Иви этого ждала, мечтала об этом, но все равно от неожиданности с губ срывался жалобный стон. Голова закружилась, вокруг вдруг затрещал и вспыхнул огонь, да не искры, а стена пламени!
Маркус скинул ее с колен, схватил ведро воды (и откуда только он здесь!) и выплеснул его на стол. Девушка потерянно сжалась в комочек на полу.
- Мда, - пробормотал некромант, встряхивая опаленные мокрые бумаги. - Неувязочка. Что же нам с тобой теперь делать, свет моего сердца?
- Тьма, - подняла на него огромные испуганные глаза Иванна. - Называй меня тьмой своего сердца...
- Какая же ты тьма? - прошептал Маркус, поднимая ее с пола. - Ты мой свет. Я как мотылек к тебе лечу. Знаю, что обжигаешь, а лечу.
- Обжигаю, - грустно кивнула девушка. - Еще как обжигаю. Опять все испортила.
- Глупости, - ответил он. - Если не боишься - пойдем и продолжим.
- Мне кажется, это ты должен бояться, - обиженно буркнула Иванна.
- Пойдёшь?
- Да.
Глава 16. Подземелье
Маркус прикрыл глаза на мгновение, задерживая дыхание, чтобы успокоиться. Он надеялся на такой ответ и в то же время волновался, как мальчишка. Не рассчитывая на ее согласие, он все же подготовил безопасное гнездышко для них. Только он не собирался вести ее туда, пока не прибудет вызванный им лекарь из Катая. Мало ли как повлияет на его хрупкую жену даже незавершенная близость?
Но ее эмоции буквально били его в грудь, нет - в пах. Ни капли страха, только вязкий шлейф желания, которое затягивает его самого. Он не хотел терпеть и ждать. Он будет очень аккуратен. Постарается не увлекаться сам, только ей сделать хорошо.
За последнюю неделю он даже решился на вылазку из дворца - на этот раз тайно, секретным ходом, переодевшись в слугу. Даже Карлу он бы в этом не сознался. Скрывая лицо за маской, сутулясь и пряча фигуру, он пришел в лучший бордель города и имел весьма увлекательную беседу с хозяйкой сего заведения и приобрел несколько интересных вещей. Не слугу же посылать за этим, в самом деле?
Живя в королевском дворце Франкии, даже девственник может оказаться куда более теоретически подкованным, чем степенный женатый галлиец, к примеру. Здесь в ходу самые разные трактаты, мемуары, зарисовки... и, конечно, легко можно увидеть, так сказать, натуральный процесс. Раньше некроманта эта сторона жизни интересовала мало. Он ощущал себя как больной желудком на роскошном пиру: и хочется, и колется, и от того выработал в себе равнодушие к разврату. Теперь он об этом жалел и скрупулезно изучал все найденные в библиотеке учебные пособия. Вместо того, чтобы вникать в государственные дела, разумеется. Как с этими виноградниками - ответ же был так прост! Если бы он думал о деле вместо того, чтобы представлять, как укладывает жену на ложе в своем тайном подвале, то сам бы легко догадался, в чем проблема.
- Зажги фонари, - попросил он жену, спускаясь по узкой лестнице в лабораторию в подвале башни. - Я обычно с факелом хожу. Маг-светильники на меня не реагируют.
- Зачем мы туда идем? - нервно спросила Иванна, послушно питая энергией светильники на потолке.
- Там нечему гореть, - просто ответил Маркус.
От этого заявления девушка даже споткнулась и непременно упала бы с крутых ступенек, если бы шла впереди. Но сейчас супруг поймал ее, прижал к себе и быстро поцеловал в губы, нагло запуская руки в разорванный вырез сорочки. Следовало предложить ей халат, но он нарочно этого не сделал. Слишком уж она была желанна такая, растрепанная и немного испуганная. Теперь она боялась. Он это ощущал. Но страх был другой, не удушающий, а скорее, щекочущий между лопатками и мурашками бегущий по позвоночнику.
Толкнул тяжелую дверь, бормоча нехитрое отпирающее заклятье, шагнул в кромешную тьму.
- Здесь светильников нет, - предупредил он. - Вообще ничего нет. Только камень. А подушки и покрывало пропитано специальным составом. Гореть не должно.
Иви благоразумно промолчала о том, что камни тоже горят, правда, при очень сильном пламени. Она шагнула к небрежному ложе, устроенному прямо на полу, и растерянно обернулась на некроманта.
- Одно твое слово, и я остановлюсь, - спокойно произнес он.
В ответ Иванна совершила самый смелый поступок в своей жизни: легким движением руки она спустила с плеч сорочку и позволила ей стечь с тела, будто воде. Маркус захлопнул дверь. Стало не просто темно, а абсолютно темно. Отчего-то Иванне не было страшно, а некромант и вовсе чувствовал себя в своей стихии. Сбрасывая халат и белье, он шагнул туда, где слышалось сбивчивое взволнованное дыхание, столкнувшись с ней на пол пути. Они буквально набросились друг на друга. В голове у Иванны всплывали все те бесстыжие картины, которые она увидела по воле фрейлин. Она хотела немедленно попробовать всё, даже то, что сперва казалось ей неестественным и противным. А Маркуса просто сносило от "запаха" ее эмоций. Он подхватывал ее у укладывал на ложе, изучая ее тело руками и губами. Все его планы и намерения куда-то улетучились. Какое там медленное соблазнение, какие неторопливые ласки?
Он сходил от нее с ума, просто сходил с ума, и всё. Иначе подобное безумие Маркус объяснить не мог. Зарывался пальцами в ее волосы, целовал пухлые нежные губы, вздрагивал от ее рук, то блуждающих по его спине, то сжимающих его зад с такой силой, что там наверняка останутся следы от ногтей. Языки пламени хаотично вспыхивали со всех сторон, разгоняя тьму, а Иви льнула к нему всем телом и вздыхала так сладко, что ему казалось - это не огонь пульсирует вокруг, а он сам горит. Во всяком случае, низ живота просто пылал.
- Возьми меня, - жарко шептала ему в ухо жена.
- Сама же знаешь, что нельзя.
Он, наверное, знал, что так и будет, знал с самого начала, но все равно затеял эту глупую игру, в которой проигравшим был он сам. Он до одури хотел раздвинуть ее колени и ворваться в нее, одним движением наполнив до упора, но знал, что не может себе этого позволить, только не с ней. А вот заставить ее стонать он сможет, и потому, отстраняясь, он дрожащими руками прижимал ее к постели и скользил губами по ее телу.
Иванна могла только выгибаться, не то пытаясь ускользнуть от его горячего рта, не то подставляя под лихорадочные поцелуи грудь и живот. Его пальцы гладили мокрые складки, проникали в лоно, ласкали клитор, вышибая искры, но ей хотелось большего. Ей нужен был он весь без остатка. Иви отчаянно пыталась сдерживать пламя, едва не плача. Она ощущала, что еще немного - и начнут трескаться даже камни, и хотела сбежать, прекратить это сладкое безумие, но все равно тянула его на себя и просила:
- Поцелуй меня.
Он послушно целовал ее глубоко и жадно и, не в силах противиться искушению, позволял члену скользнуть по горячей ложбинке. Это было больше, чем он должен был допустить, и этого было мало обоим.
Иванна забрасывала ноги ему на талию, вскидывала бедра, умоляя:
- Маркус, пожалуйста! Возьми меня!
- Нельзя, - отчаянно стонал он в ее губы. - Я просто сожру тебя сейчас. Подожди, я помогу тебе...
- Немедленно, - шипела ему в ухо супруга, дергая за волосы. - Во мне столько огня, что в тебя не поместится. Если ты не сделаешь этого сейчас, я клянусь - заведу любовника! Двух! Трех! И заставлю тебя смотреть. И никогда больше не позволю! Ну же, ты, трус! Или ты не мужчина?
- Ты сама напросилась, - зарычал мужчина. - Сумасшедшая женщина...
Тьма застилала его глаза, гнев и отчаянная жажда затуманили его разум окончательно. Резким движением он толкнулся в ее лоно, наполняя, замер на миг, впитывая чистый огонь, а потом, не выдерживая, подхватывал ее под ягодицы и двигался стремительно и резко. Иванна уже стонала в голос, подтягивая выше колени и двигаясь навстречу его телу. Огонь внутри она сдерживать больше не могла, он, гудя, вырывался из нее будто толчками, но вокруг почему-то ничего не горело и не плавилось. Огненная спираль внутри нее наконец-то распрямилась, наполняя тело чистым наслаждением, а Маркус, наполненный энергией и захваченный врасплох ее волнами, неожиданно для себя вздрагивал и едва успевал выйти и излиться на ее живот с глухим стоном.
