Борис встал по правую руку. Василиса — по левую. Два командира, два самых верных, два первых, которые пошли за мной ещё тогда.
Армия перестраивалась в темноте. Изменённые расходились по тоннелю, занимая позиции под соответствующими крыльями дворца. Гиганты продвигались вперёд, к точкам прорыва.
Когда перестроение закончилось, я стоял под тронным залом Императорского Дворца, окружённый выбранными изменёнными и гигантами, с Борисом и Василисой по бокам.
Поднял руку. В ладони собралась вся мощь. Воздух вокруг кулака загустел, порода на стенах тоннеля пошла трещинами от одного только давления, которое исходило из этой точки, и в темноте подземелья моя рука светилась тусклым, серо-золотым светом.
Я сжал кулак и ударил вверх.
Земля над головой взорвалась. Тридцать метров породы, бетона, фундамента и мрамора разлетелись в стороны, вверх, во все направления, открывая тоннель солнечному свету. И из этой дыры на территорию Императорского Дворца хлынула армия.
Гиганты первыми, проламывая края пролома телами, расширяя его до размеров, при которых могли пройти трое разом. Серые шли стеной, принимая на себя первые заклинания. Зелёные взлетали по стенам дворца, цепляясь за лепнину и выбивая окна.
Из каждого пролома, из каждой точки, которую я определил, поднимались мои. Земля дворцового парка лопалась, мраморные дорожки разлетались, фонтаны рушились.
Глава 14
Дворец Императора стоял на возвышенности в центре острова, и его белый мрамор ещё пять минут назад сиял в свете магических прожекторов, как маяк, на который должны были равняться все, кто жил под его тенью.
Теперь мрамор трескался, прожекторы разлетались стеклянной крошкой, а золотые купола вздрагивали от ударов.
Тела моих подопечных проламывали мрамор парадного двора, раздвигая каменные плиты, как ледоколы раздвигают лёд. И каждый, кто выбирался на поверхность, сразу попадал под огонь стационарных магических орудий, установленных вдоль периметра дворцовой стены.
Снаряды врезались в хитин, высекали чёрные осколки, оставляли дымящиеся воронки в живой броне, но мои не останавливались
Серые шли за гигантами. Стеной, плечо к плечу, принимая на себя то, что пушки не успевали перенаправить. Я чувствовал каждого через сеть. Их ровный пульс, их каменную невозмутимость, их медленное, неумолимое продвижение к линии гвардейцев, которые выстроились перед главным входом и ещё верили, что смогут удержать.
Элитная Императорская гвардия. Десятый ранг, некоторые одиннадцатый. Белая форма с золотым гербом, тяжёлые артефакты на запястьях и поясах. Они не паниковали. Строили комбинированные купола, меняли сектора обстрела, закрывали бреши, которые оставляли погибшие, с точностью часового механизма.
Хорошая работа. Для людишек.
Зелёные полезли по фасаду одновременно с трёх сторон. Их когти находили сцепление в стыках мраморных плит, и они карабкались вверх быстро, неровными зигзагами, уходя от заклинаний, которые стрелки посылали из окон второго и третьего этажей. Один Зелёный получил прямое попадание в голову и сорвался вниз, его тело ударилось о парапет и осталось лежать, но пятеро уже были у окон и влезли внутрь, и через секунду оттуда перестали стрелять.
Красные пошли в казармы. Там, где дворцовая прислуга и младшая гвардия укрывались за бронированными дверями, воздух раскалился до белого свечения, и металл этих дверей потёк, как воск, обнажая коридоры, по которым хлынул жар.
Я шёл через парадный двор.
Борис справа, Василиса слева. Тридцать пять процентов Силы Титана работали постоянным фоном, и в радиусе десяти метров от меня магические снаряды замедлялись, теряли траекторию, уходили в сторону. Потому что гравитация вокруг моего тела была уже не совсем нормальной. Всё, что летело с достаточной скоростью, попадало в зону искажения раньше, чем достигало цели.
Четверо гвардейцев попытались перехватить меня у фонтана. Фонтан был разрушен, на месте мраморной чаши лежали обломки, а вода из разорванных труб била вверх мутным столбом. Четверо вышли из-за колонн с обеих сторон, синхронно, с артефактами наготове, и их суммарный залп ударил в мой Покров с четырёх направлений одновременно.
Покров принял всё, а я даже не замедлился. Просто прошёл сквозь перекрёстный огонь, и давление моей ауры сделало остальное. Двое ближайших упали на колени, схватившись за головы. И не потому что я приказал, а потому что их тела отреагировали раньше, чем разум успел вмешаться. Третьего я ударил Импульсом Чистой Силы в грудь и от просто исчез, оставив после себя только ядро. Четвёртый попытался отступить, выстроить новый барьер, но Василиса была быстрее, её лапа хлестнул его по ногам, а когда он упал, она просто наступила.
Я наклонился к первому из упавших. Рука вошла в его спину быстро, пальцы нашли ядро, сжали и потянули. Маг дёрнулся, захрипел, но звук оборвался раньше, чем я выпрямился. Ядро десятого ранга растворилось в ладони мгновенно. Та пустота, которую оставило создание тоннеля, чуть уменьшилась. Капля, но каждая капля шла в дело.
Второй, третий, четвёртый. Ядра уходили в меня одно за другим, возвращая ресурсы, которые я потратил на километры сжатой породы. Каналы работали ровно, единое ядро в позвоночнике перемалывало чужую энергию без задержки, как жернова, которые наконец нашли правильную скорость.
Ступени парадного входа были широкими, белыми и уже залитыми кровью. Створки дверей, каждая высотой в четыре метра, с резными гербами и позолоченными петлями, висели криво. Одна сорвана с верхней петли и упиралась углом в мрамор пола. Отсюда уже слышалось то, что происходило внутри. Удары магии о камень, крики, треск ломающейся мебели и тот низкий, утробный рёв, который издавали изменённые, когда находили добычу в замкнутом пространстве.
Я переступил через тело гвардейца на пороге и вошёл в парадный холл Императорского Дворца.
Холл был колоссальным. Потолок уходил вверх на десять метров, подпираемый колоннами с прожилками золота. Хрустальные люстры, каждая размером с небольшую комнату, свисали на цепях, и одна из них уже рухнула. Разбилась о пол каскадом стеклянных осколков, что хрустели под ногами при каждом шаге. По стенам тянулись огромные портреты людей в коронах и парадных мундирах, и нескольким из них огонь уже добрался до нижнего края рам, отчего позолота пузырилась и чернела.
На парадной лестнице стояли трое.
Их аура ударила в меня раньше, чем я их разглядел. Плотная, горячая, с тем характерным резонансом, который я чувствовал раньше, когда ядро Титана вибрировало от присутствия императорской крови. Только теперь вибрации не было.
Старший стоял справа от центра лестницы. Высокий, широкоплечий, с тёмными волосами до плеч и тяжёлой челюстью, которая придавала лицу выражение упрямого быка. На нём был боевой мундир тёмно-красного цвета, без украшений, только герб на груди и артефакт на правом запястье. От которого шёл ровный жар, ощутимый даже отсюда. Огненный маг, двенадцатый или тринадцатый ранг, с Силой Титана в крови, которая делала его магию чем-то большим, чем просто заклинания.
Средний стоял слева. Тоньше, ниже ростом, с узким бледным лицом и светлыми глазами. Мундир голубой, почти белый, с серебряной вышивкой. Маг воды, и его фон был другим, более холодным, текучим.
А в центре стоял Арсений Михайлов.
Младший. Тот самый принц, что прилетел когда-то на базу СКА с кортежем и объявил «Имперскую Охоту», от которой погибли сотни. Я узнал его сразу, не по лицу, лица людишек я запоминал плохо, а по той самоуверенности, которая сочилась из каждого жеста. Парадный мундир, белый с золотом, волосы зализаны назад, и презрительная усмешка на губах, которая выглядела так, будто её репетировали перед зеркалом.
Рядом полукругом стояла личная охрана. Пятнадцать или двадцать бойцов в белых масках, с тяжёлыми артефактами, закрывавших подход к лестнице. Десятый ранг, не ниже.
— Какая дерзость, — произнёс Арсений и сделал шаг вперёд, упираясь ладонью в мраморные перила. — Грязный мутант, выбравшийся из канализации, посмел ступить на мрамор Императорского Дворца. — Он помолчал, давая своим словам время, как актёр на сцене. — Я обещаю тебе, тварь. За каждый след, который ты оставил на этом полу, с тебя снимут по полосе кожи. Медленно.
