Мне казалось, что мы пробираемся через этот виноградник вечно. Уже перед самым крематорием, когда я воспрял духом, я увидел новые тела. На самом краю виноградника мешками валялись четверо зараженных, а у стены крематория лежало тело третьего бойца из группы Андреаса. Я даже не помнил его имени. Как будто боец был со страшной силой брошен на стену, и сполз по ней уже не живым. Я даже различил брызги крови на стене там, куда его припечатало. Вокруг валялись стрелянные гильзы, много гильз. Чуть дальше, метрах в десяти вдоль стены, Лука нашел еще одного — это был Джино, человек из группы Штефана. Ему свернули голову, и почему-то на его целое тело с неестественно вывернутой головой смотреть было страшнее всего.
Я подобрал валяющийся тут же автомат, машинально отстегнул магазин — пустой. Положил автомат на землю, пустым он мне не нужен. Сейчас нужно достать документы с тел, и отнести их на базу, но я просто не мог заставить себя это сделать. Меня как будто заморозило на месте. Я смог обыскать Андреаса, смерть которого меня поразила, и не мог приблизиться к этим ребятам, которых я знал максимум по именам…
— Пошли. — зашипел мне Лука, потянув меня за рукав
— Мне нужно забрать их документы. Это мои бойцы. — ответил я, но так и не смог пошевелиться.
— Давай я заберу. Скажи где искать. — неожиданно предложил Лука, как будто понимая, что я не могу двинуться.
— Нет. Я сам. — мне нужно это сделать самому. Ну же!
Но помогло мне не самовнушение, а шевельнувшаяся в голове красная сирена. Она совсем неярко мигнула, и я понял — опасность пока слабая, далеко. Вроде даже уловил, что она исходит из того самого замка, чтобы он сгорел со всеми телами, которые остались там…
Этот красный сигнал вывел меня из ступора. Я метнулся к телу бойца из группы Андреаса, быстро достал из внутреннего кармана документы. Подбежал к Джино, вытащил и его карточки. Выдернул из его кобуры пистолет, из разгрузки три обоймы. Повернулся к Лее:
— Бери.
Она отрицательно качнула головой, ничего не сказав. Что-то хотел сказать Лука, но я остановил его жестом. Сигнал в голове потеплел, и стал чуть краснее. На нас наводятся? Или совпадение?
— Я чувствую опасность. И это не интуиция. На нас скорее всего нападут, и мне все равно, умеешь ли ты стрелять, или нет. А вот что мне не всё равно, так это тот факт, что мне хотелось бы, чтобы ты смогла защитить если не меня, так хотя бы себя и своего сына. Понимаешь? Или вот так вот закончить лучше? — и я показал рукой на тело лежащего рядом бойца.
Лея буквально вырвала пистолет из моих рук, глянув на меня с неприкрытой злостью в глазах. Все она поняла без перевода. Я прислушался к себе: сигнал немного, но увеличивался. Еще не совсем плохо, но я и не хотел ждать, пока наступит совсем.
— Бежим к машине. У нас пока есть время, но его мало. К нам что-то приближается.
Я ничего не стал больше объяснять, и просто побежал вдоль стены крематория. На бегу молясь всем богам, в которых я не верил, чтобы машина наша оказалась на месте. Потому как плана что делать, если машины там не окажется, у меня просто не было. Мне пришлось сбросить скорость под мостом, на том самом месте, где мы вчера готовились напасть на замок. Голова дико разболелась, грозя лопнуть при каждом шаге. Слишком быстро я уверовал в свое быстрое восстановление после травм. Мои спутники бежали легко, почти не запыхавшись, в отличии от меня. Так, насколько я помню, отсюда до машин совсем немного, метров пятьсот. Ну пусть нам еще немножко повезет…
Как медленно я не бежал, но искомый тупичок я пропустил, просто пробежав мимо. И в основном оттого, что пытался сконцентрироваться на своей сирене в голове, которая предупреждала меня, что опасность все ближе, куда ближе чем мне хотелось бы. Моя неунимающаяся головная боль всячески препятствовала концентрации, потому я бежал на автопилоте, улавливая легкие шаги моей небольшой команды за собственной спиной. Пришлось развернуться, и топать обратно, внимательно глядя по сторонам, и мучительно осознавая, что вот сейчас я на самом деле иду навстречу врагу.
Со второго раза я опознал правильный поворот, метнулся в узкую улочку, и через секунд десять выдохнул с облегчением: машина была на месте. Причем на месте была одна машина, и мне очень хотелось верить, что на второй уехали наши. Хотя бы кто-то из наших. Я подбежал к переднему левому колесу, залез рукой под крыло, и нащупал ключ, спрятанный в условленном месте.
— По местам, держим оружие наготове! — бодро скомандовал я, открывая машину, и залетая на водительское место. Мне бы лучше быть стрелком, но я не знаю, водит ли машину Лея, и выяснять это сейчас просто нет времени, если верить моей внутренней сирене.
— Вы оба, опустите стекла вниз, чтобы стрелять удобнее было.
Оба послушались: и мать, севшая впереди, рядом со мной, и сын, устроившийся на заднем сидении. Я повернул ключ в замке, мотор зарычал сразу же легко и сильно, и я тронулся с места. Уже перед выездом на дорогу опасность полыхнула слева, и даже зажмурился, выворачивая вправо и стараясь сразу ускориться. В мою дверь с грохотом влетело какое-то тело, но даже от такого удара наша бронированная машина лишь чуть качнулась.
Я вжал педаль газа в пол, выравнивая машину на дороге, и быстро глянул в зеркало заднего вида — один мутант как раз поднимался с асфальта, но не стал выпрямляться полностью, вместо этого в некоей полуобезьяньей позе резво помчался за нами. Я понимал, что даже мутанту за джипом вряд ли угнаться, и перевел взгляд на другого монстра, остановившегося на середине дороги. На этом были грязные остатки одежды, но привлекли мое внимание не они, а пистолет, который зараженный поднял, нацелил на нас, и выстрелил раз пять подряд. Я от неожиданности чуть не слетел в заросли на обочине, вильнув рулем, и лишь с большим трудом выровняв наш разгоняющийся транспорт. Ни одна пуля в нас не попала, но черт побери, что это за фигня⁇ Мутанты, стреляющие из оружия? Серьезно⁇ Мурашки исполнили несколько кругов по моей коже, пока я представлял себе, что этот новый факт может означать для людей.
Как я и предполагал, погнавшийся за нами мутант достаточно быстро от нас отстал, и стрелять моим спутникам не пришлось. Да и не думаю, что пистолетные пули, даже попади мои «стрелки» из движущейся машине по движущемуся мутанту, смогли бы причинить ему серьезный урон. Такие твари держат даже несколько автоматных пуль, умирая очень неохотно.
— Все целы?
— Да. — ответил Лука с заднего сидения.
Я бросил вопросительный взгляд на Лею, и она кивнула головой. Пистолет она из рук не выпускала, и мне показалось, что руки ее дрожали. Ну да, встреча с такими мутантами приятной являться никак не может.
— Машин было две, если одна уехала, то значит кто-то из моих бойцов жив. Если бы машины нашли враги, или бандиты, то скорее всего забрали бы обе. Ну или испортили бы одну оставшуюся. Ну вот, а вы говорили, что не выжил никто. Сейчас доберемся до Центра, и там сможем хотя бы выдохнуть. Там мы будем в относительной безопасности. Вам понравится.
Меня отпускал адреналин, выливая из меня на отходняке поток слов. Вместе с угасающим в голове сигналом тревоги ко мне возвращался оптимизм. В черноте трагедий вчерашнего дня проступали светлые пятна: как ни крути, но передовая база пыльников уничтожена. Куча бандитов явно погибла, пусть и не от наших пуль. Кто-то из моих ребят выжил. Я неожиданно встретил новых старых знакомых. Сам остался жив, чудом — уже устал благодарить свою удачу за это. В общем, еще посмотрим, кто это сражение выиграл. И только смерть Андреаса и других, последовавших за мной в рейд бойцов, продолжала сжимать часть сердца черной удавкой. После потери Ани, а затем Джонни, я был уверен, что та часть моей души, которая плачет и горюет по потерям, умерла насовсем. А вот оказалось, что нет. Странно, ведь Андреас мне не был настоящим другом. Просто верным и надежным бойцом, на которого я мог положиться наверное даже больше, чем на самого себя.
