школа для чудовищ (СИ) - "Bloodlust"

— Не все из нас вернулись из боя, даже если они вернулись из боя, — философски изрекла Венди.

— Этот парень сегодня повидал всякое дерьмо, — отозвалась Анна. — Больше, чем за всю свою короткую жизнь.

Она несколько секунд смотрела на потерянно сидящего кролика, сердце сжималось от жалости. Венди заколебалась. Она хотела что-то сказать, но не решалась.

— Мне уже надо идти делать нехорошие дела. — выдавила она, наконец. — Ты. будешь в порядке?

— Конечно. Не волнуйся за меня.

— Хорошо.

Венди ушла, оставив Анну посреди двора. А полковник еще некоторое время смотрела на кролика, потом стыдливо отвернулась, ведь она не могла ему помочь, сострадание это не ее сильная сторона.

Вокруг Анны лагерь жил своей жизнью, но никто ее не трогал, никто не проходил рядом. Только прохладный осенний ветер трепал темно-фиолетовые волосы. Из кармашка комбинезона женщина вытащила пачку сигарет. Восемьдесят процентов поверхности упаковки с обеих сторон занимало жуткое предупреждение о вреде курения, но даже лошадиные дозы никотина не смогут навредить модифицированному военному суперу. Анна ловким, наработанным за годы привычки движением, вытащила зубами за фильтр одну из сигарет. Она не стала шарить по карманам в поисках зажигалки (может, она вообще ее не взяла), просто поднесла к кончику сигареты указательный палец. Мелькнула искра и сигарета задымилась.

Анна затянулась, торопясь хоть чуть-чуть успокоить расшатанные сегодняшним днем нервы. Впавшего в прострацию кролика, который нагонял женщине неприятные мысли, уже увели его товарищи, возможно в тот же лазарет. Анне оставалось только смотреть в вечернее небо, на котором уже начали проступать первые звезды. А в голове крутилась когда-то давно услышанная в одном из баров песня:

Две тысячи баксов за сигарету

И даже полжизни не жалко за это

Чуть-чуть покурить и до рассвета

Будем летать, чтобы снова отдать

Две тысячи баксов за сигарету

И даже полжизни не жалко за это.

Некоторое время она курила, постепенно успокаиваясь. Затем, вздохнув, отшвырнула тлеющий бычок и торопливо зашагала прочь.

— Шаан!

София заметила свою защитницу, покровительницу и наставницу, и радостно окликнула ее, замахав рукой.

Шаан же уже некоторое время слонялась по территории в ожидании чего-то, и кислое выражение не сходило с ее лица. Лишь при виде ее подопечной, хмурые складки на лбу наконец разгладились, лицо осветила немного грустная ухмылка.

— София, — с поистине материнской теплотой сказала нага, когда девушка подбежала к ней.

— Шаан, как я рада тебя видеть!

— Ты в порядке? Ты не ранена?

— Нет, все хорошо. Хотя тогда в бою было так очень-очень страшно!

И София принялась взахлеб рассказывать про то, как участвовала в отражении атаки. Как ей довелось побывать в настоящей перестрелке, не просто с хищником, а с противником, у которого тоже было огнестрельное оружие! Как она потом таскала раненых и помогала эвакуировать гражданских практически под огнем, когда бронированный эвакуационный автобус прибыл их забрать прямо во время боя.

Лицо Шаан снова посерьезнело, от улыбки не осталось и следа. Она вспомнила, что торопилась на это сражение, чтобы помочь отразить нападение врага и защитить Софию, но ее задержали. И еще хуже ее настроение сделалось, когда она вспомнила, что именно ее задержало.

— Я. рада, что с тобой все хорошо, София, — выдавила Шаан наконец. — Как твои родные?

— Они тоже в порядке! Они сделали все, как я им сказала по твоему совету, и пересидели все опасности в подвале, а потом вышли к нашим подразделениям. Маркус тоже спасся!

— Это прекрасно, что все хорошо закончилось.

София наконец обратила внимание на изможденное лицо анаконды и на то, как вымученно она ведет диалог.

— Шаан, а у тебя все в порядке? — встревоженно спросила девушка.

— У меня просто был очень тяжелый день. Суперы в бою всегда в гуще событий, знаешь ли. Я очень устала и физически, и морально, но мне еще предстоит ехать в Сакуру вместе с Венди. по важным делам. У меня паршивое настроение, но. когда я вижу тебя, оно сразу улучшается!

Шаан качнулась вперед и крепко обняла Софию. Та сначала удивленно пискнула, потом тоже обняла нагу в ответ.

— Я так горжусь тобой, София! — объявила анаконда.

— П-правда?

— Да! Мы столько жили вместе в одной квартире, делили пищу и кров. Мы через столько прошли вдвоем. Я многому научила тебя, подготовила, как могла, к этому дню. Ты для меня уже практически родная дочь!

— С-спасибо, это так приятно слышать.

Заулыбавшаяся было Шаан снова погрустнела.

— Увы, все хорошее подходит к концу. Хищники побеждены, все мои задачи выполнены, нет более смысла оставаться ни в Сакуре, ни в Датиане.

София сразу все поняла.

— О. Ты уезжаешь?

— Да, мне определенно нужен отпуск. Вернусь в родной мир, обниму, что там у меня вместо березок, повстречаюсь со своими родными.

Девушка погрустнела, ведь за эти несколько месяцев она так привыкла к суровой Шаан, к ее молчаливой, но надежной дружбе. Когда-то она еще думала, что они будут жить в одной квартире несколько лет. Потом, когда открылась правда о том, что Шаан лишь выполняет в Сакуре задание, София поняла, что это не навечно. Но все равно было грустно от осознания того, что этот день настал и что час расставания близится.

— Не грусти, София, — сказала Шаан понурившейся человеческой девушке, — я же не умираю. И не уезжаю прямо завтра, так что у нас с тобой еще будет пара недель как следует потусить, и попрощаться. И возможно мы еще свидимся когда-нибудь. Кто знает?! Кроме того, ты сможешь звонить и писать мне, ведь когда Федерация прокинет тут свою Сеть, появится связь даже между мирами.

— Я обязательно буду писать и звонить тебе, Шаан!

— Хех. Я всегда буду рада тебя слышать. Конечно, дома у меня тоже могут быть дела, поэтому я иногда буду недоступна. Но если тебе нужно будет срочно поговорить со мной, или тебе будет грозить опасность, то ты знаешь, как ставить на звонки и письма пометки о важности и срочности.

— Да, я знаю.

— Только не злоупотребляй.

Сзади послышался деликатный кашель. София и Шаан обернулись и увидели Венди, которая терпеливо ждала, пока они договорят.

— Шаан, нам уже пора ехать в Сакуру.

— Сейчас, — анаконда снова повернулась к девушке. — Что ж, София, завтра будет новый день, и мы с тобой еще встретимся и поговорим. А сейчас мне еще нужно делать работу.

— Хорошо. До завтра, Шаан.

— До завтра, София.

И развернувшись, Шаан поползла прочь, а Венди, подмигнув Софии, зашагала рядом.

София осталась стоять, и некоторое время смотрела им вслед. Потом вздохнула и побрела обратно к Хаврошке, где ей предстояло ночевать вместе с экипажем машины — военное положение еще никто не отменял, и полагалось пребывать в полной боевой готовности, пока не поступит приказ о завершении операции.

Открытый броневик датианской гвардии перемещался по улицам Датиана. В передней части кузова был установлен пулемет, и солдат армии Содружества стоял за ним, внимательно оглядывая улицу на случай нападения остатков имперских отрядов или бродячей стаи хищников, отчаявшихся настолько, чтобы атаковать армейские подразделения.

В задней части кузова, отделенной от пулеметчика стальной перегородкой, ехали Венди и Шаан. Анаконда занимала практически все пространство, разложив длинный хвост и на полу и на скамейках для десанта. На скамейках оставался лишь один незанятый пятачок, на котором сидела Венди, облокотившись на хвост наги, словно на подушку, и подпирая рукой подбородок. Так они ехали довольно долго, сидя друг напротив друга. Шаан глядела куда-то в сторону, а Венди смотрела на нагу, пытаясь понять, что та чувствует, в каком настроении пребывает.

Поездка оказалась монотонна и скучна, Венди хотелось поговорить, тем более что она искренне беспокоилась за Шаан и за то, что у них сегодня случилось с Кейном.