Там, где кончается степь (СИ) - Пинчук Алексей

Выбравшись на поверхность, распределились на две группы, опять же выставив часовых на стенах. Одна группа осталась наводить порядок в подвале, маскируя следы на саже и вход в подземный ход, а вторая, то есть мы, как самые молодые, отправилась копать.

— Это дискриминация по возрастному принципу! — ворчал Федя, яростно швыряя землю со щебнем за спину, мне под ноги. — Даже не по возрастному, мы же старше большинства из них! Тут… Дедовщина какая-то!

— Милый, ну успокойся уже, а? — Мора стояла позади нас, поддерживая сразу несколько магических светильников, и вздыхала, глядя, как ее муж злится. — Ну ты реально сильнее и выносливее их всех! Это же хорошо?

— И что? — После такой постановки вопроса Федя замер с лопатой в руках и задумался. — Ну, так-то да…

— А еще ты самый красивый! — поняв, что нащупала верный путь, продолжала Мора. — И самый умный!

— Ну, мы тогда пошли? — насмешливо посмотрев на подругу, уточнила Кайя, ждущая своей очереди колдовать. — Раз вы самые-самые, то сами и справитесь!

— Не думаю, что они тут копать будут, если мы уйдем… — ухмыльнулся Миха, отбрасывая совковой лопатой землю дальше по проходу.

— Ой, не завидуй! — ни разу не смутившись, ухмыльнулся Федя. — Мы люди женатые, серьезные, не тебе, оболтусу, нас смущать!

— Копай давай, серьезный человек, блин!

В такой манере мы сами не заметили, как преодолели завал, а спустя еще час прорыли нормальный проход, по которому, если постараться, можно было даже пробежать.

— Воздух! — Стоило нам закончить работу, как на разгоряченной, мокрой от пота коже мы ощутили легкий сквозняк. — Идем, уже скоро!

Выход из подземного хода обнаружился еще через сотню или полторы метров, вот только крышка тут совсем сгнила, и нам снова пришлось браться за лопаты, чтобы выбраться на поверхность. Но справились.

На поверхность вылезли уже к ближе к вечеру, в зарослях какого-то колючего кустарника, и еще некоторое время прорезали проход на чистое место, стараясь не слишком наследить.

Вход с этой стороны, как по заказу, начинался рядом с очередной скалой, и заметить его можно было, только если знать о нем заранее. Ну или кто-то попрется по нужде глубоко в заросли, метров за двести от дороги. Но не думаю, что среди степняков найдется кто-то настолько стеснительный.

А в крепости уже замаскировали все следы нашего присутствия, сколотив на ход новую крышку из колотых жердей и засыпав недогоревшим мусором. А потом еще и золой там, где натоптали, присыпали на всякий случай.

— Ну что, ждем гостей и надеемся, что они оправдают наши ожидания? — улыбнулся Мороз, оценив нашу работу. — Если все получится, выгоним к херам пленников и сможем револьверы использовать. Если звуки услышат — спишем на магов.

— Молния тоже хлопает громко, — подтвердила Кайя. — Только я молнию не умею запускать…

— А тебе и не надо. Проверять, я думаю, будет некому, — хмыкнул я, приобняв волшебницу. — В самой крепости нужно будет зачистить всех.

— Вы прям уже настроились… — проворчал Михаил. — А они возьмут и в полдень мимо проедут.

— Ну, тогда пойдем обратно, — ухмыльнулся Мороз. — Ничего не теряем, кроме времени.

Воздушный шар, как мы и ожидали, приземлился в районе крепости с наступлением темноты, и выскочивший оттуда Леха выглядел встревоженно.

— Их две группы! — с ходу выпалил он, едва мы выбежали на открытое место встречать воздушную разведку. — Сваливайте отсюда, тут никакими арбалетами не справиться…

— Не тарахти! — прервал я друга. — Давай по порядку, сколько их, когда ждать, а потом уже свои мысли по этому поводу.

— Ладно… — Леха выдохнул, оглядел столпившийся отряд из десятка Мороза и нашей пятерки, а потом начал рассказывать: — К степнякам в полдень обоз добавился, с телегами. Видимо, второй отряд, который я прошляпил… Короче, теперь их полторы сотни, и двигаются они шустро, несмотря на то что ополчение местных отстало. Пленников посадили на телеги, и вот…

— Полторы сотни… — задумался Мороз. — Многовато…

— Вот и я о том же! — поморщился Леха. — Так что сваливайте, у вас часа два, максимум три, если они в темноте замедлятся. Хотя чего им замедляться, дорога же…

— Ждем! — принял решение Мороз. — По ходу посмотрим, а там решать будем. Если все по плану, атакуем, разжигаем панику и гоним их от крепости. Изображаем массированную атаку. Если хоть что-то не срастается, тихонько уползаем.

— Добро…

Ждали в самом лазе, сидя тихо, как мыши в норе, и даже когда услышали топот огромного стада верховых животных, не высовывались, чтобы не рисковать понапрасну. Не стоило недооценивать чужой народ, заочно принимая их за отсталых варваров. Если есть лечебные зелья, то почему бы степнякам не изобрести зелья для того, чтобы видеть в темноте?

Противника было слышно издали, и пришлось сидеть тихо, внимательно вслушиваясь в ночь, довольно долго. Постепенно топот сотен копыт нарастал, а потом стало слышно и чужую речь, хриплую, словно карканье ворон. Впрочем, если сутками глотать пыль на жаре, потом и не так хрипеть будешь.

И вдруг топот резко оборвался, сменившись звуками отрывистых команд. Противник и вправду решил остановиться в крепости. Может быть, чтобы дать отдых животным, а может, и сами устали, не двужильные же они?

Впрочем, был вариант, что они остались лишь для того, чтобы набрать воды и напоить животных, о чем я и шепнул тихонько Морозу. На что тот, поморщившись, отрицательно мотнул головой. Ну, ему было виднее, сам-то я местный колодец толком не видел. Вроде как родник там какой-то, а вот сколько он дает воды? Может быть, на всю эту ораву как раз до утра будет набираться…

Ждали долго. И если раньше мне было наплевать, мог и часами в засаде пролежать, то сейчас молодое тело требовало немедленных действий, неважно каких.

— Послушаю, — не выдержав, прошептал я и, дождавшись кивка Мороза, скользнул в лаз, стараясь идти не спеша и не шуметь. А после того, как в темноте пару раз стукнулся головой о подпорки, и вовсе поплелся черепашьим шагом, касаясь рукой стены.

И хорошо, что люк щедро присыпали мусором, потому что я забодал его лбом абсолютно неожиданно, аж присев от удара. И тут же замер. Показалось, что сухой звук удара слышали все в крепости. Как говорится, хорошо, что мозгов нет, а то было бы сотрясение…

А между тем в подвале явно кто-то был, и этот кто-то был не один. Даже сквозь крышку и щедрый слой мусора я отчетливо слышал тихий плач, всхлипывания и чью-то сдавленную ругань. Без повелительных интонаций, как ругались бы победители, нет. Тут было скорее злобное, крысиное шипение раздраженного человека, боящегося высказать свой гнев открыто. И шипел этот кто-то на имперском…

Пробираясь по тоннелю обратно, я несколько раз пожалел, что в этом мире нет радиосвязи. Отошел бы подальше да сообщил все, что нужно. Но нет же, ходить теперь туда-сюда… Хотя лучше уж ходить, чем сидеть и ждать.

— Все тихо, пленники точно в подвале, как мы и рассчитывали, — отчитался, выйдя к своим. — А вот одни они там или нет…

— В любом случае охрана у дверей будет, — пожал плечами Мороз. — Дверей-то нет, сгорели.

— Могли и смастерить что-то. Борт от телеги приставить да подпереть, — покачал головой Миша. — Тоже люди, кому охота всю ночь как на иголках бдеть. Наверняка на стенах часовые, еще и подвал…

— Все равно, будем считать, что и там охрана, — подвел итог Мороз. — Значит, сейчас отдыхаем, а через пару часов пойдем. Пусть уснут покрепче…

— Знать бы еще, когда эта пара часов пройдет… — проворчал я себе под нос, в очередной раз сожалея об отсутствии часов.

— Я подскажу, не переживай, — шепнула Кайя, показав на усыпанное звездами небо.

Время тянулось чудовищно долго, причем не только у меня. Вроде опытные бойцы собрались, но все равно спать улеглись лишь несколько человек, остальные сидели, облокотившись на стены лаза, молча посматривали наверх и иногда теребили экипировку, проверяя в который раз, все ли надежно закреплено и удобно ли выхватывается оружие.