— Избранником первого ранга? — я нахмурился. Не нравилось мне, как прозвучало это слово.
Стража принцессы опустила оружие и перестала держать меня в окружении, а Руна тут же рванула ко мне, чуть ли не сшибая их с ног. Она запрыгнула на меня и нежно поцеловала под сердитое урчание Кшеры, которая из-за солдат никак не могла нам помешать.
— Это значит, — начала объяснять Руна, разорвав поцелуй. — что ты теперь мой наложник, — и довольно ухмыльнулась.
— Наложник? В смысле… любовник?
— Да. Официальный. А первый ранг значить, что ты можешь зачать мне ребенка, но лишь первенец может участвовать в порядке престолонаследия.
Я нервно сглотнул.
Кажется, я случайно влез туда, куда не следовало. Но, с другой стороны, отступил бы так легко Артур, если бы не Руна, вставшая на мою защиту и не начавшая ему угрожать? Сложный вопрос… Возможно и хорошо, что теперь я «наложник» драккаской принцессы. Это ведь дает мне какое-никакое влияние? Кхм…
Вздохнув, я поставил Руну на землю, а то Кшера гневным взглядом во мне дыру прожжет.
— Принцесса Руна нам многое рассказала, но я бы хотел услышать подробнее о том, с чем вы тут столкнулись, — обратился ко мне Белвар. — Её рассказ был слишком сбивчивым и быстрым.
Я хотел спросить, когда это она успела, а потом вспомнил, что Руна довольно долго разговаривала с Улаттэ на языке драккасов. Скорее всего, тогда она и рассказала о том, что тут происходило, в меру своих сил, разумеется.
А вот к рогу драккасы не проявили вообще никакого интереса. Думаю, все потому, что они ещё не сталкивались со Скверной. Как бы то ни было, никто не возражал чтобы я продолжил путь до Нруйарсу.
Глава 19. Учитель и ученицы
Как не удивительно, но с нашего исчезновения для остальных прошло всего несколько часов, и нас даже не успели толком хватиться. И думаю, это хорошая новость. Не уверен, что из-за нашей компании стали бы проводить полноценную поисковую операцию. Разумеется, жизнь принцессы важна, но миссия драккасов превыше всего. Ранее, ещё до того, как Сеня починил поезд, Белвар обмолвился, что даже если бы пострадала Улаттэ, войска продолжили бы свой путь. Так что я не сомневаюсь, что после того, как путь был бы расчищен, монорельс поехал бы дальше, оставляя нас на произвол судьбы.
А расчистка тем временем шла полным ходом, но все ещё сложно сказать, получится ли освободить пути или все же придется идти по поверхности, пытаясь наугад найти вход в Нруйарсу.
Во внутреннем коллективе отношения к моим изменениям были двоякими. Драккасам вообще не было никакого дела до того, что у меня ни с того ни с сего из головы вырос кристаллический рог, а вот мои земляки, прекрасно осведомленные, что собой представляет Скверна, не скрывали своей враждебности. Для них я был бомбой замедленного действия, которая в любой момент может рвануть.
Забавно, что сам про себя я такого сказать не мог. Чувствовал себя совершенно прекрасно, не испытывая никакого дискомфорта. Разумом я понимал, что об этом стоит беспокоится, что произошедшее далеко не нормально и может привести к самым трагическим последствиям, но вот сердце почему-то было спокойно, принимая трансформацию как данность.
Куда больше меня беспокоил новообразованный гарем, чем физиологические проблемы. Руна официально стала моей женщиной, хотя, точнее сказать, это я стал её мужчиной, ведь по законам драккасов у принцессы может быть сотня таких как я. Если драккаске захочется, то она в любой момент может добавить новых любовников в свой гарем. Но пока что я был у неё первым, и она уже горела желанием объездить свое приобретение, только обстановка была не самой лучшей. Руна то и дело норовила осыпать меня крайне жаркими и многообещающими поцелуями.
Кшере же все это очень не нравилось, но вовсе не по той причине, по какой может показаться. Для малуров полигамные отношения – норма. У малурских самцов всегда было много самок. Шантра постоянно напоминает мне, что стоит присмотреть ещё нескольких, время от времени предлагая разные кандидатуры. Кшера опасалась вовсе не того, что рядом со мной появится новая женщина, а того, что я брошу прайд и вернусь в свой мир или отправлюсь вместе с драккасами, когда все кончится. И даже бесконечные убеждения в том, что этого не случится, не помогали.
Единственным светлым пятном во всей этой ситуации стали отношения Кшеры и руны. Они вроде как начали пытаться находить общий язык, а не цапаться и перетягивать меня словно вещь.
А еще мои мысли занимал Тар. Пришелец после схватки с ядром проклятия пропал и больше не показывался, но чувство, что мы с ним ещё встретимся, не покидало меня. Мне кажется, он тоже направляется в Нруйарсу. Будем ли мы союзниками во время следующей встречи?
— Пробили! — послышался радостный возглас Сени, выглядывающего из кабины монорельса. Со стороны работающих драккасов тоже были слышны радостные возгласы.
Это было очень приятным известием. В общей сложности завал тянулся примерно на два десятка метров, учитывая работоспособность драккасов, работы закончатся за день-другой. Рогатые уже принялись расширять небольшой пролом, предварительно послав дальше по путям разведчика.
— Барон, мы могли бы поговорить? — обратился ко мне Белвер, когда я в сопровождении спутниц отправился посмотреть прорытый проход. Краем глаза я заметил подошедшего Артура, который решил запустить в проход дрона.
— Да, конечно, — не стал возражать я. Кшера и Руна пока были увлечены проходом, так что мы с Хранителем Знаний отошли, оставшись для них незамеченными.
— Не могли бы вы пересказать мне все ещё раз относительно того, что приключилось в этом древнем городе. В частности, меня интересуют ритуалы, которые там проводились. Мы часто имеем дело с талурами в Белом Пределе, но ни с чем подобным никогда раньше не сталкивались. Я хочу задокументировать как можно больше.
— Конечно, — отказывать Хранителю Знаний я не видел смысла, ведь как я понял, без указаний Тара мы бы вряд ли выбрались. Вполне возможно, в будущем эти знания смогут сохранить жизнь ещё кому-нибудь.
Он пригласил меня за один из простеньких столов, после чего разложил бумаги и стал записывать мои слова, а также делать рисунки по моим описаниям. Я рассказал про каждую встреченную нежить и как с ней бороться, а он все записывал и записывал, время от времени поглядывая на костяную гончую, крутящуюся у моих ног.
Это, к слову, удивительно, что некротическое создание пережило разрушение проклятия и теперь непрестанно следовало за мной, как и полагается верному псу. Окружающие, разумеется, с опаской косились на него, но уничтожать зверя я пока не собирался.
— Каким образом вы её контролируете? — поинтересовался хранитель, параллельно делая записи.
— Мысленно. Мне даже не нужно озвучивать команды вслух.
— Значит, между вами существует тесная связь… поразительно…
Все это длилось долго, не один час, и под конец я откровенно устал, а вот Хранитель напротив только расходился. Даже начали сыпаться вопросы про моих земляков: откуда мы пришли, о нашем мире и культуре, но тут я был вынужден его остановить. Не уверен, что следует обо всем этом рассказывать, и в итоге отослал его с этим делом к своему «лидеру». Пусть Артур отдувается за это.
Также старого драккаса интересовали мои магические способности как таковые. Судя по тому, что он сам говорил, магия среди их племени очень редка и является уделом королевской крови. К примеру, у Руны была предрасположенность к этому, Улаттэ могла управлять силой, но из-за редкости такого дара, мало кто мог учить их такому. Фактически драккасам приходилось изучать свои возможности самостоятельно, без учителей.
— На самом деле именно поэтому я и хотел с вами поговорить, — он бросил взгляд на Руну, которая самолично хотела пролезть в проход, а солдаты пытались её отговорить. Но к месту уже шла Улаттэ, так что скоро младшей принцессе влетит.— Вы делаете большие успехи в этом деле, и я бы хотел, чтобы вы попробовали обучить принцесс.
