Подумаешь, изголовья! Какие мелочи! У него в старой квартире кровать с секретами была, там много чего было запрятано. Жаль, теперь про активные игры придется забыть на полгода, зато потом он отыграется на этой плутовке за всё. Потому что его новоиспеченная супруга, пользуясь своим положением, совершенно обнаглела, и это он, Тьен, всё чаще оказывался на постели с черной шелковой лентой на глазах. Спорить с беременной женщиной – дело бессмысленное и в корне неверное, поэтому он позволял ей играть… до поры до времени.
– Пончик мой, нам домой не пора? – поинтересовался Тьен у жены.
Глаза Софи немедленно наполнились слезами, губы задрожали:
– Это потому, что я толстая, да?
– Нет, потому что с начинкой.
– Но мне здесь нравится! Мы собирались с Беллой по магазинам – шторы подобрать, обивку для мебели!
Мужчины переглянулись и одинаково скривили губы.
– Бель, а давай вас с Софи Тьен отвезет? – вкрадчиво предложил Яхор. – А я работать пойду, я обещал дадэ инструменты ему новые выточить.
– Ах ты хитрая жопа, – процедил сквозь зубы Тьен, но было уже поздно: Софи радостно закивала и с надеждой посмотрела на мужа. – Ладно. Собирайтесь, девочки.
– Просто я сообразительнее, – шепнул Яхо Оберлингу. – Кто первым сказал, тот молодец.
И, пока Тьен не придумал, как ответить, Яхор клюнул в щечку жену и сбежал, благо до ангаров здесь было идти не более четверти часа.
Аяз ждал сына уже внутри, в кабинете, у него были ключи. Перед ним на столе лежал чертеж механического сердца, и он с сожалением понимал – не выйдет. Нет таких материалов, чтобы сделать желудочки в должной степени эластичными, а металл слишком тяжел. С протезированием конечностей было проще. Пару человек он уже оперировал, они остались довольны результатом.
Яхор кивнул отцу, кинул куртку на кресло в углу и достал из сейфа красивый лакированный футляр. Открыл. На черном бархате серебрились хирургические инструменты: скальпели, щипцы, зажимы, ланцеты и иглы.
– Серебро? – спросил с любопытством Аяз.
– Сталь. С покрытием. Так надежнее.
– Красивые. Спасибо, сын.
– Как считаешь, на продажу имеет смысл выставлять?
– Безусловно. Я на кафедре взялся дополнительный курс лекций читать, покажу завтра студентам.
Яхо кивнул. Он, конечно, в первую очередь, изобретатель, но и степняк тоже, а степняки – прирожденные торгаши. Тем более, он сам сказал Белле, чтобы она не экономила, а она и не экономила. Он посмотрел потом траты и пришел в ужас: неужели дюжина женских чулок может стоить целый империал? Ах, из катайского шелка ручной работы? Наверное, их сама Императрица ткала. Нет, он не злится. Нет, не экономь, у нас нет проблем с деньгами.
Изобретатель поморщился, вспомнив про дыру в своем бюджете, вздохнул и принялся натягивать на механическую руку каучуковую перчатку. Инструменты у него были выкованы, осталось их посеребрить, а для этого нужно беречь конечности.
– Перчатки из чего? – с любопытством спросил целитель. – Первый раз такой материал вижу. Я оперирую в шелковых.
– Каучук, – пояснил Яхор. – Добывается из сока растений.
– Я не понимаю, – растерянно ответил Аяз. – Я видел каучук, из него еще плащи и подтяжки делают, но он же дубеет на морозе, а на солнце плавится, а тут – эластичный, стойкий к химии, верно?
– Да. Это Джерри придумал. Он просто добавлял всё подряд в расплавленное сырье, и с серой вот получилось совсем неплохо.
– Перчатки… – задумчиво произнес Аяз. – Дорого выходит?
– Нет, совсем не дорого. Намного дешевле кожаных или шелковых. Но они не слишком прочные.
– Сделаешь мне дюжину пар?
– Конечно. Формы у нас есть.
– Послушай… а ведь можно любую форму этой штуке придать?
– Да.
– И она водонепроницаемая?
– Да.
– Хочешь идею, Яхо? Мы с тобой разбогатеем! – глаза Аяза предвкушающе засверкали, он перевернул чертеж и на обратной стороне довольно натурально изобразил мужской половой орган. – Я так полагаю, тончайший каучуковый чехол станет неплохой альтернативой пилюлям. К тому же он прекрасно защитит от стыдных заболеваний.
– А чем пилюли плохи? – Яхо не собирался натягивать на себя никакие чехлы – вот еще не дело.
– Ничем, отличная штука. Только очень часто женщина мужчину обманывает, говорит, что принимает их, а потом ставит будущего отца перед фактом.
– Но ощущения не те!
– Те ощущения – это с законной супругой, – отрезал Аяз. – А с этим – в публичный дом.
Яхо тяжко вздохнул. Да, с Аязом-дэ соскучиться сложно. Тот выдумщик почище него самого. Да, вдвоём они многое еще придумают!
Бонус 1. Другая женщина
1. Другая
В отделении ловчей службы было совсем не так, как представлял себе Роберт Стерлинг. Он думал, что здесь много места, столы, заваленные бумагами, решётки на окнах и носящиеся туда-сюда ловчие. Такие же буйные, как, к примеру, Тьен Оберлинг, который на месте не сидел вообще.
Реальность оказалась куда более унылой. Столы, впрочем, были. Но не столь уж завалены. А в остальном – сонное царство. Разве что мухи не жужжат, да и то потому, что зима. Спят мухи. И сам Роберт готов уснуть, потому что уже в десятый раз отвечает на вопросы молодого парнишки про свои мысли относительно пожара. Нет, он не видел никого постороннего. Нет, не знал, что будет пожар. Тушил, потому что огневик, это его долг. Понятия не имеет, где был в тот момент Яхор.
Предполагает, что с женой предавался разврату в гараже.
– Подпишитесь здесь и здесь, – наконец, сжалился над ним ловчий.
Роберт схватил ручку, готовый подписать какой угодно документ, только бы ему позволили пойти домой и напиться, но услышал громкий хлопок двери об стену и обернулся. Вместе с ним обернулись все немногочисленные работники. И не зря.
Высокая молодая женщина в абсолютно мужском костюме стояла на пороге, явно наслаждаясь произведенным эффектом. Девиц в штанах Стерлинг встречал и раньше. Та же рыженькая журналистка, с которой, кажется, Макс Оберлинг изменяет своей жене, нередко носила брючки наподобие мужских. И это понятно – ей бегать по столице за новостями. Но чтобы вот так – в обтягивающих каждый изгиб длинных ног штанах с пуговицами внизу, в лаковых штиблетах, замшевом жилете, рубашке со строгим воротничком и шляпе (тоже мужской) – такого Роберт не видывал. В руках девица держала черное пальто – надо думать, не женское.
– Вызывали? – низким, чуть хриплым голосом спросила чудная женщина. – Где покойник?
Богиня, да кто это такая?
Девица широким упругим шагом прошла в центр управления, швырнула пальто и шляпу на ближайший стол и снова картинно замерла, позволяя присутствующим разглядеть ее со всех сторон. Но ловчие почему-то старательно отводили глаза, а тот, который занимался Робертом, и вовсе покраснел и уткнулся в бумаги. Стерлинг же не посмел обманывать ожидания дамы и внимательно оглядел её с головы до ног, пытаясь понять, кто она есть. Красивая женщина, эффектная. И почему-то стриженная под мальчика. Тёмные короткие волосы не скрывали аккуратных ушек и открывали длинную шею. На мужчину она была совершенно не похожа. Мужская одежда не хуже платья подчеркивала небольшую, но вполне женскую грудь, тонкую талию и широкие бедра.
Заметив, что Стерлинг ее разглядывает, она уставилась на него не менее бесцеремонно. Их взгляды столкнулись. Некоторое время они не отводили глаз и не моргали, пытаясь заставить другого потупиться. Но их безмолвный поединок был прерван одним из престарелых ловчих, который выглянул из подвала необычную женщину встречать.
– Розанна, я ждал вас позже, – кивнул он. – Вы… ммм… в силе?
– Более или менее, – милостиво кивнула женщина, с явной неохотой отводя взгляд от Стерлинга. – Что у вас? Какая смерть?
