- А почему не прошло? - о хваленой церберовской регенерации слышала даже я.
- Значит, или зараза какая-то попала, или чей-то яд.
Рыжая уже забыла о своем сегодняшнем проколе и увлеклась разгадыванием загадки.
- Сейчас проведем диагностику - и выясним, - решила соседка. Сразу видно - настоящий целитель.
На диагностику у Элис ушло минут двадцать. Все это время огненный пес, привыкший быть учебным пособием для студентов, сидел смирно. Только правая голова постоянно поглядывала, что делает девушка с его спиной, и время от времени прижимала уши. Наверное, правая голова была трусливее других.
- И все-таки яд, - Элис встряхнула руками и использовала на себе обеззараживающее заклинание для дезинфекции. Очень расточительный поступок для мага, но когда обычного антисептика под рукой нет, да и руки голые, без перчаток, ничего не поделаешь.
- Оповестим смотрителей? - спросила я, готовясь пойти к выходу, где и располагалась сторожка.
- Сами разберемся, - рыжая была полна решимости. - Надо понять, кто мог его укусить или оцарапать. Кто здесь поблизости водится?
Зоосад академии пусть и не дотягивал размерами до королевского, но все равно занимал достаточно внушительную площадь. Цербер находился в отдалении от остальных животных, да и к такому крупному хищнику мало кто отважится приблизиться.
Мы начали обходить других обитателей зоосада, живущих поблизости, но никого подходящего не нашли.
- Интересно, а если это не животные, и ты была права? - Элис подошла к серебрянорогому файеру, чем-то напоминающему оленя, но помельче и с когтистыми лапами вместо копыт. А еще файеры являлись всеядными, так что подруга сначала эмпатией настроила животное к себе.
- Посмотри, - подозвала рыжая, копаясь в мягкой серебристой шерсти. - У него есть такие же отметки.
И действительно, файера украшали целых три красных отметки: две на левом боку и одно на правом.
- Его тоже покусали? - я разглядывала покраснения, стараясь не дотрагиваться до поврежденных участков кожи.
- Покусали, - Элис нахмурилась. - Зафиксируй его, чтобы он нас не покусал.
Для фиксации животных существовала куча разнообразных заклинаний. С обезболиванием и без, погружающие в сон, лишающие воли и прочие. Я хорошо знала только обычную фиксацию, так что мысленно извинилась перед рогатым, если ему будет больно, и наложила нежвижимость.
Файер замер, взгляд его тут же сделался злой, глаза налились кровью. Видимо, перед тем, как снять заклинание, нам лучше на всякий случай покинуть его вольер и отойти подальше.
- Помогай, - дернула меня за рукав девушка. - Ищи на нем паразитов.
- Каких? - вопреки просьбе, я сделала шаг назад.
- Пока не уверена, каких именно. Но если заметишь кого - лови.
Скривившись, я подошла к зверю. Крупный, с достаточно длинной шерстью и густым подшерстком - да тут кто угодно затеряться может, не то что блохи - крокодилы заведутся.
Я наткнулась на красное воспаленное пятно и, воспользовавшись недвижимостью файера, слегка надавила пальцем. Даже через недвижимость почувствовала, как напрягся рогатый.
- Элис, оно внутри, - я отдернула палец, для верности дважды использовав обеззараживание.
Соседка обошла животное и наклонилась к пятну, а после жестко выругалась. Да уж, теперь я верю, что у нее четыре брата.
- Там личинки. Это шилки, они откладывают яйца внутрь живого организма. Но если цербер пламенем может сжечь паразитов, отделавшись воспалением, то большинство других не имеют такой возможности. Поэтому на цербере я никого не почувствовала и сразу не поняла. Идем, это уже серьезно, - и подруга потянула меня на выход.
Смотритель, едва услышал слово “шилки”, спал с лица. Эта гадость распространяется со скоростью лесного пожара, а выводится очень тяжело.
- Как же я не досмотрел? - схватился за голову мужчина.
- Не переживайте, у нас целый корпус целителей, справимся, - успокоила его рыжая.
- Да, но все равно, - смотритель покачал головой. - И как только к нам такая гадость пробралась? Никогда не было, и на тебе...
Ситуация неприятная, не поспоришь, но рыжая сразу приободрилась и собралась. Когда дело касалось учебы и целительства, девушка буквально преображалась. Хмурое лицо становилось просто серьезным и сосредоточенным, а взгляд вдохновленным, что украшало ее лучше всякой косметики. Она уже просчитывала, как будет бороться с паразитами, невиданной напастью. Новые животные всегда проходили карантин, чтобы никто не принес никакую заразу, так что действительно непонятно, каким образом паразиты оказались в зоосаде.
- А на людях шилки живут? - я все еще с опаской смотрела на свой палец.
- Нет, не беспокойся, только на животных и только на магических, - успокоила меня рыжая.
Но в общежитии руки с мылом я вымыла раз пять. На всякий случай.
Одежду свою я целиком сняла и под насмешки соседки, как могла, постирала в тазу. С непривычки у меня получилось плохо, а еще на пальцах от стирки появились мозоли. Зато, надеюсь, ароматное мыло убьет все, что могло там завестись, а заодно отобьет запах псины на вчерашних вещах.
Сушки на этаже для обычных студентов не предусмотрено, пришлось натягивать веревку посреди комнаты и развешивать все на ней. Тут уже вмешалась Элис и, костеря меня, принялась отжимать мой вещи, периодически пытаясь стегануть меня мокрыми тряпками. Дважды у нее получилось, так что я порядком вымокла.
- У нас тут целое озеро из-за тебя, - скривилась рыжая. - Посмотри, сколько натекло.
- Может, высушить? Я неплохо огнем владею...
- Я тебе высушу! - рыкнула Элис. - Потоп ты в общаге уже устраивала, только пожара не хватало!
На этом я легла спать. С одежды все равно капало, недовольная соседка цыкала. Заниматься сил не было, даже Элис посмотрела на учебники, но так ни к чему и не притронулась. День сегодня получился слишком насыщенный и утомительный.
Следующий выдался ничуть не проще и не легче. После пар, на которых я клевала носом, меня ожидали занятия с Саймоном. И настроен страж был совершенно иначе. Его отношение ко мне и к делу вообще как-то изменилось. Он начал с теории, объяснил, что к чему при экранировании силы смерти, как некроманты работают с нежитью, на что следует обращать внимание. Потом показал основные приемы экранирования с самых азов.
- Сложные, от высшей нежити, к которой относится и темная сущность, вы не освоите. На это требуются месяцы, а то и годы. Но даже простое экранирование поможет вам продержаться какое-то время. Главное - не раскрываться эмпатически, держать щиты, не пропускать их эмоции внутрь.
Я не стала говорить, что это и есть самое сложное - не пропускать чужие эмоции, при этом использовать свою волю и мыслеобразы. Но здесь мне Саймон не помощник. Он не был эмпатом или медиумом. Он мог уничтожить или изгнать, но не мог подчинить и использовать. Классический боевик.
Под конец тренировки, во время которой я теперь не просто работала с призраками, но и старалась использовать экранирование, хотелось лечь и умереть. От неумелого расхода магии я почти выкачала свой резерв, вплотную приблизившись к перерасходу, от которого рукой подать до магического истощения. Надо ли говорить, что у меня ни разу не получилось совладать даже с самым слабеньким призраком? Одновременно экранировать и подчинять мне удавалось.
Саймон все время страховал и поддерживал, чем немало меня удивлял. Обычно отстраненный, он проявлял невиданное участие в моих занятиях. Советовал, как лучше использовать магию, куда направить, где закрыть брешь в защите. И не скупился на похвалы, если у меня что-то все-таки удавалось.
- Не могу больше, - я упала на пол, отвернувшись от зависшего в защитной руне призрака.
- Тогда заканчиваем, - некромант щелчком пальцев загнал призрака обратно.
Жаль, что он может так делать только с уже привязанными к вместилищу. Загнать в вместилище кого-то нового и образовать привязку способен только медиум.
- Саймон, ты прав, - я не торопилась вставать с пола, устало наблюдая, как страж гасит свечи и убирает их в ящик. - У меня не получится поддерживать экранирование и загонять сущность одновременно. Для этого я должна быть обученным некромантом или хотя бы темным магом широкого профиля. У меня и резерв большой, и сила темной магии двенадцать, а толку нет.
