Там, где кончается степь (СИ) - Пинчук Алексей

Револьверы перекочевали из рюкзаков на пояса, причем все взяли по два ствола, не рассчитывая на лишнюю удачу. Винтовки, упакованные в тканевые чехлы, были распакованы и заряжены, а ребята Мороза еще и свои маленькие арбалеты приготовили, загрузившись по полной программе. Впрочем, лучше уж так, чем в самый ответственный момент оказаться против опытных местных бойцов с мечом в руке. Андрюха вон попробовал, до сих пор лежит с дыркой в груди, и поднимется в лучшем случае к нашему возвращению.

— Пора! — негромко предупредила Кайя. — Через пару часов уже светло будет.

Люди поднялись мгновенно, словно никто и не спал. Мороз, оставив двоих бойцов на выходе из лаза, вооружился арбалетом, закинув винтовку за спину, и первым скользнул в проход. За ним потянулись его бойцы, так же с бесшумным оружием, ну а замыкающими пошли мы, уже с приготовленными винтовками.

Шли цепочкой, стараясь не шуметь, и все равно нет-нет да кто-то задевал снаряжением подпорки. А иногда и головой стукались о бревна, но молча шли дальше.

В этот раз лаз снова закончился неожиданно и, прислушавшись, Мороз с товарищами аккуратно приподняли крышку подземного хода и предельно аккуратно отодвинули ее в сторону.

А вот дальше все пошло немного не по плану… Одну вещь мы не продумали совершенно, в подвале не было окон. А значит, и темно там было так же, как в тоннеле… И, разумеется, кто-то из бойцов наступил на чью-то конечность…

Приглушенный взвизг женщины я услышал, уже выбираясь в каменный мешок подвала, и упал на пол, нащупывая крикнувшую. Вот только тот, кто на нее наступил, тоже пытался зажать ей рот, и мы активно мешали друг другу… А пленница от такой суеты над собой заорала еще громче…

А когда нам удалось, наконец, прижать ее к полу и зажать ладонью рот, в подвале послышался гомон проснувшихся пленников, а от входа кто-то гаркнул на ломаном имперском, чтобы все заткнулись. А не то он, мол, придет и всех сам успокоит…

— Свет! — шепотом рявкнул Мороз, и почти сразу над нами загорелся тусклый шарик волшебного светильника.

Щелкнули сразу несколько арбалетов, отбрасывая назад тело степняка, чей силуэт стал виден в дверном проеме, а по ушам ударил новый визг многочисленных женщин и детей, внезапно увидевших, как из под земли к ним кто-то лезет…

Глава 14

С пленниками разбирались Федя с Михой. И получалось у них не очень, если честно. Сказывалось воспитание, наверное. Они уговаривали женщин, успокаивали детей… А в это время мы, стараясь не мельтешить в дверном проеме, лупили в ночь магией и посылали арбалетные болты, больше на удачу, чем в цель. Но к нам пока никто не лез, и это радовало…

— Кайя, сможешь во дворе свет повесить? — запустив очередной диск, я с сожалением понял, что накопитель артефакта снова пуст, и машинально схватился за кобуру, но, выругавшись, отпустил руку. А потом взял и, подхватив ближайшую пленницу, швырнул ее в отверстие подземного хода. — Все вниз, вашу мать! Бегите уже, дуры!

Не знаю, сколько продолжался бы этот дурдом, если бы не вмешательство Моры, прекратившей колдовать и занявшейся принудительным освобождением пленников. Вот уж кто не постеснялся добро причинять и радость наносить! Мора гнала народ к подземному ходу буквально пинками, а там уже и стадный инстинкт сработал, и вся толпа, мешая друг другу, ломанулась в яму…

К тому времени, когда в дверной проем начали активно залетать стрелы, мы уже погасили у себя свет и достали ружья. А дальше бой пошел уже по привычному руслу, разве что никто не пытался нас выкурить, кидая в помещение гранаты. Факел, правда, пару раз закинули, чтобы увидеть наши силуэты, но каждый раз мы успевали столкнуть его в сторону, а там уже, подобрав, кидали в ход.

— Сами тут справитесь? — спросил Мороз, который, пока убирал арбалет, оказался позади и никак не мог поучаствовать в бою. Дверной проем плотно оккупировали мы с Лехой, а когда перезаряжались, наше место занимали Федя с Михаилом. И даже маги, занятые подсветкой двора, менялись, хотя тут и не было особой необходимости. Все же заклинание светлячка не отнимало так много сил.

— Иди! — рявкнул я в ответ, прекрасно понимая, о чем он. — Только убедитесь сначала, что пленники сбежали, а то спалимся!

— Не учи отца… — буркнул Мороз, но я уже не слушал, меняя Федю у дверного проема.

Во дворе, укрываясь за телегами, копошились степняки, иногда быстро высовываясь и стреляя в нас из коротких луков, но особого успеха не имели, поскольку мы успевали заметить противника и укрыться, а то и выстрелить в него раньше. Немного напрягало то, что основная масса врагов нам была не видна, но тут уж ничего не поделаешь. Хотя за это я был спокоен. Что нам могут сделать в таком укрытии да с таким оружием?

Как ушли через ход разведчики, я не заметил, занят был. Но о том, что опрометчиво решил, что тут они не нужны, пожалел довольно скоро. Может быть, если бы в нового противника мы стреляли все вместе, нам удалось бы убить его сразу, не потеряв время и удобную позицию?

Он появился в дверном проеме неожиданно и, метнувшись вперед, рубанул мечом по мне, так, что я едва успел завалиться на спину, уходя от удара… Но успел, и в незваного гостя ударили сразу несколько пуль от моих товарищей. Вот только степняка окутала светящаяся пленка, и пули застряли в ней, практически безвредно клюнув в кожаную куртку, и остались висеть в этой прозрачной защите, словно приклеенные.

Степняк лишь сбился с шага, остановившись на секунду, но это его и погубило. Полыхнув блеском искорок, в грудь врага ударил волшебный снежок, сбивая чужую магию, а следом в то же место выстрелил я, все еще лежа на спине.

— Ага! — рявкнул я и тут же пополз в сторону прямо на спине, отталкиваясь ногами, потому что, пока мы отвлеклись от дверного проема, за телегами стрелков стало больше. И некоторые из них тоже окутались подобной защитой.

— Сияющих в голову бейте! — крикнул Федя, отстранившись из-за чиркнувшей по стене стрелы. — Их с ног сбивает… Мозги встряхивать должно!

С каждой минутой инициатива в бою все плотнее переходила в руки степняков, и вскоре мы стреляли почти не целясь, на мгновение высовываясь из-за укрытий. А у противника все больше людей окутывалось подобным доспехом…

Штурм подвала был делом времени, и как я подозревал, совсем недолгого. Высунувшись для очередного выстрела, я успел заметить, как стрела одного из лучников напитывается магическими искорками и уже сверкает нестерпимо ярко…

— Ложись! — успел рявкнуть я, падая на пол, и в следующую секунду в стену словно снаряд угодил, проделав в каменной кладке огромную дыру, куда мог бы пролезть, не напрягаясь, взрослый человек.

— Держу! — рявкнул Миха, подскочив к дыре, и принялся палить во двор из револьвера, пытаясь остановить врагов. А в пару к нему встала Мора, благо на оружие она полагалась гораздо больше, чем на магию, которой владела откровенно слабо.

Некоторое время в перестрелке сохранялся паритет, но вот в стене уже сияет новая дыра, а потом еще одна… Крыша пока еще держалась, на честном слове, наверное, хотя… Думаю, что ее не обрушили на нас только потому, что степняки не хотели терять живой товар, которому из подвала некуда было деться. И будь у противника время подумать, они бы поняли, что их пленников тут уже нет, и тогда нам бы наступил полный и окончательный финиш…

— Серый! — Крик Феди послышался аккурат в тот момент, когда я перезаряжал винтовку, а я успел подставить ее под удар лишь в последний момент.

Стальная сабля степняка прорубила половину ствола из клея и наглухо застряла в чудесном материале, а я, пнув противника в колено, откатился назад и успел выстрелить из револьвера, но свое дело этот гад сделал, отвлек меня от дверного проема. И вскоре мы отстреливались уже из глубины подвала, а враги использовали стену как укрытие, засыпая нас стрелами через многочисленные проломы.

Некоторое время нас спасала темнота внутри помещения, но долго так продолжаться не могло. Я сидел за одной из колонн, подпирающих потолок, и перезаряжал револьвер, а рядом, скрючившись за какой-то грудой мусора, лежал Миха и ругался на чем свет стоит, перетягивая разодранную стрелой руку.