Румянцев пожал плечами. Глянул на блондинку.
— Не такой уж и ловкий это манёвр, — озвучил он ответ. — Если вспомнить всё, что вы натворили за последнее время.
Секунд пять мы посидели в тишине. Не знаю, как остальные, а я думал о том, как хочется бахнуть пива на вершине горы и расслабиться. Ну вот знаете — вернуться к тому состоянию, когда тебя не колышат кружащие вокруг проблемы.
— Сколько бы вам ни заплатили земские партии, — уставившись на меня, нарушил эту паузу Ярослав. — Мы готовы предложить больше.
Земские партии? Я переглянулся с Ариной. Она чуть приподняла бровь. Тоже не поняла.
— Шеф, — Гоша покрутил пальцем у виска. — Арик мозги в бардачок уронил. Какие ещё партии? Чё он несёт вообще?
Румянцев нахмурился. Как-то посерьёзнел сразу.
— Можете не играть, — сказал он. — Я прекрасно понимаю, что происходит. После всего, что вы устроили в Ярославле всё и так очевидно. Повторюсь — мы готовы заплатить вам больше.
Вот, бывают моменты, когда собеседник говорит что-то настолько неожиданное, что мозг просто зависает. Пытается обработать информацию. И не может.
Земские партии. Точно. Что-то такое мелькало в новостях, когда я изучал ситуацию в Ярославле. Политические структуры, которые избираются в Земские Собрания губерний. Вроде как имеют влияние на местные дела. Могут даже губернатора отправить в отставку. Ещё без их разрешения нельзя установить никакие местные сборы. Плюс контроль над бюджетом губернии. Серьёзная штука, если подумать.
Почему аристократам это важно, очевидно. Они же не в вакууме живут. А в губернии, чтобы сделать важный ход нужна поддержка Собрания. К тому же, если какой-то простолюдин из земской элиты затевает спор с дворянином — ему нужна поддержка всё того же Собрания. Политический ресурс. Если он у самих аристократов — тем живётся намного проще.
Ну да — чаще всего выборы проводятся не слишком честно. И на такое обычно смотрят сквозь пальцы. Какое высшей потомственной аристократии дело до муравьишек, которые копошатся в грязи и кого-то там выбирают. В любом случае — если потребуется, тех просто спалят и дело с концом.
Только какого хрена это имеет отношение ко мне?
— Звучит, конечно, неплохо, — Арина заговорила первой. Голос стальной, профессиональный. — Лидер партии, политическое влияние и всё такое. Но насколько я знаю, у Тони таких планов не было. И нет.
— Верно, — кивнул я. — Не было и нет.
Румянцев прищурился.
— Тогда к чему весь этот цирк в Ярославле? — поинтересовался он без капли доверия в голосе.
— Случайно вышло, — пожал я плечами.
— Реально случайно, — подтвердил Гоша. — Мы туда вообще не за этим ехали. Оно само как-то.
— Полный рандом, — добавила Арина. — Никакого плана. Импровизация на ходу.
Арик несколько секунд рассматривал нас. Потом его лицо исказилось нешуточной яростью.
— Вы за дебила меня держите? — голос стал жёстче. — Серьёзно? Вот так мне прямо в глаза водичку жёлтую льёте?
— Ну а чё делать, если правда такая, — развёл руками Гоша. — Не виноватые мы, оно само получилось.
— Ладно, — Румянцев выдохнул. — Допустим. Пусть это была случайность. Моя семья готова заплатить. Двадцать миллионов рублей. Прямо сейчас. За возможность совместной реализации ваших планов.
— Нет никаких планов, — повторил я. — Не за что платить.
— Сорок миллионов, — тут же заявил он. — Если планов нет, давай их составим. И зафиксируем. Тебе ж не обязательно ничего делать самому.
— Слышь, арик, — Гоша скрестил руки на груди. — Ты глухой или тупой? Сказали же — нет.
— Шестьдесят миллионов, — с невозмутимым лицом продолжил торг дворянин. — Мы обеспечим вам протекцию на всех уровнях. Не возникнет ни одной юридической проблемы. Деньги будет не отследить.
Вот это уже интересно. Не потому что я собирался соглашаться. А потому что показывало уровень заинтересованности их семейки и аристократов в целом. Пятьдесят лямов за мираж. Иллюзию, которая может схлопнуться уже завтра.
— Сто миллионов, — Румянцев повысил голос. — И по дому в столице каждому из вас. Лично.
— Шеф, — Гоша медленно повернул ко мне голову. — Может взять? Сто лямов — это ж охренеть.
— Гоша, — протянул я укоризненно.
— Ну чё? Я ж просто спрашиваю, — поджал губы коротышка. — И ваще, потом их можно грохнуть всех.
Ярослав коротко хохотнул.
— Да вы прям идеальные партнёры, — Румянцев уже почти кричал. — Двести миллионов. И три процента от каждого договорняка.
— Кринж сотого левела, — пробормотала Арина. — Он реально думает, что мы торгуемся.
Тишина. Наконец-то. То ли до арика дошло, то ли он размышлял над корректировкой стратегии, потому как старая не сработала.
За окном мелькали ереванские улицы. Судя по которым, мы приближались к штабу отряда.
— Слушай, — я откинулся на спинку сиденья. — Ты можешь предложить хоть миллиард. Ответ не изменится. Потому что нет никаких планов у меня. Не было и не будет. Ярославль — это случайность. Совпадение. Стечение обстоятельств.
Румянцев стиснул зубы. Посмотрел на меня с такой мордой, как будто я пальнул из обреза в морду его любимого кота.
— Допустим, — процедил он. — Тогда объясни мне другое. Зачем вы тогда вообще полезли в Ярославль? Ради чего?
Осёкшись, он закрыл рот. Пару секунд помолчал. Глянул на фуражку, которая до сих пор прикрывала голову Гоши.
— Если вся эта мясорубка с Вестником и Грузовиком, не была ради авторитета среди местных, получается вам там что-то требовалось, — вот честное слово, лучше бы он дальше про выборы рассуждал. — Нахрена вы гоняли под Ярославскую Мглу? Что там такого было, дарг? Чего ты испугался в аэропорту? Да настолько, что поехал со мной в одной машине.
Что сказать — не дебил. Вот совсем. А жаль — было бы куда проще, окажись парень полным имбицилом.
Гоша поддел пальцем козырёк. Вытаращился на дворянина
— Ты чё, следил за нами? — прищурился гоблин. — Палил за честными сталкерами, шакал?
— Собирал информацию, — пожал плечами Ярослав. — Как и все остальные. И я так скажу — лучше вам согласиться. Ничего кроме этой клыкастой зелёной морды, раз в неделю, нам не надо. А бабла вы получите столько, что до конца жизни хватит.
Машина начала замедляться. Мы подъезжали к штабу «Щенков Косуль».
— Ты недооцениваешь мои навыки расходов, — хмыкнул Гоша.
— Я могу заспидранить банкротство в три клика, — засмеялась Арина. — Пока вы будете биться за скидку на первом этаже, я уже куплю весь торговый центр и закрою его ради хайпа. А потом снесу.
— Ладно, — тихо рыкнул я, наклоняясь вперёд. — Хватит. Вот моя позиция. Окончательная.
Мой взгляд, устремлённый прямо в глаза, этот мудила выдержал. Ну и ладно. Тренированный, чего уж тут.
— Работать с ариками я больше не собираюсь. Меня уже не раз пытались убить. Достаточно, — я продемонстрировал ему нечто напоминающее оскал. — Если кто-то попробует ещё раз — я начну бить в ответ. Возможно, у меня ничего не выйдет. А может, семья, которая начала этот конфликт, сто раз пожалеет о своём решении.
— Убийство Тони станет медийным суицидом для Румянцевых, — добавила Арина. Голос ледяной. — Без шансов. Я прослежу и оставлю инструкции, если ты решишь и меня прикопать.
— А я рихтану вас всех до последнего, — оскалился Гоша. — Отпафосим с пацанами и зальём расплавленной медью в канаве.
Лимузин остановился. Румянцев молчал. Только смотрел на меня со странной смесью эмоций на лице. Разочарования, непонимания и азарта.
Пару секунд подождав, я взялся за ручку двери. Открыл. И шагнул наружу.
Глава X
Спорим, не угадаете, что крутилось у меня в голове, пока лимузин Румянцева отъезжал от штаба? Хотя, может и допрёте. Сложно сказать.
Нет, не мысли о том, как ловко я его отослал. И не о деньгах, которые он предлагал. Двести миллионов — сумма, конечно, приятная. Однако, смотря на удаляющийся силуэт машины я думал совсем о другом.
