Инстинкт стаи, усиленный той нитью послушания, которую я протянул через каждого из них, работал как одно большое тело. Пока горит один, шестой уже прыгает с другой стороны, не обращая внимания на то, что происходит с первым. Пока маг тратит заряд ядра на уничтожение одного, пятеро прорывают купол с флангов, и купол трещит, потому что его создавали против людей, а не против такого количества гигантов. Маг льда продолжал атаковать. Тогда Луркеры просто перелезли через замороженный коридор поверху, по стенам. Мужик понял, что его тактика не работает, на секунду позже, чем нужно.
Я шёл по коридору, огибая залы.
Мне не нужно было разбирать первый этаж лично. Для этого были Луркеры и чёрные Изменённые. Моя задача — верхний этаж, и каждый удар ядра здесь, внизу, это чуть меньше ресурса там, наверху, где Виктор и его лучшие люди.
В коридоре у лестницы я нашёл Василису.
Она стояла над двумя телами. Гвардейцами в тёмно-синей форме Медведевых, оба крупные, оба маги с хорошим боевым фоном. Один лежал лицом вниз, второй — на боку, с размозжённой грудной клеткой. На Василисе была кровь. Левый бок у неё был рассечён, под броней что-то влажно поблёскивало. Регенерация работала, но рана была глубокой.
— Кто? — кивнул я на тела.
— Маг воды и маг металла, — ответила она хрипло. — Работали в паре. Один сковывал, другой резал.
— Справилась.
— Едва. — Она не жаловалась. — Второй хороший. Быстрый. Знал, что делает с парой. Маг металла держал меня под постоянным давлением лезвиями по краям, не давая сократить дистанцию, пока маг воды менял форму атаки. Они работали как один человек. — Она чуть помолчала, оценивая. — Хорошее обучение.
И что сделает гигант в этот момент? Правильно вырвет ядра и сожрёт их, ну ещё перекусит немного. Этим и занималась Василиса, пока я смотрел на рану на её боку. Нужно оценить то как работает мой инструмент. Хочу понять возможности и ограничения. Ведь это только начало моего плана. Ещё много людей ждёт, когда я их навещу.
Потрогал рану. Глубокий порез, теперь уже почти затянутый. Перевёл взгляд на разбросанные по коридору следы боя. Водяные разводы на стенах, там где волна разошлась широко. Металлические осколки в плинтусах. Маг создавал режущие диски и бил ими на рикошете. Серьёзная работа для двух магов против разумного гиганта.
— Дожрёшь потом, — сказал я. — Сейчас второй этаж.
Василиса наклонила голову. Жёлтый взгляд задержался на телах у её ног, но она пошла вперёд.
За её спиной пятеро чёрных Изменённых двигались следом, бесшумно. Один из них нёс чужую руку. Оторванную кисть выше запястья, с зажатым в ней боевым артефактом. Я не стал уточнять, зачем. Вдруг ему она чем-то приглянулась? Тем более я не тиран какой-то лишать удовольствия своих подчинённых. Если тащит — значит надо.
Лестница на второй этаж была широкой и пустой.
Это само по себе было сигналом. Там, где пусто в разгар боя… там ждут. Люди, которые не бегут навстречу, а остаются на позиции, понимают, что происходит, и делают ставку не на инициативу, а на подготовленную встречу.
Я остановился у основания лестницы и выпустил магию Земли по всему второму этажу.
Четыре крупных ядра. Восьмой ранг, плотный, ровный, без помех. Расположение грамотное: двое прикрывают лестничный пролёт, двое держат фланги. Промежутков между ними нет. Работают квадратом, перекрывая сектора.
Виктор был где-то там за ними. Его ядро я не ощутил через стены. Тли слишком хорошо экранировано, или он намеренно гасил фон. Умно.
Я поднялся на четыре ступени и сделал паузу.
— Двое слева твои, — сказал я Василисе, не оборачиваясь. — Не дай им перестроиться.
— Ты?
— Правая сторона.
Она двинулась вбок, обходя лестницу по стене. Чёрные Изменённые разделились сами, без команды. Четверо за ней, один остался чуть позади, в роли замыкающего. Это было не запланировано, они сделали это самостоятельно. Хорошее мышление для существ без особой индивидуальности.
Я поднялся по лестнице открыто, не торопясь. Не потому что хотел произвести впечатление или дать им время. А потому что четыре мага, которые ждут в готовности, всё равно среагируют быстро, и дополнительные секунды ничего не изменят. Пусть смотрят. Пусть оценивают. Пусть видят, что идёт один человек с руками в карманах.
Первый удар пришёл с правого фланга.
Гравитационный пресс. Давление сверху вниз, тяжёлое, качественное, с тем характерным ощущением, когда воздух становится плотным, и тело начинает оседать.
Маг стоял за колонной и работал на дистанции, экономно, не раскрываясь. Я выставил Покров и пошёл сквозь давление, замедляясь, но не останавливаясь, и чувствовал, как барьер принимает нагрузку, как каналы гудят от компенсации.
Вторая атака была с прямой. Горячий сгусток размером с кулак, который летит быстрее, чем ожидаешь. Покров принял первый удар. Второй — уже нет.
Плазма прошла по левому боку, между рёбрами и внешним краем барьера, там, где я чуть развернулся под давлением гравитации. Жар ударил сквозь ткань, кожа вспыхнула под рубашкой, и я почувствовал тупой тяжёлый ожог на уровне нижних рёбер. Не смертельно, но неприятно. Регенерация включилась сразу.
Двое с клинками зашли с флангов.
Это была правильная тактика. Давить с трёх точек, пока маги держат на дистанции. Клинки у них были с аурами, магически усиленными лезвиями, которые пробивают большинство щитов при достаточном угле удара. Первый шёл прямо, второй заходил чуть сзади под левую сторону.
Я выставил левую руку и выпустил Материализацию.
Бетон в полу коридора вздрогнул. Из стены справа, там, где кафельная плитка прикрывала несущую конструкцию, вылетел шип. Острый, грубый, по диагонали вперёд. Не идеально точный, на шип пришёлся правый бок первого мага с клинком, а не прямо в центр массы, но хватило. Удар остановил его, он согнулся, и в этот момент я уже двигался к нему.
Второй маг с клинком успел нанести удар.
Клинок прошёл по плечу. Не насквозь, барьер смягчил, но лезвие с аурой разорвало ткань и кожу до кости, и рука на секунду потеряла чувствительность выше запястья. Я не остановился. Перехватил инициативу на повороте, взял его за запястье бьющей руки, вложил в кисть Чистую Силу и ударил Импульсом.
Не в него, а в пространство между нами, в короткой дистанции.
Взрывная волна сжатого воздуха толкнула его спиной о стену, и он ударился затылком о декоративный выступ с достаточной силой, чтобы его голова треснула.
Маг с гравитацией за колонной понял, что ситуация изменилась, и переключился на физический бой. Он вышел из-за укрытия с поднятыми руками. Не для сдачи, для работы ближней дистанции, с тем накопленным ядром, которое он держал для последнего удара. Умный. Опытный. Понимал, что дистанционный бой больше не работает.
Мы оказались в трёх метрах друг от друга.
Я видел его лицо. Лет сорока пяти, с глубокими морщинами на лбу от многолетнего напряжения, с тем спокойствием профессионала, который знает, что бывает хуже. Он не боялся, а оценивал. В этом была разница между ним и теми, кто просто выполнял команды.
Он ударил первым.
Выброс с ближней дистанции. Не прицельный сгусток, а широкая волна, которая перекрывает сектор. Покров принял основную часть, но тут подключился ещё один и ударил. Температура была серьёзной, ткань рубашки на плечах вспыхнула, и волосы на предплечьях исчезли разом. Я почувствовал, как барьер трескается.
Шаг вперёд. Ещё один. Внутри жарко, каналы гудят, регенерация тратит ресурс быстрее, чем получает.
Он отступил на полшага и попытался зарядить второй удар.
Я поймал его за руку раньше.
Хват на запястье, разворот против сустава. Он почувствовал это, попытался компенсировать другой рукой. Чистая Сила ударила в грудь в упор.
Тело отлетело к стене, удар был достаточно резким, чтобы не дать выровняться. Он упал. Встал на колено, поднял руку и рухнул снова.
Четвёртый — тот, что работал с плазмой с дистанции, тоже уже понял расклад. Он отступал, нащупывая за спиной стену, отдавая мне коридор сантиметр за сантиметром. Глаза у него были внимательные, без паники, только расчёт и усталость того, кто видит, что проигрывает, но ещё не решил, что с этим делать.
