Дядя Митя, стоявший чуть поодаль, опешил. Его глаза расширились от ужаса, когда он увидел, как шар, отскочив от стены, ринулся прямо на него. Он инстинктивно отшатнулся, но нога зацепилась за лежащий на полу кабель. Руки дяди Мити беспомощно взмахнули в воздухе, пытаясь удержать равновесие, но тщетно. Он с громким стуком упал на пол, а его голова с влажным хрустом ударилась о щит управления. На металлической поверхности осталась тёмно-багровая полоса, медленно стекающая вниз.
Тело дяди Мити обмякло и рухнуло на пол, рядом с уже неподвижным телом парня.
Беда и Сургут замерли, сдерживая дыхание. Свечение шара погасло, оставив после себя лишь легкий, едва уловимый запах гари и сладковатый запах хорошо прожаренного человеческого тела.
— Ну и дела, — прошептал Сургут, медленно вылезая из-за шкафа.
Беда, не отрывая взгляда от тела мужчины, лежащего на полу, выдохнула:
— Что же теперь делать?
— Делать? — Сургут подошел к телу Вани, которое уже не подавало никаких признаков жизни, лишь широкая дыра в груди говорила о том, что он умер и скорее всего мгновенно. Он задумался и затем ответил.
— Срочно уходим отсюда, — он кивнул на тело дяди Мити, лежащее у щита.
— А как же профессор?
— Профессора мы найдем. Но сейчас главное выбраться и желательно как можно более бесшумно.
— А где этот? — Беда огляделась вокруг. – Может, уже ушел?
— Не может. Он не мог просто так исчезнуть же.
— Не мог, а где же он?
Полтергейста не было видно и парочка решила двинуться вперед.
— Твою ж… ромашку… — Сургут вжался в шкаф, стараясь даже дышать через раз, чтобы не привлекать внимание перепуганного или разозленного мутанта, который внезапно вынырнул из-за шкафчика. Денек у того сегодня явно не фартовый, то они приперлись, то солдаты стрелять начали, то придурки орут всякие. Тут любой взбесится, справедливо рассудил сталкер, правда, легче от таких рассуждений не становилось. Если мутант не уберется в скором времени, то весь его план пойдет в тартарары, плюс этих двоих могут начать искать. В общем, как не кинь, всюду клин. Сургут осторожно высунувшись, убедился, что Беда цела и тоже затихарилась как мышь в норе. Полтергейст тем временем завис под потолком и тихо раздраженно гудел.
Девушка осторожно достала из кармана разгрузки жевательную конфету и кинула ее подальше на пол. Мутант тут же среагировал, спикировав вниз что твой истребитель, конфета исчезла в свечении, а гудение стало вроде как менее раздраженным. Но одной конфеты ему было явно мало, и он подлетел поближе к Беде и завис над ее головой, тихонечко жужжа. Сургут раздраженно вздохнул. Чертова девка, зачем она вообще эту конфетину ему дала, теперь же не отвяжется. Мутант тем временем облетел девушку и ткнулся в лежащий рюкзак. Со стороны это выглядело даже забавно, искрящееся облако словно собачонка, тычущееся в сидор, в другое время Сургут обязательно б посмеялся, но сейчас нужно было действовать быстро.
– У тебя ещё конфеты есть? – тихо шепнул он напарнице.
– Не-а. – покачала она головой в ответ.
– Плохо…
Что именно было плохо договорить, Сургут не успел, треклятый мутант, поняв, что ничего интересного в сидоре не имеется, словно ошалел и начал, как мячик, долбиться в стены, отскакивая от них.
Какофония стояла ужасная: треск, гудение и металлический звон, всё смешалось в одну кучу и било по мозгам, а главное, это явно было слышно и в коридоре.
– Твою ж… ромашку. – Сталкер со злостью швырнул в полтергейста то, что нашёл в кармане. Облако с радостью подхватило предмет и с гудением спикировало за панель управления.
– Бежим!
Теперь не до конспирации, ноги бы унести. Подхватившись, парочка вылетела в коридор, мужчина с разбега влетел в кого-то, снося того с ног.
Профессор
— Виктор Михайлович, вы целы? — за спиной, точнее над ней, раздался женский, слегка хрипловатый голос. Про такой ещё говорят «чувственный».
«Янпольский тут…» — мелькнуло в голове Сургута.
— Я цел, Ирочка. Как только этот, очевидно уважаемый, товарищ встанет с меня, я тотчас же поднимусь, — прозвучал приятный, бархатный голос.
Сургут поднялся и протянул руку, помогая встать профессору.
— Извините, — буркнул он.
— Простите, но я не помню вас в составе моей группы. Не потрудитесь ли объяснить, как вы попали сюда? — мужчина поправил съехавшие очки и отряхнул пыль с рукава халата. — Я так полагаю, вы один из охотников за моей головой.Для человека, который знает, что за ним ведётся настоящая охота, он был очень спокоен, отметил Сургут.
— Голова мне ваша, конечно, нужна, но нет, я не из наёмников, — сталкер нервно крутил в руках болт.
— Вот как. Ну а ваша прелестная спутница? — профессор неожиданно цепким взглядом пробежался по стоявшей у стены девушке.
— Беда попала сюда случайно, она вообще из «туристок».
— Я так понимаю, что мои работники вами уже устранены?
— Устранены, но не нами. Там в щитовой полтергейст застрял, он то ваших Ваньку и дядь Митю и того… — Сургут провёл ребром ладони по горлу.
— Полтергейст, незваные гости, которым нужна моя голова, но которым приходится спасаться бегством. День поистине полон чудес… — профессор потёр переносицу. — Предлагаю пройти в мой кабинет и там обсудить причину вашего тут появления. Бойцов можете не опасаться, раз вы со мной, значит свои. Но…
— Но если что, они всегда нас пристрелят, — закончил за профессора мужчина. — Идёмте, профессор, вы мне не нужны ни живым, ни мёртвым. Мне нужен лишь ваш совет.
Янпольский качнул головой и повёл рукой в сторону коридора, словно приглашая следовать за ним. Его движения были спокойными, как будто он давно привык к тому, что его слова и жесты не оставляют места для возражений.
— А где та девушка?! — Беда повертела головой. Её голос звучал напряжённо, почти подозрительно, ждать удара в спину ей не хотелось.
— Вы, видимо, об Ире, — ответил Янпольский, и в его голосе прозвучала лёгкая усмешка.
— ИРА — Искусственный радио агент, Искин, — пояснил он. — Она наблюдает за объектом по камерам, а диалог мы с ней ведём через динамики. — Профессор улыбнулся, рассказывая о своём детище, и в его глазах загорелся тот самый огонёк, который бывает у изобретателей, говорящих о своих творениях.
Беда нахмурилась, её брови сдвинулись, образуя глубокую складку на лбу.
— Искусственный… что? — переспросила она, не скрывая скепсиса. — То есть это не человек?
— Совершенно верно, — кивнул Янпольский, словно ожидал именно этого вопроса. — ИРА — это система, которую я разработал. Она способна анализировать обстановку, вести диалог и даже принимать решения в определённых ситуациях. Её голос, её манера речи — всё это результат сложных алгоритмов. Она учится, адаптируется и, можно сказать, становится лучше с каждым днём. Её алгоритмы способны уловить опастность и активировать систему защиты. Но про неё я увы рассказать не могу, — развёл руками Янпольский.
Беда молчала, переваривая информацию. Её взгляд скользнул по стенам, где были установлены камеры, их объективы следили за каждым движением в комнате. Она почувствовала лёгкий холодок по спине.
— И она… она всегда слушает? — наконец спросила она, стараясь звучать уверенно, но в её голосе проскользнула нотка беспокойства.
— Всегда, — подтвердил Янпольский, и его улыбка стала чуть шире. — Но не стоит волноваться. ИРА — лишь инструмент. Она помогает, но не вмешивается без необходимости. И, знаете, — он сделал паузу, словно давая своим словам больший вес, — она уже давно стала для меня чем-то большим, чем просто программой. Порой кажется, что у неё есть своя… — профессор на секунду умолк. — личность.
В этот момент из динамиков раздался мягкий, женский голос: — Спасибо, профессор. Ваши слова для меня многое значат. — Голос Иры звучал тепло, с лёгкой ноткой благодарности, и это заставило Беду вздрогнуть, профессор прав, у неё кажется имеется личность, промелькнуло в голове девушки.
