер.
Как только заряды устремились в нашу сторону, я растянул стену тьмы над дорогой, полностью отгородив нас от Исчадия. На это ушла прорва энергии, но у меня её было ещё много. Усиление системы каналов и узлов с помощью Хаоса и постепенная разблокировка моих прежних способностей сделали и меня самого грозным противником.
Все заряды ушли в тень.
В моей руке возник Призрачный клинок. Трепещущее чёрное лезвие из перевитых теней, усиленное множеством сияющих рун.
