Там, где кончается степь (СИ) - Пинчук Алексей

Примерно на середине пути меня догнала Кайя, а после к забегу присоединился Леха, с винтовкой в руках. Хоть у кого-то хватило мозгов подстраховаться… Не от ребенка, конечно. Но места здесь были дикие, и помимо людей хищников хватало.

Мальчик каким-то чудом успел выскочить из подземелья у нас под самым носом, но споткнулся о корень и упал, пропахав руками землю. При этом лепешка вылетела у него из-за пазухи и покатилась по пыли.

Ребенок отчаянно взвыл и, вслепую отмахнувшись камнем с острой кромкой, кинулся к хлебу. А схватив добычу, развернулся к нам и оскалился, как зверек, уставший, битый, но не сдавшийся.

— Ну и куда ты один пойдешь? — спросила Кайя, которой мы доверили вести переговоры. — И зачем?

— Домой, — буркнул мальчик. — Только вы меня не отпустите, да? Продадите степнякам за траву?

— Херню не неси! — не выдержав, усмехнулся Леха и, перейдя на имперский, продолжил: — И много мы за тебя получим? Хотели бы торговать с этими козлами, никого из вас бы не отпустили. Ты почему со всеми не ушел?

— Я что, дурной, что ли? — буркнул ребенок, удивленно посмотрев на Леху. — Они по дороге пошли. Догонят и опять схватят. А мне домой надо.

— Далеко дом?

— Далеко…

— А на телеге быстрее будет? — влез я в разговор. — Умеешь телегой-то управлять?

— Не умею… — шмыгнув носом, признался малыш, но тут же поправился: — Научусь!

— Ну, тогда пошли с нами, — с ходу поняла меня Кайя. — Поможешь нам управлять одной из телег, а когда дойдем до крепости, получишь эту телегу. Пустую, конечно.

— А долго до крепости? — недоверчиво посмотрев на нас, уточнил ребенок.

— Если сейчас закончим тебя уговаривать, то к ночи будем на месте.

— Ну пошли тогда, чего стоим-то? — с непосредственностью, присущей только детям, заявил малолетка и уверенно зашагал к крепости, туда, где за нами наблюдал почти весь отряд.

Глава 15

Путь по степи проходил напряженно, несмотря на то что мы соорудили цепочку из повозок и не меньше половины из нас смогли идти рядом, внимательно осматривая окрестности. Как соорудили? Да просто привязали поводья быков к заднему борту повозок, составив их в колонну, вот и получился своеобразный автопоезд. Быкопоезд? Впрочем, как ни назови, а процессия получилась неказистая, но практичная. На себе столько всего мы таскали бы месяц, не меньше, даже при условии, что степняков при подсчете трофеев оказалось меньше, чем мы ожидали.

Скорее всего, половина отряда осталась прикрывать отход обозников с добычей, которые и попались в нашу засаду. И значит, Сашка был прав, когда не стал бежать со всей толпой по дороге. Сцапают их, как пить дать. И хорошо, если это будет как можно позже. Хотя…

— Как думаешь, беглецов уже поймали? — повторяя мои мысли, спросила Кайя, до которой тоже дошло, что трупов в крепости намного меньше, чем нам показалось в запарке боя. Ладно, признаюсь честно… Изначально мы были уверенны, что Леха просто обсчитался, до тех пор, пока Сашка не разговорился и не поведал нам о том, что вчера отряд разделился, и часть осталась, а часть повезла добычу в степь.

— Саш, а ты считать-то умеешь вообще? — задал я наводящий вопрос, благо шагал рядом с быком, на котором гордо восседал мальчуган, пытаясь управлять здоровенной скотиной.

— Меня зовут Салеш! — вместо ответа буркнул мальчик и гордо отвернулся от меня в сторону Кайи, которая шла по другой стороне от повозки.

— Понятно…

К волшебнице ребенок сразу проникся доверием и даже не возражал, когда девушка называла его переделанным именем, а вот к мужчинам относился настороженно. Впрочем, меня это не сильно волновало, поскольку мы собирались вскоре отвезти его домой, когда поедем реализовывать трофеи в империю.

Как утверждал Мороз, это была нормальная практика, и наемники часто привозили ценную добычу в прифронтовые города, закупались там же всем необходимым и отправлялись обратно на границу, чтобы, рискнув, или сложить голову в очередном бою, или снова взять трофеи. Собственно, за счет них жили некоторые купцы, везя вглубь империи сабли и доспехи, а обратно вино и еду. В основном, конечно, вино…

— А ты в школу ходишь? — продолжала расспрашивать Кайя, не спеша шагая рядом с мальчиком.

— Так мне рано еще! — удивился Сашка. — У меня еще три года свободы есть!

— Почему свободы? — возмутилась Кайя и, решив внушить ребенку полезные мысли, продолжила: — Учиться полезно, без этого сложно… Я вот не доучилась, приходится теперь самой как-то до всего доходить, годами…

— Ты сбежала? — восторженно воскликнул Сашка, всем корпусом повернувшись к девушке, и чуть не сверзился при этом с быка. — Здорово! Я тоже сбегу, обязательно!

— Так, подожди! — Кайя вскинула ладонь, останавливая восторги ребенка, и уточнила: — Я не сбегала. Просто мне пришлось идти… Помогать семье, в общем.

— А… так ты же в обычной школе была… — явно разочаровано протянул мальчик и, поморщившись, отвернулся обратно. — Тогда другое дело. Нас в такую не возьмут, некому платить, а сами мы столько не укр… не заработаем.

— Подожди, то, что за школу нужно платить, я знаю, — влез в разговор я. — А если нет денег, тогда что меняется? Условия другие?

— Тогда нас ловят и отправляют в особую школу, где мы живем, пока это все не закончится, — нахмурился юный имперец. — А закончив школу, работаем, пока не погасим долг. Это даже не школа, это тюрьма для бедняков. Или для тех, кому негде жить, как мы…

Кивнув, я замолчал, обдумывая услышанное. То, что мальчишка сирота, было понятно по его оговоркам, про родителей он не сказал ни слова. А вот то, что таких детей изолируют, было новостью.

Некоторое время я шагал молча, слушая разговор ребенка и волшебницы, которая потихоньку вытягивала из Сашки подробности их жизни и чем дальше, тем больше хмурилась. Неудивительно в общем-то. Даже изгоям на островах жилось веселее, если уж на то пошло.

Как оказалось, никаких приютов для сирот в империи не было, ну или их не было в приграничных городах. Вместо этого дети жили сами по себе, как могли, и если доживали до десяти лет, то уже тогда за них брались чиновники, как за ресурс, который в будущем мог принести пользу. Удивительно циничный подход, если честно. Дожил до определенного возраста — пригодишься, иди сюда, сейчас мы тебя используем. Родился в неблагополучной семье и не дожил? Ну, бывает…

Когда напали степняки, беспризорники были в деревне, на заработках. Трудились в поле, выпалывая сорняки в обмен на еду и ночлег на сеновале. Лето вообще было для малолетних бродяг золотым временем, можно было не заботиться ни о чем, отъедаться впрок и даже немного скопить еды на осень. А если сильно повезет, то и раздобыть в соседней деревне что-то из одежды. Там, где работали и жили, сироты не воровали никогда, за это могли убить, причем не те, у кого украли, а свои же товарищи.

— Почему? — удивилась Кайя. — Убить за старую одежду?

— Потому, что больше в эту деревню нас не пустят, — неожиданно по-взрослому пояснил мальчик. — И придется искать новую. И чужих не везде примут. Берут обычно тех, кого уже знают…

— Внимание! — голос Мороза прервал разговор. — Посматриваем назад, не расслабляемся!

Подхватив с телеги винтовку Кайи, завернутую в ткань, я остановился и, дождавшись, пока Мороз догонит, уточнил, что случилось.

— Орел упал, — хмуро пояснил разведчик, указав рукой туда, откуда мы пришли. — Где-то над крепостью. И обратно не взлетел.

— Может, поймал кого и жрет теперь? — сам не веря в это, спросил я.

— Может…

Когда-то я думал, что степь ровная, как стол, как то же море, только волны гуляют по траве. Но реальность оказалась совсем другой. Были здесь и холмы, и овраги, да и предгорье давало о себе знать. С гор и так стекали ручьи, постепенно прорезая почву извилистыми балками, а уж по весне они и вовсе превращались в быстрые речушки, годами меняя ландшафт… К чему я это? А к тому, что погоню, если она была, мы увидеть не могли никак. Но и шли медленно, обходя неудобные места или выбирая, где переправляться через балки.