Пока всё шло по плану. Я подняла руку с ножом, чтоб рассечь цепь, и тут всё пошло наперекосяк. В считанные секунды демонические псы окружили масунта. Он крутился, оскалив клыки и злобно рыча. Я бросила взгляд на Кратегуса, и увидела, что он спокойно стоит на своём месте и наблюдает за этой сценой.
- Ах, ты!.. – рявкнула я и бросилась вперёд, забыв про свою часть плана, но тут же ударилась обо что-то мягкое, что удержало меня и отбросило назад. Я дёрнулась в другую сторону и снова наткнулась на мягкую стену. Поспешно обследовав всё вокруг себя, я обнаружила, что попала в ловушку пентаграммы, которая, возможно, и защищала меня, но, с другой стороны, и не выпускала наружу.
Я снова взглянула на Эльвера. Он умудрялся держать псов на расстоянии, но было ясно, что те лишь выбирают момент для нападения. А демон вместо обещанного вмешательства, обеспокоено смотрел на меня, в ожидании моего взмаха ножом. И именно тут случилось самое непредвиденное.
Когда один из псов уже прижался к земле, готовясь к прыжку на спину масунта, шестой пес, вдруг оглушительно и свирепо взревел и рванулся мимо меня. С яростным рычанием он вцепился в загривок своего сородича, и оба пса с визгом и воем покатились прочь, сцепившись в яростной схватке.
В ряды призраков был внесён разброд, а тут ещё из кустов со всех сторон выскочили мощные звёздные львы и вместе со своим предводителем Эльвером набросились на растерявшихся псов. Для масунтов это был священный бой, и за них можно было не волноваться. Теперь я могла, наконец, вспомнить и о своей миссии. Я повернулась к двум дерущимся псам, которые кружили по аллее, постепенно приближаясь ко мне, но их было два, и какой из них «наш», я не знала. Две голубые цепи тянулись за ними, и я понятия не имела, какую нужно перерубить. Вдруг выберу не ту…
- Скорее! – взвыл Кратегус. - Они сейчас исчезнут!
Он внезапно возник рядом, внутри пентаграммы, схватил мою руку с ножом и резко поднял её, а я чисто инстинктивно вырвала её, и он сам рубанул атамом по цепям.
Я решила, что всё сорвалось. Не повезло. Очень жаль. Сам виноват, мерзавец. Пентаграмма померкла. Туман стремительно уползал обратно в кусты. Я сняла очки и сунула их в карман. Призраки исчезли, и только вошедшие в раж масунты разочаровано фыркали и звенели драгоценностями из голубого золота. Затем с другой стороны раздался шум и грубые крики. Два человека с проклятиями и бранью катались по дороге.
И тут наш красавец соизволил-таки превратиться в серого демона и, хлопнув своими крылышками, взмыл в небеса, откуда и обрушился на головы драчунов. Впрочем, одного, того, что в тот момент находился сверху, он просто отшвырнул в сторону, а на грудь второму взгромоздил огромную волчью лапу и, нагнувшись к нему своей кошмарной физиономией, жутким голосом прогромыхал:
- Где Книга Творения, раб?
И бледный человек, распластанный под его лапой, в грязных лохмотьях, заросший бородой и длинными спутанными волосами, вдруг со смертельной ненавистью взглянул на исчадье ада и с яростью выплюнул ему в лицо:
- Pater noster qui es in coelis!..
72
Признаться, я оторопела. Услышать из уст оборотня с многовековым стажем слова главной католической молитвы, это было, мягко говоря, неожиданно. Похоже, демон тоже растерялся, поскольку так и застыл над своей жертвой, что позволило тому выпалить следом:
- Sanctificetur nomen tuum…
Он бы наверно продолжил, если б чудовище не пришло в себя и не взревело гневно и оглушительно. Демон взмахнул своей огромной лапой и его внезапно удлинившиеся когти сверкнули в свете луны чёрной сталью. Такого фокуса я у него ещё не видела. Он был так разъярён, что запросто мог снести голову своему бесценному источнику информации. Эта сцена вдруг напомнила мне гравюру из какого-то трактата по демонологии, а заодно и о том, что пора вмешаться. В два прыжка я подлетела к нему и схватила занесённую для удара лапу, хоть для этого мне и пришлось подскочить на полметра.
- Прекрати! – рявкнула я, и горящий свирепым огнём взгляд демона обратился на меня.
- Ты всё испортила! – пророкотал он.
Не знаю, что он имел в виду: мою инициативу по привлечению к участию в операции масунтов, задержку в исполнении моей части ритуала или внезапное вмешательство в его действия именно сейчас. Честно говоря, меня это вообще не волновало. Мою ладонь обожгло холодом от прикосновения к его лапе. А он раздражённо тряс своей конечностью, от которой в том месте, где я её схватила, шёл белёсый пар.
- Неужели? – ехидно переспросила я и вдруг заехала кулаком в его челюсть.
Сама не знаю, с чего это у меня получилось, спонтанная реакция. Но я не сожалела о ней. Я была раздражена и даже зла. И мне было жаль, что мой кулак не нанёс особого ущерба его челюсти. А он вдруг словно очнулся и ловко «передёрнулся» в свой человеческий облик. Его физиономия по-прежнему не светилась добродушием, но всё-таки с ним уже можно было разговаривать.
- Зачем ты вызвала масунтов? – рыкнул он.
- Я сочла, что это будет разумным, - ответила я, - и не ошиблась.
- Я всё объясню… - будто пошёл на попятную он, но я только мотнула головой.
- Я знаю, что ты скажешь.
Это было правдой. Я сама могла сочинить за него с десяток убедительных и психологически обоснованных версий его поведения, но ни одна из этих версий не заслуживала моего доверия. Я взглянула на лежавшего на земле человека. На вид ему было что-то около тридцати, или чуть больше, одетый в добротную, но сильно истрёпанную одежду из плотной ткани, с тёмно-коричневым плащом, скреплённым агатовой пряжкой на правом плече, он был мертвенно бледен. В его лице не было ничего особенного, увидишь и через пять минут забудешь, хотя черты были правильными и довольно приятными. Светло-серые глаза неотрывно смотрели на меня, и было у него во взгляде то самое чувство, которое ещё недавно вызвало у меня его «Pater noster» под стопою дьявола.
- Кто ты? – спросил он.
Но сапог демона с груди его тут же переместился на горло.
- Сперва спроси, кто я, - проговорил демон, нагнувшись к нему. - Я Кратегус, граф Преисподней, но когда-то я был Джулианом МакЛареном, твоим прямым потомком и достойным продолжателем твоего дела.
Рыцарь взглянул на него с ужасом, который как-то очень быстро перешёл в ярость.
- Ты лжёшь, исчадье!
Естественно, Кратегус зарычал и нажал ногой ему на горло.
- Кончай! – приказала я, тем более что мне всё это уже начало надоедать.
Демон мрачно взглянул на меня, но тут так кстати подошли перевоплотившиеся масунты. Он нехотя убрал ногу, и человек на земле тяжело закашлялся и отдышался, а потом, подняв голову, увидел масунтов.
- Кто вы? – всё также изумлённо воскликнул он.
- Сперва скажи, кто ты, - предложила я.
- Я Хаймеш, сын Дункана МакЛарена.
Я кивнула.
- Я Лоранс Бентли, это мои друзья, хотя их имена покажутся тебе странными, Эльвер, Альмер, Кийя, Энтор, Байли и Дромен. А этот пожилой джентльмен – мистер Джексон. Здравствуйте, Ларс.
- Почему вы не сообщили нам?.. – привычно проворчал он.
- Разве я не сообщила?
- Они эльфы? – тихо спросил Хаймеш, проводя настороженным взглядом по голубоватым и безукоризненным лицам масунтов. – Или ангелы?
- Они оборотни, - опять встрял Кратегус. – Те самые огромные голубые кошки, которые минуту назад драли твоего отца и братьев.
Хаймеш как раз в этот момент остановил взгляд на лице Эльвера, и тот с благородством сказочного витязя улыбнулся:
- Ты вступился за меня перед своими родичами. Спасибо, - и он протянул Хаймешу руку.
И тот принял её. Эльвер помог ему подняться на ноги. Кратегус раздражённо фыркнул. Хаймеш снова взглянул на него.
- А он?
Я с сожалением кивнула.
- Демон Кратегус, граф Преисподней, и, действительно, был когда-то Джулианом МакЛареном. Но ныне им не является.
Это было замечание для Кратегуса. Он взглянул на меня, хотел что-то возразить, но только пожал плечами.
