– Проклятый ты засранец, и за что тебя только все любят? – процедил Хаски, входя в дом следом за Каином, который, как обычно, даже не постучался.
Обычно в поместье Нарциссы было тихо и спокойно, а шум поднимался только во время празднеств, но сейчас бессмертные не наблюдали привычную обстановку. Кругом стоял мрак. Хаски тут же закрыл ладонью нижнюю половину лица, чтобы не вдыхать густую темную ци, наполняющую воздух.
Две прелестные брюнетки в легких полупрозрачных платьях розоватого оттенка вылетели к ним навстречу, спеша заключить владыку тьмы в объятия.
– Градоправитель! Мы так счастливы, что вы прибыли! – Дочери Нарциссы начали тереться о его тело, выглядя при этом довольными, как и всегда.
– Я так понимаю, ваша мать сейчас негодует? – Каин поспешил отстранить девушек от себя, почувствовав, как от прикосновений заныли десятки царапин на спине и груди. – Что произошло между вами и домом Альвиилы?
Демоницы переглянулись и яростно зашипели, словно вспомнив о чем-то.
– Этот дом… – процедила девушка справа.
– Эта Альвиила… – поддержала девушка слева.
– Она пытается отнять у мамы статус хозяйки самых роскошных мероприятий, – в унисон произнесли они.
– Немыслимо! – невесть зачем подыграл Хаски, и демоницы закивали.
Каин покосился на него и спросил у демониц:
– И как же ей это удастся, если ваша мать содержит целый гарем из смертных, с которыми счастливы общаться все демоны? Если мне не изменяет память, она и ее подручные успевают раньше прочих отловить новых гостей города, чтобы потом предлагать жителям близость с ними за плату. Человеческий ресурс в Асдэме ценен, каждый желает смертного, но не для всех найдется свободный. И, чтобы составить вашей матери конкуренцию, потребуется минимум такое же количество смертных.
– Альвиила переманила часть наших сборщиков смертных на свою сторону! – Демоница справа топнула ногой. – Вчера мама поймала этих крыс – нашла у них письмо с приказами от Альвиилы. Оказалось, они обманывали ее и поставляли только часть товара, а остальное отдавали конкурентам.
Каин остался невозмутим.
«Было письмо? Хм…»
– Она наказала этих демонов? – Он скрестил руки на груди и принял более заинтересованный вид, чем раньше.
Желтые глаза демоницы блеснули.
– Конечно. Хотите посмотреть? Они в подвале.
Каин кивнул, и они с Хаски направились к лестнице вслед за сестрами. Естественно, он хотел посмотреть на пленных, но не из кровожадности, а из-за беспокойства за свой собственный народ. Он не мог допустить смерти тех, кто находился под его крылом. В его городе.
– Оу, жестоко, – прошептал Хаски, остановившись рядом с Каином напротив одной из камер, где на полу лежало несколько окровавленных бессознательных тел. Видимо, в ходе пыток или обычного развлечения Нарцисса изувечила мелких демонов-помощников, а потом бросила прямо здесь – то ли потому, что ей стало скучно, то ли просто решила даровать им медленную смерть.
– Вам не нравится? – спросила одна из демониц, заметив, что Каин с помрачневшим лицом молчаливо смотрит внутрь камеры. – Нужно было замучить их до смерти?
– Вы вообще не имели права мучить их без моего участия. – Голос Каина прозвучал холодно, как ледяная пурга.
Но сестры неправильно поняли его тон и стыдливо залепетали:
– Ох, градоправитель, простите, что мы веселились без вас, это было очень грубо с нашей стороны. Стоило позвать вас, да?
Каин притворился, что не слышит их, и вошел в камеру. Его густая тьма накрыла тела подобно одеялу и напитала демонов, даруя им силы на восстановление. Совсем скоро их почти неслышимое дыхание стало глубоким и стабильным, а раны, которые виднелись через рваные одежды, начали затягиваться.
– Позаботьтесь о них, – приказал Каин демоницам, когда на пленниках зажили последние царапины и некоторые из них даже успели прийти в себя, с растерянным видом рассевшись на холодном каменном полу. – Когда остальные очнутся, отправьте их по домам и сообщите, что если снова обманут, то их ждет смерть. Мне нужно найти вашу мать, где она?
– Она пошла за Альвиилой, – весело ответила одна из демониц, словно ее мать ушла топить муравейник и должна была вернуться с победой, хотя Альвиила была не жалкой букашкой, а одним из сильнейших асдэмских демонов.
Каин на чужое простодушие только закатил глаза и покинул камеру.
– Уходим, – бросил он Хаски.
– Угум, – отозвался тот и с бо́льшим энтузиазмом, чем раньше, последовал за ним.
Как только они вышли на улицу, тьма сразу окутала их и перенесла на территорию Альвиилы. Демоница жила в одноэтажном доме с синей крышей, ее загнутые кверху углы были украшены позолоченными головами тигров. Некоторые стены представляли собой передвижные бамбуковые двери, через которые можно было прямо из комнаты выйти на веранду, протянувшуюся по всему периметру дома. На одной стороне располагались пустые столики, окруженные мягкими подушками и явно предназначенные для рассадки гостей и отдыха на свежем воздухе.
Не успели Хаски и Каин войти в дом, как с веранды донеслись ободряющие возгласы и крики. Не раздумывая, демон устремился в сторону звука. Поступь его была бесшумной, но такой быстрой, что уже спустя мгновение он оказался перед раскрытыми бамбуковыми дверьми, возле которых толпились местные демоны-работники. Они оживленно наблюдали за дракой, развернувшейся в комнате – судя по убранству, гостиной. Часть мебели была разбросана по углам или вовсе разбита, в воздухе порхали частицы пыли с пола, пока две демоницы колотили друг друга, а зрители их подбадривали. Стоило Каину возникнуть за чужими спинами, как некоторые голоса тут же стихли, но другие продолжили кричать – их обладатели оказались увлечены битвой куда больше, чем появлением их любимой тьмы.
Нарцисса и Альвиила боролись яростно и, судя по внешнему виду обеих, на смерть. Черные лисьи уши Нарциссы были подраны, некогда пушистому хвосту теперь недоставало шерсти, собранные в изящную прическу волосы превратились в птичье гнездо, а алое платье порвалось настолько, что оголялись и грудь, и бедра. Но Альвиила выглядела не лучше: ее серые волчьи уши кровоточили из-за множества царапин, и она прижимала их к голове, шипя на противницу, словно кошка. На лице виднелись следы от ногтей, лавандовое платье превратилось в лохмотья, а на затылке явно был вырван клок длинных волос пепельного оттенка.
Альвиила с яростным рыком бросилась вперед и сшибла Нарциссу с ног. Та упала, больно ударившись затылком о дощатый пол, и зарычала то ли от ярости, то ли от прострелившей боли. Волчица схватила ее за волосы и снова ударила головой о доски, отчего Нарцисса частично потеряла сознание.
Хрипло рассмеявшись, Альвиила уселась сверху и замахнулась когтистой рукой, собираясь то ли просто исцарапать, то ли вовсе разорвать глотку. В этот момент тьма Каина сгустилась в толстое теневое щупальце, почти как у осьминога, и устремилась вперед, чтобы перехватить чужое запястье. Она сковала Альвиилу и резко дернула в сторону, заставляя ее соскользнуть с Нарциссы и феерично проехаться по полу.
Демоница взвизгнула, явно испытывая боль от теневой оковы на запястье, и в страхе оглянулась. Ее испуганный взгляд серых глаз столкнулся с бездной Каина.
– В-владыка, – потрясенно шепнула она.
– Что вы здесь устроили? – прорычал Каин, и теневое щупальце сильнее обхватило чужое запястье, отчего Альвиила еще раз взвизгнула. Этот тонкий звук боли звучал так сладостно, что некоторые демоны невольно потрогали штаны в районе паха.
– Что ты собиралась сделать? Убить ее? – продолжал Каин. Его голос напоминал шепот древнего хищника, таящегося в темной глубокой пещере. – С каких пор вы начали думать, что можете убивать друг друга в этом городе?
Теневое щупальце стиснуло чужое запястье так крепко, что раздался хруст, и Альвиила взвыла.
– Киай, – тихо позвал Хаски, положив ладонь ему на плечо. – Если впадешь в ярость, светлое нача́ло почувствует это и явится сюда, а ты, насколько я помню, не хотел отвлекать его от работы.
