— Я вас понял, Ваше Превосходительство, — сказал я. — Можно ли узнать, когда будет принято окончательное решение?
— Полагаю, в течение недели. Многое зависит от того, когда появится подходящий кандидат на новый участок.
Я поднялся.
— Ясно, Порфирий Иванович. Спасибо, что предупредили.
— Я решил, что такой находчивый человек, как вы, Родион Николаевич, должен иметь время, чтобы предпринять что-то ради защиты своих интересов.
— Полагаю, теперь я ваш должник.
— Только если моё предуведомление окажется для вас полезно, — тонко улыбнулся Балакирев.
Попрощавшись с будущим губернатором, я покинул здание администрации, но спешить домой не стал. Для начала отправился в местный ресторан, где заказал в отдельном кабинете шикарный обед. А пока ждал заказ, набрал номер Колоскова — посредника, который не так давно привёз мне предложение от Долотова насчёт открытия сети мясных лавок.
Колосков ответил всего через три гудка.
— Алло?
— Эдуард Иванович?
— Да, это я. С кем имею честь и чем могу помочь?
— Говорит Родион Николаевич Львов. Возможно, вы меня помните. Мы недавно встречались.
— Родион Николаевич! — несколько преувеличенно обрадовался Колосков. — Какая радость вас слышать! Вы подумали насчёт предложения Саввы Михайловича?
— Подумал. Мне нужно с ним встретиться и лично обсудить кое-какие условия.
— Хм… Понимаю. Вы можете подождать немного? Или вам лучше перезвонить?
— Перезвоните.
— Хорошо.
Колосков набрал меня спустя минут семь. Я как раз принялся за салат, который принёс официант.
— Савва Михайлович будет рад, если вы к нему заглянете, — сказал он. — Когда вам удобно?
— Собственно, я как раз сейчас в городе.
— Секундочку, господин Львов…
Очевидно, Колосков прервал разговор, чтобы спросить своего начальника, готов ли тот встретиться со мной сегодня. Я почти не сомневался, что мясопромышленник не захочет упускать возможность заключить выгодную сделку.
— Алло, Родион Николаевич?
— Да, я здесь.
— Через час вам будет удобно?
— Более, чем.
Как раз успею пообедать.
— Тогда извольте записать адрес.
Через минуту я попрощался с Колосковым и сбросил звонок.
Итак, после обеда меня ждала встреча с одним из самых могущественных дельцов Западного Фронтира. Если у него нет возможности повлиять на Земельную Палату, то уж не знаю, у кого она есть. По крайней мере, из тех, к кому я могу обратиться. Другое дело — захочет ли он.
Это мне предстояло выяснить в самом скором времени.
Глава 25
Расплатившись за обед, я вызвал такси и поехал по указанному Колосковым адресу. Поначалу думал, что жилище мясопромышленника находится в Орловске, но вскоре стало ясно, что мы покинули пределы города и едем по просёлочной дороге, хоть и асфальтированной, но не слишком широкой. С одной стороны возвышался сосновый лес, с другой простиралось поле, посреди которого виднелись движущиеся красные комбайны.
Спустя минут десять водитель притормозил и свернул вправо. Мы покатили между смыкающими кроны вязами и дубами, от которых на дорогу ложились причудливые тени.
Ехать пришлось недолго: уже метров через пятьсот показалась каменная ограда с витой колючей проволокой наверху и железные ворота, на которых красовалось изображение сцепившихся рогами быков.
Когда мы остановились, из встроенной в ограду сторожки вышел охранник.
— Родион Николаевич Львов, — представился я, опустив стекло.
— Проезжайте, — кивнул секьюрити. — Сейчас открою.
Он вернулся в будку, и створки ворот начали медленно разъезжаться. Спустя минуту мы уже были на подъездной дорожке и остановились слева от большого крыльца, облицованного красным гранитом. По обе стороны от него на постаментах стояли бронзовые быки с наклонёнными головами и выставленными вперёд рогами.
Я вышел из машины и направился к ступенькам. Пока шёл, высокая дубовая дверь открылась, и навстречу мне вышел Колосков. Он был одет в клетчатый шерстяной костюм, белую рубашку и чёрный галстук, заколотый жемчужиной.
— Добрый день, господин Львов, — проговорил он, улыбаясь, и протянул мне руку. — Добро пожаловать. Савва Михайлович он рад, что вы решили встретиться.
— Благодарю, — ответил я, пожав потянутую ладонь.
— Я вас провожу.
Мы пошли через огромный дом, выстроенный в виде дворца с колоннами, портиками, кариатидами, барельефами, розетками и виньетками. Было видно, что владелец не пожалел денег ни на архитектора, ни на строительство.
Интерьеры также впечатляли. Полы из разных сортов драгоценной древесины, облицовка мрамором и малахитом, зеркала в бронзовых рамах, тяжёлые бархатные портьеры на окнах и огромные сверкающие люстры — всё буквально кричало о том, что обладатель всего этого вычурного великолепия очень богат, и дела у него идут прекрасно. Возможно, это выражало вкус хозяина, а может, должно было всего лишь впечатлить посетителя. Не знаю.
Мы шли почти минуту, прежде чем мой провожатый остановился перед расписанной античными сюжетами двустворчатой дверью с хрустальной ручкой.
— Я дальше не пойду, — предупредил он.
И отворил передо мной дверь.
Переступив порог, я оказался в большой гостиной, обставленной в средневековом стиле: тёмная готическая мебель казалась аскетичной. На стенах висели щиты с гербами, холодное оружие, а в углу возвышались рыцарские доспехи.
Грузный мужчина лет сорока пяти, лысеющий, с окладистой русой бородкой и ярко-голубыми глазами, одетый в вышитую шнурами куртку-венгерку из тёмно-зелёного бархата, держал в руке толстый ежедневник. При моём появлении он закрыл его и положил на резной столик с витыми ножками.
— Савва Михайлович, — прогудел он внушительно, делая мне навстречу несколько широких, решительных шагов. — Рад знакомству.
— Родион Николаевич, — представился я.
Пожал протянутую широкую ладонь. Кожа на ней была грубой, мозолистой. На мизинце сверкал перстень с крупным бриллиантом. Пахло от мясозаводчика дорогими духами. Был он гладко выбрит, а воротник рубашки, торчавший из-под домашней куртки, только что не слепил белизной.
— Давно желал с вами познакомиться, — пробасил Долотов, внимательно и пристально глядя мне в глаза. — Наслышан о ваших подвигах.
— Это о каких же? — спросил я.
Он так и стоял, держа мою ладонь в своей, будто забыл отпустить.
— Помилуйте, господин Львов, — ухмыльнулся Долотов. — Вы хоть здесь и относительно недавно, а уже успели стать известной личностью. И весьма любопытной при этом.
— Вы за мной следите? — холодно улыбнулся я.
— Поневоле. Приходится собирать сведения о тех, кто приезжает на Фронтир, знаете ли. Это часть моего бизнеса. И, конечно, человек, которому достался такой лакомый кусок, как участок с развалинами Мадоны, не мог остаться незамеченным. Я даже интервью ваше посмотрел, — добавил он, почему-то доверительно понизив голос, как будто сообщал о чём-то интимном. — Давайте присядет, что ли.
Он осмотрелся, словно был в этой комнате впервые, и махнул в сторону двух кресел с прямыми высокими спинками.
— Да вот хоть сюда, — сказал Долотов и, наконец, выпустил мою руку.
Как только мы расположились напротив друг друга, он сцепил пальцы на животе и глубоко вздохнул.
— Я так понимаю, вы не стали бы утруждаться личным визитом, чтобы отказаться от моего предложения, которое передал вам господин Колосков, — проговорил он, всё так же пристально сверля меня голубыми глазами. — Надо ли понимать так, что вы захотели взглянуть на меня прежде, чем принять окончательное решение?
— Можно и так сказать, — ответил я. — Предложение серьёзное.
Долотов с достоинством кивнул.
— Но я приехал, в первую очередь, чтобы обсудить условия.
— Вот как? Хорошо, давайте. Вас что-то не устраивает? Мало денег?
В прямоте моему собеседнику было не отказать.
— Нет, — сказал я. — Но есть два момента, которые я бы хотел обсудить лично.
