Имелся и минус… Проснулся голод. Не острая нужда в пище, а навязчивое желание что-то сжевать, разорвать зубами, проглотить. Желудок требовал наполнения, хотя пищеварение у мертвецов наверняка работало совсем не так, как у живых. Если вообще работало.
Спустя несколько часов.
В результате плодотворной тренировки удалось поднять ещё четыре уровня чудовища. Основной прогресс дали «Чуткий слух» и «Харизма» — навыки росли стабильно, подпитываясь постоянным взаимодействием с нежитью. Первый из них особенно впечатлил. Звуки доносились со всех уголков грота с невероятной чёткостью. Я различал скребущие шаги мышей в дальних туннелях, капающую где-то воду. Определённо возьму этот навык в свободный слот, когда выберусь отсюда.
Телосложение теперь достигло пятидесяти пунктов. Тело заметно окрепло — руки перестали дрожать при резких движениях, спина выпрямилась, походка стала увереннее. Даже активировал несколько пробных рывков. Слава всем богам, конечности держались крепко, ничего больше не отваливалось при ускорении.
Правда, неуклюжесть никуда не делась. Развернуться на месте получалось только широкими, размашистыми движениями. Руки не слушались при точной работе — пальцы дрожали, когда пытался подобрать мелкие предметы. Ловкость явно требовала внимания.
Методом проб и ошибок выяснил механику классовых умений. «Сшитый заново» перезаряжался целые сутки — долго, но зато эффект впечатлял. «Рывки» имели скромный откат в одну минуту, что позволяло активно тренироваться без длительных пауз.
Что до «Удара головой»… Это же надо было Парадигме вручить мне столь бесполезный навык. Руки сами собой поднимались к голове каждый раз, когда я думал об активации. Решимости не хватало. Одна ошибка — и можно остаться без черепа. Слишком большой риск для сомнительной выгоды.
Такеши показывал куда лучшие результаты. Двенадцать уровней после полусотни уничтоженных трупов — завидная скорость прогресса. Якудза работал с механической точностью автомата: подход, замах, удар, переход к следующей цели.
Зиккурат тоже постепенно рос. Ширайя лично укладывал черепа, добавляя в них толику маны для стабильности конструкции. С каждым новым рядом его настроение улучшалось. Лич напевал себе под нос какую-то мелодию, руки двигались плавнее, даже парить в воздухе он стал более грациозно.
Уверенность в собственных силах крепла с каждым новым уровнем. Но вместе с ней рос и жуткий голод. Желудок сводило спазмами. Тело явно требовало калорий для внутренней перестройки.
Мертвечину жрать не собирался. Даже при отсутствии рвотного рефлекса сама мысль вызывала отвращение. А вот Черныш не брезговал протухшим мясом. Он с аппетитом обгладывал кости убитых зомби и стремительно набирал уровни. Уже почти догнал Такеши по прогрессу. Матерел на глазах.
Ширайя предлагал упокоить пса, дабы не повышать среднеарифметический уровень существ подземелья. Но я заверил, что Черныш крайне смышлёный и пригодится для исследования логова. Кто знает, что нас будет ждать впереди. Зубастая челюсть в команде точно не будет лишней. К тому же, он такой добрый… и игривый.
В любом случае вылазка вглубь подземелья становилась неизбежной. Где-то там должны водиться грызуны. Хотелось бы, конечно, чего-нибудь повкуснее.
Что касается вкусовых предпочтений остальных товарищей. Лич питался собственной маной, энергия циркулировала внутри него по замкнутому циклу. Поэтому Ширайя не испытывал голод при повышении характеристик и мог развиваться бесконечно, ограничиваясь лишь скоростью накопления прогресса.
А вот с Такеши дела обстояли любопытнее. У скелета не имелось ни пищеварительного тракта, ни запаса маны. Как же он восполнял затраченную энергию?
Когда якудза распределял очки характеристик, его поведение кардинально менялось. Его накрывала волна дикой злобы, отчего челюсти скрежетали, руки сжимались в кулаки, весь корпус дрожал от сдерживаемой ярости. Такеши выплёскивал негативную энергию на ближайших мертвецов, разнося их в щепки с удвоенной жестокостью.
Понял это не сразу. Пришлось потратить немало времени на расшифровку пантомим и жестов. Такеши показывал на сердце, имитировал удары, потом указывал на убитых врагов. Постепенно картина прояснилась. Скелеты питались эмоциями, причём исключительно негативными. Злость, ярость, агрессия служили им источником энергии.
Не менее любопытно было слушать, как якудза пытался перечислить свои боевые приёмы. У рядового мертвеца, разумеется, не могло быть ничего впечатляющего: «Оглушающий удар щитом», «Двойной взмах меча» и ультимативное «Исступление», ускоряющее движения и ритм атаки.
Отметил для себя, что с каждым разом расшифровка его сигналов давалась легче. Глядишь, скоро начну понимать друга с полуслова.
По итогу тренировки все остались сыты и довольны. Все, кроме меня. Но ничего, ситуация изменится в ближайшее время. Из поднимающегося вверх туннеля сквозняк приносил дразнящие ароматы. Свежая плоть, тёплая кровь, живые ткани. Обоняние обострилось настолько, что различало мельчайшие нюансы запахов. Чем сильнее становился голод, тем чувствительнее работали органы чувств.
Обнаружился ещё один приятный бонус. Трупы не знали усталости и не нуждались в отдыхе. Пока наши будущие враги спали, восстанавливая силы после дневных походов, мы могли пахать в режиме нон-стоп.
— Кстати, Ширайя. Всё хотел спросить. Почему здесь нет наградного сундука?
Лич прервал заклинание и медленно развернулся ко мне. На его лице появилось выражение, которое можно было принять за довольную улыбку.
— Я тоже мучился подобным вопросом. Хватило времени обследовать каждый сантиметр грота, — он поднял руку и швырнул ледяную сосульку в дальний угол за зиккуратом. — Попробуй потрогать вон там.
Направился в указанную сторону, осторожно ступая между разбросанными костями. Протянул руку и наткнулся на невидимое препятствие. Пальцы скользили по гладкой поверхности. Прощупал контуры — метра три шириной и высотой примерно по грудь. Определённо сундук, только скрытый от посторонних глаз.
— Монстры не видят сокровищ? — задал логичный вопрос, возвращаясь к центру грота.
— Именно так, мои друзья. Награды мотивируют авантюристов спускаться в логова, — Ширайя принялся летать кругами, оставляя морозные следы. — Перед отправкой на испытание последнего шанса я перерыл всю доступную литературу об этом редком феномене.
Лич остановился перед нами, в его голосе зазвучала гордость.
— Хоть наша гильдейская библиотека насчитывала сотни тысяч томов, удалось найти лишь несколько косвенных упоминаний. Желаете услышать любопытный факт?
— Конечно!
— Вы знаете, что десятого числа каждого чама ночь окрашивается в алый цвет? Вся нечисть из подземелий выбирается наружу с целью истребить живых и пополнить великий комбинатор душ.
Мы с Такеши синхронно кивнули, потом одновременно замотали головами. Первый факт знали, второй открывал новые горизонты понимания. Души служили чем-то вроде батареек для работы Бескрайнего Архипелага. Теперь стало ясно, как именно Парадигма предотвращает застой системы и наращивает собственную мощь. Раз в месяц происходила массовая жатва, пополняющая запасы.
Такеши поднял руку, привлекая внимание. Потом указал на себя, на меня, покрутил пальцем у виска и пожал плечами. Смысл прочитался легко — а что приключится с нами в такую ночь?
— Превосходный вопрос от нашего молчаливого друга, — Ширайя одобрительно кивнул. — Если хотя бы одна личность проходит испытание последнего шанса, то подземелье остаётся заблокированным даже во время алой Вортаны. Следовательно, оно привлекает больше внимания среди приключенцев. Тогда многие захотят узнать, что же скрывается за запечатанными вратами. Таковы законы морей.
Информация укладывалась в голове, дополняя общую картину. Главное, чтобы наше подземелье не оказалось на необитаемом острове. Ведь в таком случае никто и не заметит, что вот уже который месяц, несмотря на алую Вортану, логово никуда не исчезает.
