— Вы сможете ее открыть, господин Лиднер? Каждая минута промедления здесь чревата последствиями. День не стоит на месте, не за горами вечер. И ночь, раздолье чудовищ.
Я стоял, наверно, дальше всех от хранилища энергетических камней. Может поэтому, а может и потому, что прислушивался к любым доносившимся к нам вглубь штольни звукам, будь то сорвавшаяся с потолка капелька воды или посвист сквозняка, но я все-таки услышал это. Какое-то далекое, приглушённое, то ли ворчание, то ли шебуршание, то ли вообще не пойми что, будто кто-то обо что-то тёрся. И в тот же миг мой верный и чуткий грифон начал просыпаться, раздражённо царапаясь и обжигая меня горячими коготками. Пожалуй, нам и впрямь следовало поторопиться!
— Капитан Кречет! — я чуть повысил голос, и ткнув пальцем за спину, сказал: — Не хочу раздувать ненужную панику, но по-моему, у нас скоро будут гости.
— Гости? — Кречет безликой металлической башней отбрасывал огромные тени от света горящих фонарей. — Уверен?
— Возможно, их стоит назвать хозяевами, — я пожал плечами. — Какая разница. Надо брать камни и валить отсюда.
Командующий Тринадцатой стражей, загромыхав, как бронепоезд, резко повернулся к напрягшемуся Лиднеру и проскрежетал:
— Господин Лиднер, если вы через пять минут не откроете эту дверь, я отдам приказ своим людям подниматься на поверхность.
Глава 16
Дорофеева, стараясь ступать как можно тише, направилась в самое начало штольни, к центральной пещере, откуда мы и пришли. И задери меня демоны, если у вертихвостки это не получалось! Я не мог себе представить того же Ростоцкого, способного в тяжёлом бронированном комплексе двигаться настолько изящно.
Воительница, заняв оборонительную позицию, должна была нас предупредить об опасности и первой же принять бой. Выбор Кречета был однозначен. Мы же столпились перед непрошибаемой дверью, устоявшей пред натиском сотни лет и прочих, поразивших шахту невзгод. Александр Лиднер, подойдя к круглой железной двери вплотную, положил на прибитую к ней на уровне груди пластину открытую ладонь, прижал. Замер на несколько долгих секунд, отнял руку и с видимым удовлетворением покачал головой.
— Как я и предполагал… Старые записи, что попались мне в руки совсем недавно, не соврали. Обычному человеку ее не открыть.
— Кто ты такой? — внезапно, подобравшись как тигр перед прыжком, спросил Рогволд. Он и прежде не испытывал по отношению к государеву человеку ни малейшего пиетета, а сейчас вообще смотрел как на врага. И так ли он не прав? — Я не прикасался к этой двери и ничего до сегодняшнего дня не знал об этой чертовой шахте, но могу точно сказать, в чем тут дело, и кажется, догадываюсь, как ее отворить. Но я-то чародей. А ты про все вычитал в умных книжках? Что-то про Магию крови?
Кречет, с металлическим лязгом сжав взваленный на плечо громадный боевой молот, медленно повернул в сторону Лиднера голову. Ему даже не требовалось задавать лишних вопросов.
— Магия крови, да, — поджав губы, отозвался Лиднер и негромко процедил: — Расслабьтесь, капитан. И все остальные тоже. Я на вашей стороне. Просто не всего рассказал о своей персоне. Да, как верно подметил мастер Рогволд, здесь замешано конкретное заклинание — Магия крови. Особые, наложенные на эти двери чары. Я колдун. И знаю о чем говорю. Прошу прощения, что этих данных не было в моём резюме.
Колдун? Зашибись. Я непроизвольно напрягся. Какого уровня волшебником может быть прикреплённое к нам Императором либо Светлым князем лицо для оказания содействия в столь ответственной операции? Не стоит ли он лишь на пару ступеней ниже Верховного Магистра? И не опасен ли он для меня, не способен ли учуять произошедшие во мне изменения? Черт.
А Рогволд зло рассмеялся:
— У двух предыдущих экспедиций, даже если они без помех бы сюда добрались, не было никаких шансов открыть эти двери! Верно, господин Лиднер?
— Верно, — эксперт поджал тонкие сухие губы. — Бестужевы установили дополнительную систему безопасности на вход в запасники шахты. Раньше мы не располагали этой информацией. Подобной системой не озаботился никто из остальных хозяев имперских шахт. Но видимо, каким-то образом даже тогда Бестужевы понимали исключительную ценность этих камней в будущем. Наши последние данные сейчас в полной мере подтверждаются. Именно поэтому ваш молодой, хм, товарищ, по прозвищу Альрик Безродный, стоит сейчас здесь, в этой клятой подземной дыре! Только он способен открыть дверь, как единственный из всех нас, в котором течет кровь старинной династии Бестужевых.
Я, усмехаясь, потеребил пальцами перевязь с черным рунным мечом. Это кто там моей крови восхотел? Что хочет сказать этот мутный тип? Кречет же высказался еще проще и доходчивей.
— Без моего приказа здесь не прольётся ни одна капля крови никого из моих людей, господин Лиднер, — приглушённым, но очень чётким голосом, полным незатаенной угрозы произнёс он. — Объяснитесь.
— Меня предупреждали, что с вами могут быть хлопоты, — устало вздохнул Лиднер, снова прикасаясь к двери. И резко заговорил: — Не будьте глупцами, Часовые. Никого не требуется убивать или приносить в жертву, не смешите! Всего и нужно, чтобы Безродный приложил свою ладонь к этой пластине. И дверь должна открыться. Кровь не водица. И если жена наследника изменника не наставила ему в свое время рога, его сын откроет для нас эту чёртову дверь!
Наверно никто из ныне живущих людей на земле, кроме капитана Кречета, не смог бы меня в тот момент остановить. Признаю, что вспылил. Наверно чересчур, не думая о последствиях. Но дослушав последние слова Лиднера, произнесённые самым безразличным будничным тоном, я реально психанул! Мою сжатую в кулак и занесённую в замахе правую руку еле успел перехватить командующий Тринадцатой Стражей. Огромные бронированные пальцы сжались на моём запястье и, под усилившийся вой силовых приводов доспехов Часового, мы несколько секунд боролись. Капитан оказался сильнее. И я, успокаиваясь, кивнул ему. Он разжал руку и я машинально потер запястье. Обычному человеку Кречет в пыль раздробил бы кости. Мне же лишь немного зажал кольчужным рукавом кожу. Все это недолгое, но вместившее целую гамму чувств и страстей время Рогволд отвлекал Лиднера, который стоял ко мне спиной и не понял, что ему грозило.
— Мой воин сделает все, что от него потребует Император во благо отечества! — металлическим голосом отчеканил Кречет, подталкивая меня в спину. — И даже больше. Уж поверьте, господин Лиднер…
— Тогда действуй, быстрее. Остался последний шаг, — государев чародей посторонился, позволяя мне подойти к двери. Рогволд, хмурясь, остался стоять рядом. Кречет же, повернув голову в сторону скрывающегося во тьме туннеля, словно прислушивался к чему-то. Но я и так знал, что время на исходе. Грифон с каждой секундой все яростнее вцеплялся мне в кожу.
Я не стал бухтеть на счёт того, что можно было бы и заранее предупредить меня об этой особенности старинного схрона. Пусть даже и у самого специалиста по изучению заброшенных шахт и были сомнения по этому поводу. К дьяволу. Думать на эту тему будем опосля, а сейчас нужно открыть проклятущую дверь, выгрести столько камней, сколько сможем, и поскорее убраться отсюда. А мои предки были еще теми, оказывается, перестраховщиками… Любопытно. Обычная, разумная в некоторых случаях предосторожность или же они знали несколько больше других?
Я решительно приложил правую руку ладонью к отполированной табличке. Кожу под перчаткой внезапно обожгло горячим, словно дотронулся до раскаленной плиты. Я даже и дёрнуться не успел, до того мимолётным было это ощущение. И все. Никаких больше спецэффектов. Просто где-то внутри двери что-то отчётливо щелкнуло и с негромким лязганьем она, чуть дрогнув, отошла на невидимых петлях от врезанной в камень рамы. Надеюсь, никаких встроенных ловушек, наподобие тех, которыми обожали пичкать свои усыпальницы египетские фараоны, мы не встретим…
— Сработало, — удовлетворено сказал Лиднер, вновь подскакивая к двери. — Ты сделал что мог, Часовой. Империя этого не забудет.
