Она непонимающе на меня уставилась всеми тремя глазами.
— Сердце… Зачем? Но не стоит обольщаться, хозяин, — тут же охладила она мой сарказм. — Пока вы встречаетесь с прямолинейными задачами для вашего способа мышления вы действуете приемлемо, если до сих пор живы.
— Восхитительно. Похвала с одновременным пинком в зубы. Кажется, ещё немного и я начинаю к этому привыкать…
Она проигнорировала мой тон с поистине царственным безразличием.
— Ваше ближайшее и самое очевидное преимущество заключается не в создании новых Рун, на что у нас нет ни времени, ни ресурсов. Оно в правильном, осмысленном использовании уже имеющихся. Домен Строителей способен изменять окружающую среду. Кольцо сохраняет вашу жизнь в момент критической ошибки или внезапного удара. Боевые Руны должны применяться не для слепой демонстрации силы, а для тактической поддержки уже созданной вами архитектуры боя. Перестаньте пытаться каждой своей активацией решить исход всей войны. Решайте возникающие задачи, хозяин.
— То есть, иными словами, ты пришла за двести сорок капель Звёздной Крови, чтобы просто сказать мне чтобы я думал головой?
— Я пришла, потому что вы активировали мою Руну, хозяин, — поправила она. — А теперь я вынуждена предотвращать ущерб имуществу, которое вы носите в своей Скрижали.
— Моему имуществу, — уточнил я с нажимом.
— Находящемуся в вашем временном держании, хозяин, — столь же твёрдо возразила она.
Я улыбнулся одними уголками губ, чувствуя, как по нервам снова пробегает знакомый холодок.
— Осторожнее, Кел-Леди. Мы ведь только что договорились не начинать второй раунд прямо у меня в голове.
— Я это помню, хозяин.
Она произнесла это спокойно, но на сей раз в её голосе не было и тени той властной попытки продавить своё право поверх моей воли, что я ощущал ранее. И вот здесь, как ни странно, я впервые смог разглядеть в ней не только угрозу или обузу. И не друга, разумеется. До дружбы нам было примерно как пешком до орбиты «Эгира», причём стартовать пришлось бы из катакомб Манаана, кишащих мабланами. Но в ней, несомненно, была польза. Холодная, чужая, опасная польза, от которой было бы глупо отказываться только потому, что она до крови режет твоё самолюбие.
А моё самолюбие и так сегодня валялось где-то ниже уровня плинтуса, присыпанное пылью, между трупом очередного урга и обломками рухнувшей городской стены.
— Хорошо, — выдохнул я, принимая её условия. — Тогда говори конкретно. Что именно я должен сделать до начала следующего штурма, учитывая только те ресурсы, что у меня уже есть?
Айнис, не говоря ни слова, подошла к карте, расстеленной на столе. Её длинные, изящные пальцы зависли в воздухе над линией внешней стены, над отмеченным красным проломом, над тем самым кварталом, который я совсем недавно превратил в импровизированный укрепрайон. Она не спросила разрешения, но и не коснулась карты сразу, словно молчаливо признавая, что это уже моя рабочая поверхность. Мелочь, казалось бы. Однако после нашей недавней пси-дуэли я стал замечать подобные мелочи с особенной, почти болезненной внимательностью.
— Домен Строителей должен завершить не восстановление стены как таковой, а формирование управляемой зоны смерти непосредственно за проломом, — начала она, и её голос обрёл деловитую жёсткость.
Я перебил её.
— Уже делаю.
Бросив на меня удивлённый взгляд она продолжила:
— Второе. Перестаньте держать свои личные защитные ресурсы как последнее средство. Кольцо должно быть на вас постоянно, и его заряды — это ваш оперативный резерв. Если вы погибнете, структура управления обороной обрушится значительно быстрее, чем внешняя стена.
Я хотел было ответить резко, что и сам это понимаю, но прикусил язык. Вдруг эта трёхглазая всё же посоветует что-то дельное.
— Третье. Готовьте второй контур отхода уже сейчас, а не после того, как случится следующий пролом. Если вы снова будете мыслить категориями одной стены, вы в конечном итоге потеряете весь город. Если же вы будете мыслить узлами обороны, вы, возможно, потеряете несколько кварталов, но сохраните людей и, что важнее, управление.
Я медленно кивнул. Здесь её слова точь-в-точь совпали с тем, что мы уже успели обсудить с Соболем и воплотить в жизнь. Второй периметр. Старые городские стены. Мосты, которые можно обрушить. Переходы. Склады. Всё это без единого упоминания слова «отступление» для тех, кому это слово способно сломать боевой дух раньше вражеского топора.
— И четвёртое, — заключила Айнис, и её голос снова стал холодным и отстранённым. — После того, как осада закончится, вы должны будете прекратить собирать Руны как трофейный мусор. Вам жизненно необходим доступ к торговле. Контракция, Наблюдатель, обмен через сильных Восходящих, покупка недостающих Свойств, пустых Рун и инструментов. В противном случае вы так и останетесь сильным дикарём, хозяин.
— После осады, — медленно повторил я, пробуя это словосочетание на вкус. — Хорошая фраза. В ней столько беззаботного оптимизма, что мне даже становится завидно.
— Вы активировали меня, а значит, как минимум допускаете вероятность продолжения своей жизни, хозяин, — заметила она.
— Я активировал тебя, потому что у меня попросту кончились все приличные варианты.
— В данных обстоятельствах это почти одно и то же, хозяин.
Я посмотрел на неё, затем перевёл взгляд на кольцо на своём пальце, а после снова уставился на карту с отмеченным на ней проломом. Где-то за толстыми стенами кабинета город снова глухо и тяжело дрогнул, и даже мощные стены Гранитного Форта не смогли полностью поглотить этот далёкий, утробный отзвук. Осадная батарея Орды. Или обвал секции стены. Или просто война в очередной раз напоминала, что разговоры с золотыми леди, безусловно, хороши, но ровно до тех пор, пока снаружи на головы твоих людей не начинает валиться камень.
Айнис тоже услышала. Её лицо осталось совершенно неподвижным, но её третий, нечеловеческий глаз чуть повернулся в сторону двери.
— Ваш час почти истёк, хозяин…
— Знаю.
Я провёл ладонью по шершавой поверхности карты, мысленно собирая в единое целое всё то, что только что получил от неё. Собственно чуда не произошло, да и не верил я в чудеса. Не обернулся призыв новыми, всесокрушающими боевыми Рунами. И уж точно не внезапным способом одним красивым жестом смести всю Орду обратно в Исс-Тамас и гордо пройтись по восстановленной стене под восторженные аплодисменты выживших. Вместо всего этого я получил перезаряженное кольцо, жёсткий и унизительный выговор, полное подтверждение собственной рунной безграмотности, аристократическую проблему с острыми когтями и самомнением, Право Древних Кел, которое теперь будет регулярно путаться у меня под ногами, и вдобавок несколько предельно трезвых, холодных указаний, как не пролюбить окончательно то, что ещё можно было удержать. Но никаких новостей и откровений. Ожидаемо-ожидаемо…
Я усилился, конечно. Спору нет. Просто усиление такое, после которого хочется не радоваться, а тихо и методично постучать головой о стену, если найдётся достаточно целый её участок.
— Айнис, — позвал я, поднимая голову.
Она посмотрела на меня, ожидая.
— Да, хозяин?
— Сейчас мы с тобой сходим к пролому. Ты внимательно посмотришь на то, как именно работает Домен Диких Строителей, на мой укрепрайон, на мои текущие позиции, а затем расскажешь только то, что можно исправить на твой взгляд прямо сейчас, имеющимися в наличии силами. И без единой лекции о том, каким прекрасным и гармоничным был бы мир, если бы я имел счастье родиться в твоём Доме и с самого младенчества знал, какой именно вилкой следует ковыряться в золотых глифах.
— Ваше раздражение вполне объяснимо, хозяин, — проговорила она, и в голосе её не было ни капли сочувствия.
— Поверь, то, что ты принимаешь за раздражение, есть верх вежливости, на который я прямо сейчас способен, — отозвался я, не поворачивая головы.
— Весьма спорное утверждение, хозяин. Возможно вы недостаточно старались?
