Почему же мысль о том, что Самиру станет со мной скучно, причиняет такую боль?
«Глупая девчонка. Он играет с тобой. Вот и всё», — ругала я себя в голове.
— Нина, ты в порядке? Прости, если я тебя расстроил.
— Нет, всё в порядке. Это всё объясняет. Я предпочла бы войти в это, зная, что происходит, а не оставаться в неведении.
— Он пытался... э-э.… завоевать твоё расположение? — осторожно спросил Сайлас.
Я рассмеялась. Он был таким застенчивым в этом вопросе, что это было очаровательно.
— Вы имеете в виду, пытался ли он переспать со мной, Сайлас? — выражение его лица от моего резкого языка того стоило, и я снова рассмеялась. — Да. Пытался.
Я поморщилась и прижала руку ко лбу, снова чувствуя давление на моё сознание. Самир.
— Он снова сказал мне прийти в библиотеку, — выдохнула я.
— Самир вызвал тебя? — правильно догадался Сайлас.
— Да, — проворчала я. — По крайней мере, на этот раз он попросил.
— Иди тогда. Лучше не заставлять этого человека ждать, — Сайлас положил руку мне на плечо. — Прошу прощения за все лишние страдания, которые он тебе причиняет. Пожалуйста, дай мне знать, если я могу чем-то помочь.
Я улыбнулась и положила свою ладонь поверх его.
— Спасибо, Сайлас. Это многое значит для меня.
Высокий жрец-вампир слабо улыбнулся мне в ответ, прежде чем я снова услышала голос Самира в своей голове.
«Сейчас, пожалуйста».
— Да, хорошо, иду уже, — недовольно сказала я и направилась обратно внутрь. — До свидания, Сайлас.
— До свидания, Нина.
Потребовалось ещё несколько минут, чтобы найти его библиотеку в запутанных коридорах. Я постучала в дверь, и, услышав голос, приглашающий войти, открыла её, прежде чем поняла, что это был не голос Самира. Слишком поздно.
— О. Э-э.… — я смотрела на группу людей, стоящих по комнате. Некоторых я знала, некоторых нет. Сайлас упоминал собрание, и я только что вломилась прямо в него. — Извините, я уйду.
— Нет-нет, входи, дорогая моя, — позвал Самир с немалой долей веселья в голосе. Он сидел во главе стола, сложив пальцы перед своим маскированным лицом.
— Вы шутите, — сказал толстый коротышка в белом.
— Замолчи, Томин. Она гостья в моём доме и изучает наш мир. Я не вижу вреда в её присутствии здесь. Кто-нибудь ещё против? — спросил чернокнижник в чёрном.
Больше никто не заговорил. Застенчиво я закрыла за собой дверь и прокралась в комнату, пытаясь остаться незаметной. Может быть, я спрячусь во тьме огромной библиотеки, где будет безопаснее.
— Она так очаровательно пуглива, — произнесла Элисара со странным кокетливым смешком.
— У меня есть чувство самосохранения, — огрызнулась я в ответ рогатой женщине.
— Тогда ты мудра не по годам, — сказала женщина с чисто-белыми волосами и синей маской. Её слова прозвучали словно жёсткий ледяной ветер в комнате, и это убило улыбку на лице Элисары. — Я рада знать, что с тобой всё в порядке.
— Ты уже знала это, Лириена, — сказал Торнеус из-за стола напротив беловолосой женщины.
— Я просто веду беседу.
— Ну так прекрати, — Торнеус выдавил сухую усмешку. — В лучшем случае это жутковато.
За столом я узнала только Торнеуса и Элисару. Женщину в синем с белыми волосами и такими же белыми глазами — Лириену — я не встречала, кроме как у Источника Древних. То же самое с мопсом в белом — Томином. Зелёный, чёрный, белый, синий и фиолетовый присутствовали. Красный отсутствовал. А именно — гигантский бык в черепной маске заметно не явился.
Торнеус опередил меня с вопросом.
— Где Владыка Каел?
— Как сказал его слуга, он занят, — Самир пожал плечами с показным безразличием. — Это неважно. Это собрание состоялось бы и без него, и он это знает.
— Тогда на его месте присутствовал бы Киту, — Элисара откинулась на спинку стула и покрутила между пальцами бокал с вином. — Мы не должны созывать собрание без присутствия всех домов. Таков обычай.
— Каел счёл возможным не явиться. Это он отверг обычай, — возразил Самир, — не я. И он не прислал замену, если только вы не хотите, чтобы его оруженосец присутствовал на нашем собрании?
— Тогда мы отменим его, — отрезала Элисара. — Всё просто.
— Что ты думаешь, дорогая моя? — спросил Самир меня, и я замерла, словно на меня направили пару прожекторов. И снова я не знала своих реплик.
— Подожди... что? — я запнулась, не ожидая, что ко мне обратятся.
— Я поддерживаю её вопрос, — фыркнула Элисара с нескрываемым недоверием в голосе. — Что ты делаешь, спрашивая у неё? Она не из Нижнемирья!
— Именно поэтому она и должна рассудить наш спор, — ответил Самир невозмутимо. — Она беспристрастна.
— Беспристрастна? — Торнеус задумчиво постучал пальцем по столу, и я увидела, как его глаза сузились. — Ты прекрасно знаешь, что это чушь собачья. Она находилась под твоим влиянием больше недели. Этого времени вполне достаточно, чтобы...
— Чтобы что именно? — перебил его Самир с опасными нотками в голосе. — Подчинить её своей воле? Полагаю, Нина очень обиделась бы на подобные инсинуации. Она не моя рабыня.
— Пожалуйста! — презрительно хмыкнул маленький хорёк в белом. — Ты хочешь сказать, что ещё не объездил эту кобылку как следует? За каких же дураков ты нас принимаешь?
— Не имеет значения, что вы можете думать, — Самир рассмеялся один раз, и этот смех прозвучал угрожающе. — В отличие от вас, мне не нужно заставлять своих партнёров ложиться со мной в постель.
Томин хихикнул:
— По крайней мере, когда партнёр оказывается в моей постели, я умею его там удержать. Вот что я тебе скажу: раз она тебе не нужна, скажи ей обхватить своим хорошеньким ротиком мой член, и я позволю ей решить, стоит ли нам проводить этот фарс собрания.
Всё, хватит с меня этого типа.
Я вышла из тени и подошла к краю стола. Судя по выражению ярости на моём лице, всем должно было стать предельно ясно: я не собираюсь принимать предложение этого склизкого мерзавца. Когда я заговорила, мой голос превратился в тонкое шипение:
— Самир? Можно?
Он молча жестом разрешил мне продолжить.
Всё то раздражение и весь гнев, что копились во мне с тех пор, как началась вся эта идиотская история, вырвались наружу в одно мгновение. Я схватила металлический поднос со стола и врезала Томину по лицу изо всех сил.
Раздался невероятно катарсический лязг — поднос едва не согнулся пополам. Я ударила этого человека со всей яростью, что накопилась внутри меня. Швырнув поднос к стене, где он упал с громким грохотом, я поняла, что ещё не закончила. Я схватила Томина за воротник рубашки, скрутила ткань в кулаке, заставив его захлебнуться от неожиданности, а теперь ещё и перекрыла ему доступ воздуха.
— Слушай меня очень внимательно, ты отвратительный, мерзкий кусок дерьма, — прошипела я, глядя ему прямо в глаза. — Никогда больше не смей так со мной разговаривать. Или, клянусь богом, я сорву с твоего лица эту маску, сложу её вдвое и засуну так глубоко тебе в задницу, что им придётся делать разрез на груди, чтобы её достать! Ты понял?
Когда Томин не ответил, я с силой треснула его головой о спинку кресла.
— Я спросила: ты понял?!
— Д-да, — Томин поднял свои толстые, переполненные страхом руки в знак капитуляции.
Я отпустила его и вытерла руку о его салфетку — скорее для эффекта, чем из необходимости. Примерно в этот момент мой гнев остыл достаточно, чтобы я задумалась: не влипла ли я в неприятности за нападение на главу дома?
Самир смеялся. Громко. Он хлопал своей чёрной перчаткой по столу, и он был не единственным, кто был охвачен весельем. Элисара хохотала от радости, хлопая в ладоши при виде моих действий. Даже Лириена, у которой, казалось, любое выражение лица могло причинить ей боль, улыбалась. Но, похоже, не из удовольствия от страданий Томина, а из-за какого-то другого умиротворения, которое я не могла определить. Торнеус изо всех сил старался не улыбаться и терпел неудачу.
— Ты не ошибся, Самир, — сказала Элисара сквозь смех. — Она действительно обладает собственным разумом. Прекрасно! Да! Пусть кто-то с таким характером рассудит нас. Скажи нам, Нина: Дом Пламени отсутствует по собственному решению. Но это собрание всех домов, которое должно проводиться после начала правления нового короля. Что нам делать?
