Уважение к добыче. Использование каждой части. Никаких отходов.
Шкура сошла одним куском — огромное полотнище бурого меха, которое можно было использовать для одежды или покрывал. Гиперион аккуратно сложил её, мехом внутрь.
Затем началась работа с мясом. Сначала задние окорока — самая ценная часть. Нож скользил вдоль костей, отделяя мышцы от скелета. Куски получались ровными, без повреждений, готовыми для готовки или засолки.
Передние лапы, грудинка, рёбра — каждая часть туши обрабатывалась с одинаковой тщательностью. Даже внутренности не пропадали впустую — печень, сердце, почки, всё можно было использовать в пищу.
Кости шли отдельно. Из крупных можно делать инструменты, мелкие подойдут для бульонов. Рёбра станут основой для игл и крючков.
Когти и зубы тоже имели ценность — как материал для украшений или амулетов. Гиперион аккуратно извлёк каждый коготь, каждый клык.
Работа заняла два часа. Когда химера закончил, от медведя остался только чисто обглоданный скелет. Всё остальное было аккуратно разложено и упаковано для транспортировки.
— Впечатляюще.
Гиперион обернулся. На краю поляны стояла Ольфария, глядя на результаты его работы с неприкрытым восхищением.
— Давно наблюдаешь? — спросил он, вытирая руки о траву.
— Достаточно долго, чтобы увидеть, как ты работаешь, — она подошла ближе, разглядывая аккуратно разложенные куски мяса. — Это… искусство.
— Это необходимость. В дикой природе нельзя позволить себе расточительности.
Ольфария кивнула, но её взгляд задержался на торсе Гипериона. Он всё ещё был обнажён по пояс, и она невольно отметила, насколько идеально сложена его фигура — не человеческая красота, а что-то более совершенное. На коже не было ни царапины, хотя он только что голыми руками сражался с полутонным хищником.
Она быстро отвела взгляд, чувствуя, как краснеют щёки.
— Гоблины действительно станут есть мясо?
— Станут, — уверенно ответил Гиперион, надевая рубашку. — Голод — лучший учитель. А я покажу им, как правильно готовить.
Он начал упаковывать мясо в импровизированные мешки из листьев и коры. Каждый кусок заворачивался отдельно, чтобы не испортился по дороге.
— Помочь? — предложила Ольфария.
— Конечно.
Они работали молча, и в этом молчании была особая близость. Два человека, волей судьбы заброшенные в чужой мир, заботящиеся друг о друге и о тех, кто оказался под их защитой.
— Гиперион, — позвала Ольфария, когда они закончили упаковку.
— Да?
— Спасибо. За всё, что ты делаешь для нас.
Химера посмотрел на неё с нежностью:
— А что ещё мне остаётся? Ты — единственное, что у меня есть в этом мире.
И они пошли домой, неся добычу голодному племени, которое стало их семьёй.
Глава 3
Утром четвёртого дня в поселении белых гоблинов царило необычное оживление. Запах жареного медвежьего мяса привлёк даже самых упёртых вегетарианцев, и теперь племя впервые за долгие месяцы наедалось досыта. Дети играли с новой энергией, взрослые работали с удвоенным рвением, а вождь не переставал благодарить своих могущественных покровителей.
Ольфария наблюдала за этой суетой, попивая травяной отвар из незнакомых местных растений. Вкус был странным — горьковатым с металлическим привкусом — но определённо бодрящим.
— О чём задумалась? — спросил Гиперион, подсаживаясь рядом на поваленное бревно.
— О будущем, — ответила она. — Мы не можем вечно жить охотой. Нужно наладить что-то более стабильное.
— Например?
— Медицину. Я врач, ты разбираешься в алхимии. В любом мире найдётся применение нашим навыкам.
Гиперион задумчиво кивнул:
— Логично. Но сначала нужно изучить местную флору. Понять, что здесь можно использовать для лечения.
— Именно об этом я и думала, — Ольфария встала, отряхивая платье. — Хочу сегодня прогуляться по долине, собрать образцы. Моё магическое чутьё должно подсказать, что из растений обладает целебными свойствами.
— Не уходи далеко, — попросил химера. — Этот мир полон неожиданностей.
— Останусь в пределах видимости поселения. Обещаю.
Ольфария взяла плетёную корзину, которую сплела для неё одна из женщин-гоблинов, и отправилась к границе поселения. Утреннее солнце этого странного мира окрашивало синюю траву в удивительные оттенки — от лазурного до почти фиолетового.
Долина простиралась перед ней на километры, усеянная невиданными растениями. Здесь росло всё, чего не встретишь на Земле — деревья с серебристой корой и листьями цвета морской волны, кусты с плодами, похожими на светящиеся фонарики, цветы размером с тарелку, лепестки которых переливались всеми цветами радуги.
Ольфария закрыла глаза и позволила магическому чутью развернуться. Это было похоже на включение дополнительного органа чувств — вдруг мир заиграл новыми красками, невидимыми обычному глазу.
Каждое растение излучало свою ауру, свою энергетическую подпись. Некоторые светились ровным зелёным светом — признак жизненной силы и потенциальных целебных свойств. Другие мерцали красным — яд или опасность. Третьи вообще не давали никакого отклика, оставаясь магически нейтральными.
Первым в корзину попал цветок, напоминающий земную ромашку, но с лепестками серебристого оттенка. Его аура говорила о мягком успокаивающем действии — что-то вроде природного анальгетика.
Затем — странный мох, растущий на камнях. Тёмно-зелёный, почти чёрный, но магическое зрение показывало, что он буквально пропитан целебной энергией. Возможно, усилитель для других снадобий или основа для мощных зелий исцеления.
Ольфария углублялась в долину, увлечённая поиском. Каждое новое растение было открытием, каждая находка расширяла возможности будущей алхимической практики.
Кустик с ягодами цвета индиго — противовоспалительное. Лиана с листьями, похожими на сердечки — что-то для сердечно-сосудистой системы. Грибы, растущие идеальными кольцами — их аура была сложной, многослойной, намекая на психотропные свойства.
— Осторожнее с этими, — пробормотала она, аккуратно срезав несколько экземпляров. — Могут оказаться слишком сильными.
Корзина постепенно наполнялась. Ольфария дошла почти до середины долины, когда магическое чутьё вдруг забило тревогу. Не растение — что-то другое, крупное и очень опасное.
Она выпрямилась, оглядываясь по сторонам. Вокруг была обычная долина, мирно шелестящая на ветру синяя трава, никаких признаков угрозы.
