– Тьен, Тьен, Тьен, – выдохнула ему в губы Софи, сдергивая повязку с глаз. Взгляд у нее был совершенно пьяный.
***
Софи лежала на животе, не в силах пошевелиться. Бесовы оборотни – какие они ненасытные! Знала бы, что он такой голодный – пришла бы раньше.
Мужчина лениво водил пальцами по ее спине, рисуя ему лишь одному понятные узоры.
– И давно ты догадалась? – полюбопытствовал он.
– Что ты не тот брат? Ну Тьен… Макс водник, ты воздушник. Все очевидно.
– То есть первый раз в мастерских…
– Я была так напугана… А ты был так настойчив… давай честно, мне там вообще было без разницы, кто. Хотя, наверное, в незнакомого мужчину я б пальнула.
– Совсе без разницы? – в голосе Тьена нет осуждения, только интерес.
– Тье-е-ен, – ей ужасно нравилось тянуть его имя, пока она раздумывала над правильным ответом. – Прости, я… Демоны, мне нужно сдать статью завтра!
Она вскочила, в панике хватаясь то за блузку, то за юбку.
– Где мой блокнот? Ох, я обещала Дэну, что приду пораньше. Что я за мать такая?
– Успокойся! – прикрикнул на нее Тьен. – Сейчас всё решим. Вон твой блокнот, в прихожей. Я тебя отвезу домой. Хотя нет, тебе же писать нужно. Одевайся и пиши. Можешь, конечно, раздетой, но тогда я за себя не ручаюсь. Чем я могу тебе помочь?
– Кофе… – простонала Софи, натягивая бельё. – Демоны, ты порвал мне панталоны!
– Я нечаянно! Какой тебе кофе? Я сварю.
– Чёрный со сливками, много, много кофе.
– Слушаюсь, миледи.
Ему нравилось смотреть на нее. Софи быстро строчила что-то в блокноте, закусывая прядь рыжих волос, улыбалась или хмурила брови, отхлебывала кофе, явно ища глазами что-то сладкое. Но в его доме отродясь сладкого не водилось, Тьен старался держать себя в форме, но ей сейчас, кажется, хочется булку или, о ужас, пончик. С вареньем.
– Я вернусь через полчаса, – предупреждает Софи Тьен. – Ничего?
– Угу, – кивает Софи, выплевывает прядь волос и глядит на него вопросительно.
– Булочку куплю.
– Угу. Возьми две.
Он улыбается и исчезает. Софи провожает мужчину взглядом и снова пишет, пишет… потом читает то, что написала. Что-то вычеркивает, что-то дописывает, но уже видит – статья будет отличная. Бомба, а не статья.
Хлопает дверь. В руках у Тьена несколько свертков.
– Зачем тебе столько булок? – вскидывает брови репортерша.
– Это тебе, – он кидает ей большой пакет, перевязанный бечевкой. – Открой прямо сейчас.
– Тьен, я обижусь, – сурово заявляет Софи, поджимая дрожащие от едва сдерживаемого смеха губы. – Что ты выдумал?
– Ошейник и кляп для тебя, булочка моя.
Девушка взвизгивает восторженно и быстро рвёт серую бумагу. Тьен качает головой, улыбаясь.
– Это не кляп, – обиженно бурчит Софи, извлекая из свертка кружевные панталоны. – Ну Тьен! Это безобразие! Зима же! Я в таких себе всю задницу отморожу!
– Выпорю. Еще раз увижу на тебе бабкины штаны – выпорю.
– Точно? – с сомнением спрашивает девушка. – У меня их много. Проверять будешь?
Тьен пристально смотрит на нее, потом на часы. Лисичка явно напрашивается. Но времени нет. Не то, чтобы Тьен был любителем подобных игр, вовсе нет. Он был профессионалом. Но ей нужно домой, сейчас не время. Ничего… успеется.
Софи извлекла из свертка чулки из белоснежной шерсти и восторженно засмеялась.
– Тьен, ты прелесть! Спасибо!
Она не стала жеманничать, разумно полагая, что он может покупать на свои деньги, что захочет. Тем более, действительно зима. Холодно.
Все-таки мужская одежда гораздо практичнее. Шерстяные кальсоны, толстые брюки – и бегать удобно, и тепло. Не то, что куча юбок и две пары панталон!
– Тут пончики. Тебе и сыну, – протянул ей ещё один пакет Тьен и, чтобы она не вздумала возражать, рявкнул. – Женщина, шевели задницей! Мне тоже домой надо. У меня, между прочим, жена беременная!
– Да вы развратник, лорд Оберлинг! – фыркнула Софи, надевая пальто. – Как вас только супруга терпит!
– Мне кажется, она скоро выгонит меня и будет жить с моим братом, – сокрушенно вздохнул Тьен. – Блокнот не забудь.
29. Настоящие испытания
В мастерских было неспокойно. Сгорело много – чертежи, макеты, расчеты. Правда, у Джеральда были копии практически всего (кроме макетов, разумеется) в банковской ячейке. Он от отца научился крайней предусмотрительности, если не сказать, паранойе. Да и в сейфе бумаги целы остались.
Яхо вертел в руках обгорелую модель протеза и хмурил брови. Что ж, он все равно хотел много чего менять в нем. Прямо сегодня и начнет. Достал чертежи из сейфа, улыбнулся краешками губ. На самом деле, он был даже доволен. Когда бы у него руки еще дошли… А теперь за пару дней управится.
Мужчины принесли табуретки из ангара, запахнули поплотнее пальто – стекол в окнах еще не было.
– Мне не нравится всё это, – негромко сказал Джеральд, косясь на Роберта Стерлинга. – Слишком много совпадений. Похищение Яхора, пожар, теперь вот материалы. Ты представь, всё, что мы заказывали – всё испорчено. Бамбук поломан, алюминиевые трубки гнутые, кожа или слишком тонкая, или наоборот толстая и неровная. Даже воск не той чистоты. Я бы понял, если бы что-то одно… Но всё сразу!
– Положим, воск мы купим сами, – пожал плечами Яхор. – И трубки, они ведь из Предгорий? Я съезжу, закуплю, проконтролирую лично.
– Кожевенные фабрики наши, Стерлинговы, – кивнул Роберт. – Здесь как раз всё понятно. Я разберусь.
– Ваши, да не ваши, – напомнил ему Джеральд. – Ты больше не член рода, забыл? Тебя вычеркнули из семьи.
– Сомневаюсь, что на фабрике это знают, – пожал плечами тот. – И вообще, у меня там полно знакомых. Говорю же – разберусь. Кожи беру на себя. И клей тоже. А вот бамбук… Не в Катай же за ним ехать!
– Не в Катай, конечно, – Яхо затарабанил пальцами по столу. – Но ведь у нас есть Аяз-дэ. Он может попросить своего зятя лично проконтролировать этот вопрос. Опять же, через перевал доставят, коротким путем. Я поеду за трубками и заберу этот клятый бамбук.
– Бамбук можно и деревом заменить, – махнул рукой Джерри. – Поддержим, так сказать, отечественного производителя. Но заказать нужно, лишним не будет. Материалы – это ерунда. Пожар – гораздо неприятнее. В этот раз мы отделались малой кровью. Что будет дальше?
– Ловчие работают, ищут.
– Кого они, мать его, ищут? – взорвался Браенг. – Был бы отец жив… Не ловчая служба, а никчемные дармоеды, без обид, Яхо!
– Мы не знаем, чем они занимаются, – успокаивающе качнул головой степняк.
– Как я понял, как раз шерстят заводы, – неожиданно сообщил Роберт. – Они допросили этого вашего Гвидора.
– Как это допросили? А, некромант?
– Да-да, некромант. Слабенький, к сожалению. Много не успели спросить. Выяснилось только, что за этим кто-то из знати стоит, так это я и так сказать мог. Я даже поименно могу перечислить, какие роды замешаны. Единственное, не уверен в отце. Он, конечно, громче всех кричит, но у него зять – начальник ловчей службы. Не совсем же он дурак.
– Ты так думаешь?
– Нет, – тяжело вздохнул Стерлинг. – Знаете, я бы на месте Алистера сейчас посадил бы лорда Стерлинга за решетку. И Ваенга. И Цвенга. Мы не знаем, кто именно замешан, – потер лицо руками Джерри. – Старшие или средние, а может, вообще – наши друзья. И это самое противное. Я подаю руку на приеме Стефану Цвенгу, а он потом платит, чтобы меня застрелили.
Дверь (уже свежая, новенькая) открылась, в мастерскую ввалился Макс, отряхиваясь и ругаясь.
– Развелось идиотов на мобилях, – сердито заявил он. – Меня окатили грязью, представляете? Меня, начальника ловчей службы! У нас проблемы, ребята. Джеральд, нужна твоя помощь.
– Что опять? – театрально вздохнул Браенг. – Взрыв? Ограбление банка?
– Хуже. Алистер хочет летать. На аэростате.
