– И то, что владыка демонов сказал Акире, ты узнал из?.. – спросил Сетх, обернувшись. У него на лице не было ни единой эмоции, потому что все они спрятались внутри.
– Его воспоминаний, в которые погрузился еще во время войны.
Сетх нахмурился.
– Что у вас там произошло?
– Если коротко говоря, то слияние, – небрежно ответил Люциан. – Но все в порядке, мы с владыкой тьмы не пострадали.
Эриас нервно взъерошил волосы.
– Чтоб тебя, Люц! – И он продолжил ругаться на повышенных тонах, так что их лошади, мирно пожевывающие траву на холме, выпрямились и с любопытством уставились на хозяев. – Мог бы и предупредить, что мы приехали сюда, чтобы упасть лицом в грязь. – Он всплеснул руками. – Теперь эта тварь будет знать, что заклинатели ничего не стоят и ходят под твоим началом. А что, если пойдут слухи? Что, если на нас начнут нападать, потому что мы ничего не решаем и только ждем приказа свыше? Твои замашки святого мне не по душе! Почему ты всех всегда щадишь? Есть же закон! Пусть Акира защищает род, пусть наказание связало ему руки, но он уже по горло в крови. И без нее он бы не стал таким сильным. Просто признайся, что у вас проблемы с балансом и ты не можешь убивать демонов направо и налево.
– Это тоже играет роль. – Люциан кивнул с честным видом. – Но в данном случае я лелею надежду на позитивный исход. Не все демоны живут ради убийств, и Акира не из тех, кто общается с подобными и будет рассказывать о вашем «проигрыше». Эта ситуация ему тоже невыгодна. Если кто-то узнает, что на нем печать светлого нача́ла, его сразу сожрут.
– И правильно сделают! – выкрикнул Эриас.
– Не все демоны живут ради убийств… но если ты судишь по владыке тьмы, то это необъективно, – сухо сказал Сетх, оборачиваясь к ним всем телом. – Сущность нача́ла делает его человечнее. – Он скрестил руки на груди.
– Совсем немного. На самом деле он жесток настолько, насколько жесток любой чистокровный могущественный. Дело не в сущности, а в разуме. Да, могущественные подвластны жажде крови, но и люди могут быть не святыми, если вырастить их таковыми. – Люциан тяжело вздохнул, устав оправдывать свои действия, и решил просто отмахнуться. – В любом случае я уже все сделал, решение принято, и если вы мне не доверяете, можете поступать как пожелаете – идите и убейте и его, и всю семью Акира. Я не имею права вмешиваться в дела смертных.
Эриас фыркнул и закатил глаза, уперев ладони в бока.
– Истинный властелин: даешь право выбора, когда выбора никакого нет. Очевидно, что мы не можем пойти тебе наперекор! – Его лицо исказилось от злости, и он отвернулся. – Ох, Люций… Как же меня раздражает, когда ты обращаешься девятихвостой лисой! В эти моменты ты водишь всех за нос не хуже демонов. Ужасно! – Эриас резко обернулся и ткнул в Люциана пальцем. – Я поверю тебе, но если Акира кого-то прикончит, ты не отмоешься, понял? А что касается его семейства: убивать их не стану, но наказание вынесу такое, что десятилетиями с ним жить будут. Просто так им с рук не сойдет. Даже если они не принесли миру вред, существуют законы, и где поблажка для одного – поблажка для сотни.
Он звучал безжалостно сурово. Казалось, в этот момент Люциан перестал быть ему другом, но Эриас попросту беспокоился за клан и тысячи людей, которых теперь держал под своим крылом. Кто бы в чем ни убеждал его, как владыка, он не мог слепо доверять обещаниям, не мог нарушать правила, как бы того ни хотелось, потому что это единственное, что сдерживало толпу. И, соглашаясь сейчас с Люцианом, он шел на огромный риск и переступал через самого себя. Возможно, какое-то время он даже не сможет спокойно спать из-за принятого решения.
Люциан положил ладонь Эриасу на затылок и притянул ближе к себе, коснувшись своим лбом его. Он полностью понимал его и мысленно благодарил за старания.
– Я обещаю присматривать за родом Акира, – прошептал Люциан, глядя в его пылающие карие глаза. – Если что-то случится, сразу с ним разберусь или доложу тебе. Я обеспокоен благополучием Лунных земель так же, как и ты. То, что я дал Акира шанс, вовсе не значит, что поступлю так снова.
– Замолкни. – Эриас попытался вырваться, но Люциан удержал его. – Не говори больше ничего. Не желаю слушать твои слова.
– Не слушай. Но и не сомневайся во мне. – Люциан зарылся пальцами в его волосы, не позволяя Эриасу вырваться. – Прошу.
Эриас шумно выдохнул, обжигая своим дыханием лицо Люциана и обмениваясь им с ним.
– Не проси меня об этом. Уверен, на моем месте ты бы реагировал точно так же, – процедил Эриас.
– Да. Именно поэтому я передал трон тебе. – Люциан мягко улыбнулся, и его ладонь соскользнула с затылка. Он отступил на шаг и спокойно сменил тему, не желая продолжать споры. – Что ж, дело завершено, и теперь я должен вернуться к бессмертным. Поедете обратно в деревню или есть другие планы?
Эриас и Сетх долго молчали. Не могли так же быстро, как Люциан, переключиться. Потом они переглянулись между собой, тяжело вздохнули, Эриас махнул рукой на стража, и Сетх наконец сказал:
– Вообще-то после Фальтрахэ мы хотели попросить тебя перенести нас в Асдэм.
Люциан в недоумении воззрился на них.
– Зачем?
Сетх замялся.
– Он хочет увидеть Лилу, – ответил Эриас, и у него нервно дернулся глаз. – Помнишь, мы играли в игру после войны в доме демоницы Лилу? Владыка тьмы тогда забрал тебя, а мы остались. Лилу сначала не было, и мы пили втроем с Хаски. Потом она присоединилась к нам, и они с Сетхом грызлись остаток ночи, а на следующий день он ходил сам не свой. Я сначала думал, что дело идет к войне, но они все еще живы, переписываются каждый день, а Хаски у них как посыльный.
– И ты мне ничего не рассказывал?
Люциан в неверии уставился на Сетха, который, казалось, был просто не способен активно общаться с демоном. Тем более с женщиной-демоном. Ладно демоны, но слабый пол и Сетх были вещами несочетаемыми. Сколько вокруг них с Абрамом крутилось женщин, и он ни одну из них не трогал. Либо трогал, но совсем недолго… Да и вообще, как после пережитого Сетх пошел на такой контакт?
«Откуда у него такая тяга к демонам? Даже у меня подобной нет!»
– Она тебя одурманила? – вопрос сорвался с его губ сам по себе, хотя Люциан видел ответ в глазах Сетха.
– Нет. Она просто… она… – Сетх втянул носом воздух и взлохматил черные волосы. – Я понятия не имею, что происходит! В тот вечер она чуть не довела меня до белого каления, а потом все завертелось, и я… – Он запнулся. – Я никогда ни с кем так по душам не говорил, как с ней. Она помогает мне пережить все это.
Люциан вздрогнул, распахнув глаза, и растерянно посмотрел на Эриаса, но тот лишь покачал головой и криво улыбнулся, будто говоря: «Не все такие непоколебимые, как ты». Люциан мысленно выругался и помассировал переносицу двумя пальцами.
«Наивно было полагать, что у них все будет хорошо и они со всем легко справятся, – подумал он, имея в виду Эриаса и Сетха. – Мне не нравится, что выбор Сетха пал на Лилу, но идти ему наперекор… в такой-то ситуации… Да кто я такой, чтобы решать, кому и с кем ему быть? – Он поморщился. – Вот только чувства демона нечеловеческие. Эта любовь сожрет его».
Люциан внимательно посмотрел на Сетха.
– Ты ведь понимаешь, что связываться с демоном опасно для жизни? Мое общение с владыкой тьмы не в счет, не вся его сущность принадлежит демону, но я все равно чувствую, насколько глубоко он порой вонзает когти в мою душу. Лилу не отпустит тебя, если изберет своей половиной, сможешь ли ты справиться с этим?
– Пожалуйста, не спеши с выводами. – Сетх выставил раскрытую ладонь. – Я не дам ей привязаться и сам не привяжусь. Мы просто общаемся.
– Ха! – прыснул Эриас, хлопнув себя по коленке. – Сразу видно, что ты никому никогда не нравился. Серьезно веришь, что это ты решаешь, можно ей любить тебя или нет? В один момент она просто захочет сожрать тебя, и вырваться из этого капкана ты не сможешь. А учитывая, как ревностно владыка тьмы оберегает асдэмских демонов, тебе даже не позволят убить ее, чтобы освободиться.
