- Я могу ее забрать? - поинтересовался Раиль.
- А зачем она тебе? - удивился дознаватель.
- Яд.
- Сначала я почитаю, что это за зверюшка, - заявил Карл. - Потом забирай, конечно. Она ведь больше не оживет?
- Нет, - хмуро ответил Маркус. - Но заберу ее я. Тоже кое-что проверю. В очередь, господа. Раиль, ты молодец.
- Ага, - не стал спорить степняк. - Эх, сколько мяса! В Катае этой змейкой можно было бы накормить большую семью!
- Не советую, там трупный яд.
- Да? Ну ладно, вам виднее.
Дальнейшие раскопки прошли без происшествий. Спустя некоторое время лопаты одновременно ударились о дерево. Дальше разрывали землю руками, потом вытаскивали гроб. Карл ловко поддел и выломал его крышку лопатой, а Раиль с любопытством заглянул внутрь. Тело выглядело очень прилично.
- Забальзамировали, - разочарованно протянул он. - Ну кто так делает! Вся клиническая картина смазана! Так отчего его величество почил, согласно официальной версии?
- Мозговой удар.
- Хм, да. Я согласен. Был бы свет, можно было бы вскрытие черепной коробки произвести. Но все равно ни беса не видно. Но по первичным признакам это именно удар... ассиметрия лица, ага. Я возьму образцы тканей, если вы не возражаете.
Маркус и Карл завороженно наблюдали за работой профессионала. Молодой лекарь ловко и красиво орудовал скальпелем, серебряно блестевшим в свете луны, доставал какие-то пузырьки, что-то туда укладывал, брызгал, смазывал, резал и снова укладывал.
- А где сердце? - внезапно с недоумением спросил он.
- Его извлекли при бальзамировании, - пояснил некромант.
- И уничтожили?
- Нет, зачем? поместили в статую.
- Так что вы мне голову морочите? - рассердился Раиль. - Все необходимые анализы я мог сделать, не выкапывая тела! Нет, вы как хотите, а я вскрываю череп тогда. Зря что ли копали?
- А успеешь?
- Успею. Никто не против, если я мозг заберу? Потом в лаборатории погляжу.
- Я думаю, покойнику уже все равно, - кивнул некромант. - Только поторопись.
- А теперь представь себе, что тебя отследят, потом выкопают тело и обнаружат, что ты украл мозг покойного короля, - прошептал Карл. - Тебя ведь сожгут, Маркус. И нас с Раилем рядом с тобой.
- Ясно, - вздохнул целитель. - Мозг оставляем. Но я погляжу.
Он копался довольно долго, вглядывался, пальцами щупал... От такой картины даже некромант морщился и отворачивался. Карл Рюссоле зажигал спички, позволяя лекарю хоть что-то рассмотреть.
- Я все понял, - наконец, заявил Раиль. - Можно уходить. Давайте его обратно уложим.
- Нас все равно сожгут, - безнадежно прошептал бледно-зеленый Рюссоле.
- Ну извините, - раздраженно ответил целитель. - Я с живой материей работаю. Мертвые ткани мне не срастить.
- А с условно живой? - полюбопытствовал Маркус.
- Попробовать можно.
Некромант осторожно влил немного энергии в тело, но Раиль сразу зашипел:
- Вот что ты делаешь? Зачем в грудь-то? В голову давай!
- Я ни разу так не делал. Но попробую.
Неожиданно их совместная работа принесла неплохие плоды. Наполненная энергией плоть вела себя практически как живая, и целителю удалось укрепить в нескольких местах кость и срастить кожные покровы. Король стал выглядеть практически целым - насколько можно быть целым с разрезом для бальзамирования в животе и грудной клетке. В шесть рук покойного упаковали обратно в парадный костюм, красиво уложили и закрыли гроб. Дело было сделано.
- Если нас не сожгут, то вы двое можете сделать прекрасную карьеру в похоронном деле, -пробормотал Карл устало. - Будете покойников в приличный вид приводить.
Раиль только плечами пожал. На него вдруг навалилась какая-то апатия.
- Мне надо выпить, - заявил он.
- И мне, - ответил король.
- И мне, - согласился дознаватель.
Глава 25. Роковая ошибка прошлого
Изучать дневник Бертильды юной королеве пришлось в одиночестве, муж ее сбежал по каким-то своим темным делишкам. Только поцеловал ее на ночь и ушел. Иви не переживала. Маркусу она доверяла. Если произойдет что-то, о чем ей нужно знать, скрывать он от жены ничего не будет. Было любопытно. Покойную Паучиху Иванна знала плохо, особо не любила и оттого не испытывала никакого стыда оттого, что будет читать такую личную вещь. Пожалуй, она бы и письма почитала. Жаль, что Маркус их уничтожил. Впрочем, поначалу дневник ее разочаровал: кроме описания нарядов и некоторых мужчин, которые ухаживали за ней в юности, там не было ничего. Очевидно, какие-то политические ситуации или пикантные подробности Бертильда бумаге не доверяла.
Читать чужие записи, без сомнения, неприлично. Но Иванна была уверена, что на ее месте любая бы сунула нос в такую любопытную тетрадку. Особенно ее заинтересовал период, когда при дворе служил (или, как метко выразилась Бертильда) прожигал жизнь Антуан ди Моро, предок Маркуса.
***
Он мне не понравился с первого взгляда: черный, длинный, какой-то вечно всем недовольный. Его ненавидят и боятся. Ди Моро ядовитее змеи. Одним острым словом он может поставить на место даже и самого короля. Мой дражайший супруг отчего-то любит этого мерзавца; он для него навроде шута. Ди Моро явно тяготит эта роль, он недоволен, но его положение таково, что он полностью зависит от милости его величества.
И все же от взгляда этого человека меня бросает в дрожь.
***
Ди Моро был в опере с нами. Стоял за стулом его величества. Я всё представление чувствовала его взгляд на своей шее. Спросила после: «Как вам певица? Не правда ли, ее наряд чересчур вызывающ?» Он рассеянно согласился со мной, а я торжествую. Главной героиней оперы была монахиня.
***
Антуан нагл и беспринципен. Сегодня он поймал меня в коридоре и поцеловал в губы. Грубо. Больно. Почти укусил. Я вырвалась и дала ему пощечину. Убежала. Он за мной не погнался. Жаль.
Ди Моро напоказ ухаживает за Вильгельминой. Ну-ну. Вряд ли ему что-то светит. Дочь короля, сестру королевы Галлии - за нищего герцога? Вилль смешная юная девочка - она ему совсем не пара.
Меня он демонстративно игнорирует, а я только усмехаюсь. Пару раз я ловила на себе его злые взгляды. Пожалуй, надо брать ситуацию в свои руки. Словно невзначай упоминаю о головной боли и бессоннице. Я спасаюсь ночными прогулками возле грота.
***
У меня синяки на бедрах и засосы на шее. Бесов ди Моро буквально изнасиловал меня. Он не позволил мне даже закричать. Как будто я собиралась это делать! Разве что от удовольствия... Зажал рот, порвал платье, распластал по стене... Было больно, но очень хорошо. Наверное, я никогда в жизни не плакала от удовольствия.
Боюсь теперь только одного - что потеряет ко мне интерес.
Он написал письмо! От такого письма любая нормальная женщина должна бежать, прятаться... А я предвкушаю и запудриваю шею. Неужели он действительно придет в беседку? Меня всю трясет, я роняю предметы. Я отвечаю невпопад. Мой муж смеется надо мной, пытаясь угадать, кто же у меня любовник. Я не отвечаю ему - боюсь, что он разгневается на Антуана. Пусть лучше думает, что это кто-то из безобидных мальчишек, которые вечно крутятся вокруг меня.
***
Демоны и преисподняя! Я схожу с ума. Я зависима. Зависима от сладкой боли, от его хлыста, от этого черного безумия. Я не могу дождаться ночи. Я никогда не знаю, придет он или нет. Он оставляет знаки. Черная роза. Черный шелковый платок. Клубок веревки. И каждый раз сердце колотится как сумасшедшее. Он завязывает мне глаза, стягивает веревками мое тело, прижигает воском от свечи. А я покорно всё принимаю... и кричу от удовольствия.
Я в отчаянии и ужасе. Тан не должно было случится. Я принимала эти чертовы пилюли каждый лунный цикл! Я не могу, не могу, не могу быть беременной! Боги, это катастрофа. Муж меня убьет! Антуан... к счастью, у него в замке весенняя страда. Он не знает.
Я бы и само не поняла, если бы не эта изнуряющая слабость. Я едва стою на ногах, обливаюсь потом, дважды теряла сознание. Целитель меня просто огорошил: я ношу
