Камелот считался одним из красивейших городов Федерации, но Илана всё чаще ловила себя на том, что он утомляет её своей помпезностью и навязчивой стилизацией под средневековье. В Германаре тоже любили стиль средневековой Европы, но у тамошних архитекторов было чувство меры. По сравнению с изящным королевским дворцом Гаммеля замок авалонского монарха являл собой образец архитектурного излишества – сплошное нагромождение башен, башенок, колонн и балюстрад. Внутри всё ломилось от роскоши. У большинства она вызывала восторг, который Илана не разделяла.
– Слишком много позолоты, пестроты и всяких финтифлюшек, – сказала она Люси на одном из приёмов, куда была приглашена вся труппа Гейла. – Либо дизайнерам не хватило вкуса, либо они были вынуждены потворствовать вкусам заказчиков.
– Художникам часто приходится потворствовать вкусам тех, кто им платит, – пожала плечами Люси.
– Вот именно, – подключился к разговору принц Артур, долговязый юнец с бледной, вечно недовольной физиономией. Знай Илана, что он где-то рядом, она бы говорила потише. – Потому ваш маэстро и ставит спектакль о каких-то там снежных магах. Это личная просьба вашей покровительницы – мадам де Персан. Да и моя матушка заинтересовалась этим проектом. Так что если хорошо спляшете, не пожалеете.
– Люди обычно не жалеют, когда им что-то удаётся, – холодно сказала Илана.
– Ну да, – ухмыльнулся принц. – Ведь за это обычно хорошо платят.
– Лично я ни за какую плату не стану делать то, что мне не нравится.
– Даже откажешься от главной роли?
– Причин отказываться от интересной роли у меня нет. Я просто сказала, что ни за какие деньги не буду делать то, что мне неприятно.
– Да, я уже заметил, что ты особенная, Линда Сноу. И откуда хоть ты такая взялась? Такое впечатление, что ты действительно выросла в каком-то ледяном дворце, потому тебе и не нравятся дворцы, построенные людьми. У тебя и правда голубая кровь? Знаешь, мой друг Тео был бы не прочь лично в этом убедиться. Есть довольно приятный способ пустить юной деве кровь. Говорят, у тебя ещё не было любовников…
– А тебе ещё, кажется, не объяснили, в чём разница между достойным поведением и хамским. Я могу объяснить тебе это прямо сейчас.
Принц невольно попятился, когда Илана двинулась к нему. От ярости её красивое тонкое лицо светилось нежной голубизной, а огромные глаза напоминали снеговые тучи. Возле Артура тут же появились, словно материализовавшись из воздуха, двое хорошо накачанных парней, а испуганная Люси схватила подругу за руку.
– Я слышала, что сэра Артура уже посвятили в рыцари, – язвительно сказала Илана. – Странные какие-то на Авалоне рыцари. Их даже от девчонок телохранители защищают.
– Да считай, что это они тебя от неприятностей хотят избавить, – криво усмехнулся покрасневший принц.
– Очень любезно с вашей стороны, – с улыбкой обратилась Илана к телохранителям. – Но я не хочу, чтобы вы избавляли меня от неприятностей. Не могли бы вы оставить меня с его высочеством с глазу на глаз?
Двое молодчиков переглянулись, потом дружно, как по команде, уставились на принца.
– Что здесь происходит?
Увидев короля и королеву, телохранители склонились в низком поклоне, а Люси сделала реверанс. Илана же была так сердита, что не сразу вспомнила о правилах этикета. Впрочем, когда вспомнила, всё равно не стала приседать. У неё не было ни малейшего желания выражать почтение тем, кто не удосужился как следует воспитать своего единственного сына.
Король и королева сегодня напоминали манекенов в витрине магазина «Сказочный мир». Артур XXI и его супруга просто обожали наряды в средневековом стиле – в отличие от своего сынка, который предпочитал одеваться у модного сейчас кутюрье Жоржа Велимьена, создавшего направление таймлесс. В переводе со староанглийского это означало «вневременной».
– Да так, небольшое недоразумение, – ответил принц. – Актёры – народ впечатлительный и слишком близко всё принимают к сердцу. Даже невинные шутки.
– Мне показалось, что тут пахнет дракой, – недовольно заметила королева. – Что произошло, Герберт? – повернулась она к одному из телохранителей.
– Ваше величество, драку затевала эта юная особа, – кивнул тот в сторону Иланы. – А вот почему, мне неизвестно.
– Я не знаю, какие шутки считаются на Авалоне невинными, – сказала Илана. – Я ещё недостаточно изучила здешние нравы. Но шутка принца Артура мне не понравилась, и я хотела подоходчивей объяснить ему, что терпеть подобные шутки я не намерена.
– Ну, я надеюсь, Арти это уже понял, – промолвил король. – Сынок, изволь быть с гостями повежливей. Тем более с дамами.
– И к тому же восходящими звёздами, – добавил он, улыбнувшись Илане.
Королева тоже улыбнулась девочкам, но взгляд у неё был холодный.
– Мы ей не понравились, – констатировала Люси. – Главным образом ты.
– Это чем-то грозит нашему театру?
– Не думаю. Скорее тебе. Королева Аделина обожает своего сыночка, и что бы он ни выкинул, возьмёт его под своё крыло, – Люси вздохнула, по-видимому, вспомнив мать и старшего брата. – А принц теперь тебя ненавидит. Лучше бы тебе с ним больше не сталкиваться.
– В гробу я его видала. Да и где нам с ним особенно-то сталкиваться?
Однако следующее столкновение произошло уже пару дней спустя. Почти вся труппа Гейла обожала проводить время в Каледонском Лесу – так назывался развлекательный комплекс, находившийся недалеко от королевского дворца. Люси не переставала удивляться, почему её подруга всем аттракционам предпочитает «Рыцарский турнир». Это была любимая забава представителей сильного пола. Девушки в состязаниях участвовали редко – уже хотя бы потому, что трудно было найти партнёршу для поединка. Парни упорно отказывались сражаться с девчонками. Даже безопасным оружием.
Илана эту проблему решила просто. Узкие бёдра и плохо развитая грудь позволяли ей переодеваться в мальчишку. Ни игроки, ни служащие аттракциона подвоха не замечали. Она были физически сильней любого своего ровесника и очень скоро, научившись хорошо фехтовать, стала искать противников среди парней постарше.
Питер Гейл об этом маскараде ничего не знал. Он не одобрял опасные забавы и постоянно напоминал своим питомцам, что танцор должен беречь свой рабочий инструмент – тело. Поэтому юные артисты старались не афишировать свои походы в Каледонский Лес.
– Если старик узнает об этих рыцарских игрищах, он вам устроит, – посулила как-то раз Алия Фаттам. – А уж если ему кто-нибудь скажет, что этой дикостью увлекается его сильфи-и-да…
– А уж если ему кто-нибудь скажет, что Алия увлекается моро-о-женым, – в тон ей пропела Люси. – По три-четыре порции в день съедает. Да ещё с кремом, шоколадом и орехами! А потом у её партнёра спина болит…
– У Дика там просто мышца растянута, – насупилась Алия.
– Хорошо ты её припугнула! – смеялась потом Илана. – И правильно сделала. Пусть и дальше ест мороженое, только держит язык за зубами.
– Если честно, я тоже не понимаю, зачем тебе эти драки. Оружие, конечно, безопасное, но несчастные случаи всё равно бывают… Знаю, раны у тебя заживают быстро, но боль ты, по-моему, чувствуешь так же, как и все. Пошли лучше в павильон виртуальных игр. Там тоже есть турниры и всякие бои…
– Виртуальные бои – забава для трусов.
– Точно, – вздохнув, согласилась Люси. – Для таких, как я. Ты совсем другая. Может, иланские женщины были воительницами?
– Насколько я поняла из разговора с ютом Лоффи, они вели примерно такой же образ жизни, что и мужчины. И воевали, наверное… Хотя, среди истинных потомков Адама и Евы тоже были племена, где из женщин не делали покорных куриц. В Священном писании лебронцев есть легенда о деве Анне, которой ангел подарил чудесный меч…
– А-а, знаю. У нас на Трионе продаются сборники легенд всех рас, народов и конфессий. Сказание о деве Анне и ангеле с мечом – одно из моих любимых. Сегодня ты опять собралась размахивать мечом на турнирной площадке?
