Я обвёл взглядом присутствующих:
— Есть ещё возражения?
Молчание было ответом.
— Тогда принимаем все риски и вносим коррективы в план. Князь Бельский пойдёт нам навстречу. Оболенский прикроет тылы Бельского. Удар наносим по армии узурпатора возле родового замка Голицына. Князь Одоевский и князь Долгоруков остаются в осаде.
Ярослав, объяви дополнительно набор в нашу армию. Усиль агитацию в приграничных уездах — пусть люди знают: мы возвращаем законную власть. Беркут, продолжай следить за Санкт-Петербургом. Особое внимание — настроениям в гарнизоне. Князь Шаховский, организуй встречу с Куракиными. А вы, князь Трубецкой, договоритесь о встрече между князем Воротынским и Великими князьями Ярославом и Михаилом. А я пока займусь разработкой плана по уничтожению армии узурпатора возле замка Голицына. Через сутки — финальное согласование.
Когда все вышли, я снова подошёл к карте. Карельский разлом по-прежнему притягивал взгляд — тёмная линия, за которой таилась неизвестность.
«Мы идём вперёд, — подумал я. — Но что ждёт нас там, за горизонтом?»
Пока я задумчиво стоял у карты, ко мне подошли Ли Юй и Елена.
— Пойдём прогуляемся по крепости? — предложила Ли Юй. — Хочется развеяться. К тому же тут недавно открыли ресторан китайской кухни. Мне любопытно попробовать, что там готовят, и сравнить с тем рестораном, что я открывала возле Сибирского разлома для охотников на монстров.
— Отличная идея, — поддержала Елена. — А то всё совещания да планы… Пора немного отвлечься.
Я обернулся к ним, на мгновение оторвавшись от созерцания карты:
— Хорошо, давайте пройдёмся. Мне тоже не помешает передохнуть.
Мы вышли из зала, и тёплый ветерок тут же взъерошил волосы. Крепость жила своей обычной жизнью: стражники неспешно обходили посты, торговцы закрывали лавки, а в окнах жилых помещений загорались первые огни.
— Знаете, что меня удивляет? — задумчиво произнесла Елена, шагая по мощёной дорожке. — Как быстро здесь всё наладилось. Не так давно тут были руины, а теперь — почти город.
— Это потому, что люди верят в род Драгомировых и его главу, — ответила Ли Юй. — Когда есть цель и лидер, за которым готовы идти, даже развалины превращаются в крепость.
Ресторан оказался небольшим, но уютным: красные фонарики, бамбуковые перегородки и приглушённый свет создавали атмосферу далёкого Китая. Мы заняли столик у окна и заказали несколько блюд — от пикантных закусок до традиционного супа с лапшой.
Ли Юй приступила к дегустации с серьёзным выражением лица, словно судья на кулинарном состязании. Она внимательно изучила подачу, вдохнула аромат, затем осторожно попробовала первое блюдо.
— Если приготовлено плохо, придётся выгнать шеф-повара и хозяина ресторана из крепости, — с напускной строгостью произнесла она. — Нам тут плохие рестораны не нужны.
Спустя несколько минут её глаза заблестели.
— Неплохо! — признала она. — Очень неплохо. Лапша идеальной текстуры, бульон насыщен, специи подобраны верно. Ну что же, так и быть, придётся смириться с конкурентами, — Ли Юй улыбнулась, явно довольная.
Елена отпила чай и лукаво посмотрела на подругу:
— Значит, у ресторана возле Сибирского разлома появился потенциальный конкурент?
— Похоже, что да, — с удовлетворением кивнула Ли Юй. — Но конкуренция — это хорошо. Главное, чтобы было вкусно, а гости оставались довольны.
За окном сгущались сумерки, а в ресторане становилось всё уютнее. Мягкий свет фонариков отражался в фарфоровой посуде, где-то тихо играла традиционная китайская мелодия. Мы продолжили беседу — о мелочах, о планах, о том, как меняется мир вокруг нас. На какое-то время все тревоги отступили, оставив лишь приятное ощущение тепла, вкуса хорошей еды и дружеского общения.
Глава 3
Вернувшись в замок, я едва переступил порог спальни, как меня окружили тепло и аромат жасмина — Ли Юй и Елена шагнули навстречу, их глаза светились мягким, обещающим светом.
Ли Юй провела пальцами по моей щеке, её прикосновение было лёгким, как дуновение ветра:
— Вы весь в мыслях о битве… Но сейчас оставьте их.
Елена прижалась к спине, обняв за талию, и я почувствовал, как напряжение дня медленно тает. Её губы коснулись шеи, оставляя след нежности, от которого по коже пробежали мурашки.
Мы опустились на кровать, и время будто остановилось. Ли Юй склонилась надо мной, её волосы, как шёлковый занавес, окутали нас обоих. Её поцелуй был медленным, изучающим — будто она хотела запомнить каждую черту моего лица.
Елена, тем временем, скользила ладонями по моим рукам, её пальцы рисовали невидимые узоры, пробуждая каждую клеточку кожи. Её дыхание становилось чаще, а взгляд — всё более жадным.
Я потянулся к Ли Юй, притянул её ближе, чувствуя, как её тело отвечает на каждое движение. Елена прильнула с другой стороны, её губы нашли моё плечо, а руки — спину.
Это было не просто слияние тел — это был разговор без слов, где каждый жест, каждый вздох говорил больше, чем могли выразить фразы. Тепло их прикосновений, аромат кожи, сбивчивое дыхание — всё сливалось в единую симфонию, от которой сердце билось чаще, а мысли растворялись в наслаждении.
Когда последний всплеск страсти утих, мы лежали, переплетясь, как ветви деревьев в тихом лесу. Ли Юй положила голову на мою грудь, слушая, как замедляется пульс. Елена провела пальцем по моей руке, рисуя невидимые круги.
Мы лежали уставшие, когда я начал аккуратно вылезать из-под их обнажённых тел.
— Вы куда, князь? — сонным голосом спросила Ли Юй.
— Надо посмотреть стоянку армии узурпатора возле родового замка Голицына. Хочу спланировать атаку, — я аккуратно отодвинул руку Елены.
— Я с вами, — Ли Юй сразу проснулась и встала.
— Я тоже, — Елена последовала за Ли Юй, начиная одеваться.
Я заулыбался. Наша вечерняя прогулка плавно перешла в ночную. «Ладно, — подумал я, — я всё равно только посмотреть».
Встав и создав себе тёмную, удобную одежду, я дождался девушек. Они оделись в нашу родовую форму, которую мы теперь постоянно закупали у Чжу Ли и Линь Фэна.
Даже в этой армейской форме они выглядели прекрасно. Их точёные фигуры притягивали взгляд — да так, что я на миг решил никуда не идти, а снова залезть с ними в кровать.
Открыв портал в пяти километрах от стоянки армии, мы тихо двинулись вперёд. Стихия Земли показала мне, что слева и справа по ходу нашего движения, ближе к лагерю, есть дозорные группы. Двигаться пришлось ещё медленнее и осторожнее.
Ли Юй предложила взять пленного и у него всё узнать, но я был против. Не хотелось выдавать, что здесь кто-то был.
Подобравшись к лагерю на максимально близкое расстояние, мы столкнулись с хорошо организованной защитой и охраной.
Вся стоянка была накрыта стационарным воздушным щитом большой мощности. Чтобы пробить его, потребуется огромный расход маны — но и это ещё не всё. Охраняли стоянку магистры. Я чувствовал их мощные ядра, вырабатывающие ману.
Это было странно. Обычно магистры чурались такой работы — даже мастера редко несли вахту. А тут на каждом посту был один, а то и два магистра. Это внушало уважение и могло создать дополнительные трудности при атаке.
Тяжёлой дальнобойной артиллерии почти не было — что тоже выглядело подозрительно. Либо они изначально не планировали брать штурмом замок, либо я просто не видел орудий.
Помимо основного лагеря, вокруг замка стояло ещё несколько дополнительных, блокирующих все подходы. Они тоже были накрыты стационарными щитами — хоть и меньшей мощности.
«Это далеко не армия князя Кутеева, — мысленно подытожил я. — И разгромить её в одиночку я не смогу. Просто не хватит маны — слишком много стационарных щитов. Придётся привлекать Елену, чтобы она увеличила мою силу».
Сделав нерадостные выводы, мы отошли от лагеря, и я открыл портал назад — в нашу комнату в замке.
Утро ворвалось в комнату лучами солнца, пробивающимися сквозь тяжёлые шторы. Я чувствовал тепло у своей груди — Ли Юй свернулась рядом, её дыхание было ровным и тихим. Елена лежала с другой стороны, её рука покоилась на моём плече, будто даже во сне она не хотела отпускать меня.
