Когда нам доставляют пойманных зараженных, я никак не могу отделаться от мысли, что это — люди. Не животные, а люди. Я вдалбливаю себе, что они раньше были людьми, ип больше ими не являются, но… И постоянные мантры и монологи о спасении и благих целях тоже не помогают.
Надо быть сильнее, и идти вперед. Мы все равно уже так глубоко в дерьме, что полметра глубже или мельче уже ничего для нас не решит. Боже, как бы я хотел получить хоть толику веры Михаэля в то, что мы сможем если не лечить это заражение, то хотя бы предотвращать его. Наш Босс в это верит. Иначе, полагаю, мы были бы ему не нужны. Он не дьявол, конечно, но явно из персон, к дьяволу приближенных. Надеюсь, он не прочтет этот дневник при моей жизни…'
— Посмотри вперед. Те трое что-то заметили. — еле слышно прошипел Штефан.
Я глянул на нашу троицу, и увидел, что они насторожились. Все трое присели на колено, но сидели при этом боком к нам, всматриваясь куда-то в невидимый нам отсюда лес. Тех зараженных, которых засекли мы, они пока не увидели. Я глянул на часы — три часа двадцать минут. Сейчас еще и волна пойдет…
— Штефан, если те трое начнут стрельбу, нам нужно валить и «своих» зараженных, и тех троих. Если вокруг близко есть еще бандиты, то они не поймут, что это мы стреляли. Слишком близко, не различить.
— Да это понятно. Пережить бы волну… — сказал Штефан, и тут нас накрыло.
Когда я смог открыть глаза, то сначала подумал, что у меня открылась моя рана на голове — картинка в глазах была вся в красных тонах. Только потом я смекнул, что это мои глаза меня подводят. Я с трудом перевел взгляд на Штефена, и с нескрываемой радостью увидел, что он трясет головой, пытаясь разогнать туман в своих глазах. Нас не вырубило, не превратило, ура. Так, ура-то конечно ура, но нас сейчас начнут пытаться убить. Я повернул голову назад, причем сделал это чуть не со скрипом, как на заржавевшем шарнире, и глянул на зараженных. Все трое зараженных застыли неподвижными телами на земле, попадав кто как. Что это? Их убило? Выключило? У меня аж туман перед глазами рассеялся до светло-розового цвета. А что наши соперники впереди?
Троица впереди тоже очухивалась, причем, к сожалению, тоже вроде в полном составе. Я был бы не против, если бы их всех это излучение отключило. Или они на тех самых таблетках, о существовании которых мы подозреваем, и их «не берет»? Когда трое впереди поднялись с земли, а Штефан пришел в себя настолько, что смог снова взять в руки выпавший автомат, радар в моей голове вспыхнул алым.
В это же время патруль пыльников впереди открыл огонь по целям, которых мы не видели. Причем я успел отметить, что стреляли они хоть и плотно, но грамотно: короткими и средними очередями, прикрывая перезаряжающегося партнера. Я развернулся на спину, глянул на «наших» зараженных, и оцепенел — все трое поднялись с земли, и бежали в нашу сторону. Ну, то есть бежали они скорее всего в сторону бандитов, но нас это никак не спасало. Я рывком поднялся, сел на колено, и первой короткой очередью срезал первого бегущего зараженного. Ага, теперь они заметили нас, и еще больше ускорились. Что было намного неприятнее — откуда-то выскочили еще двое несвежих зараженных, и тоже кинулись к нам, обниматься. Они были уже метрах в тридцати — сорока, когда ко мне присоединился Штефан, и вдвоем мы быстро помножили на ноль всех нападавших, не дав им добраться до нас.
Я сразу понял, что стрельба со стороны патруля все никак не смолкает, и повернулся к той троице, которую ненадолго выпустил из вида. Горячий сильный удар в плечо уронил меня на землю. Я схватился за левое плечо, и сразу почувствовал кровь между пальцев. Черт, в меня попали! Удивительно, но боль прошла почти сразу, осталось только ноюще-обжигающее ощущение. Левая рука слушалась меня с трудом, но достаточно для того, чтобы я смог ухватиться за цевье автомата, уперев его магазином в землю. Так, бандиты заметили нас, и теперь стреляли в обе стороны. Пули засвистели совсем рядом, Штефан упал, но его вроде не задело.
Я приподнял голову над травой, чтобы хоть как-то рассмотреть, как там дела у пыльников. Черт, они ушли с открытого места, но недалеко — их силуэты активно мелькали за ветвями, а вот стрельбы с их стороны практически прекратилась, сменившись какой-то возней и криками. Почему они не залегли? И тут я понял.
— Штефан, они там в рукопашную походу дерутся! Нужно не дать им уйти, а то они расскажут своим о нас!
Мы со Штефаном одновременно открыли огонь по тому месту, где шла частично скрытая листвой неведомая нам борьба.
— Пустой! — я повернул автомат на бок, отщелкнул магазин, правой рукой вытащил из разгрузки новый, защелкнул и дернул затвор. — Готов!
— Перезаряжаю! — тут же откликнулся Штефан, но я огонь открывать не спешил.
Мельтешение в кустах прекратилось. Ушли все же? Или залегли? Я постарался вжаться в землю, представляя, как меня выцеливает сейчас невидимый мне стрелок, и тут заросли впереди нас дернулись, пошатнулись, и из них выскочил мутант. Он на секунду замер, отыскивая нас взглядом, и я смог его хорошенько рассмотреть: размером с нормального человека, с совершенно лысой головой. Какие-то невнятные остатки одежды на нем. Весь покрыт кровью, то ли своей, то ли чужой. И в довершении картинки — торчащий из его бедра нож. Монстр взялся за нож, с усилием выдернул его из бедра, и глянул на него. И вот тут я начал стрелять.
Первые пули то ли прошли мимо, то ли не причинили мутанту ощутимого вреда. Он пригнулся, и побежал в нашу сторону, странно рыская по пути. От того, что он не бежал прямо, я чаще промахивался, чем попадал, но чем ближе подбегал мутант, тем больше я попадал. Когда монстр был метрах в тридцати от нас, его встретил длинной очередью Штефан, и мутант упал на землю, споткнувшись. Он тут же встал, но теперь уже я уронил его вниз, на спину, несколькими точными попаданиями. Тело перед нами дернулось, поскребло руками по траве, и затихло.
Не успел я перевести дух, как сигнал в голове завопил об опасности сзади. Я крутанулся на спину, и успел выстрелить короткой очередью в кинувшегося на нас зараженного. С пяти метров промахнуться было сложнее, чем попасть, и я не промахнулся — психа отбросило в сторону, но тут же второй прыгнул на Штефана. Я уронил автомат на землю, и выдернул из кобуры пистолет. Штефан сумел скинуть с себя психа, и добил его очередью в упор, не вставая с земли.
Я только приподнялся, как еще один зараженный метнулся ко мне. Единственное, что я сумел сделать — снова упасть на спину. Атаковавший меня явно этого не ожидал, и вместо того, чтобы ударить меня по голове зажатым в руке камнем, он просто свалился сверху, обдав меня волной вони. Прежде, чем он опомнился, я приставил к его животу снизу пистолет, и трижды выстрелил. Пули подбросили обмякшее враз тело, и вонь зараженного разбавилась кислым запахом пороха. Рукой с пистолетом я спихнул с себя тело монстра, и снова сел. Сигнал в голове услужливо подсказал — слева, близко!
Я обернулся как по указателю, и встретил бегущего к нам психа несколькими выстрелами, один из которых попал ему в лицо, опрокинув тело навзничь. Так, где еще? Сигнал немного утих, потом опять вспыхнул, теперь справа. Я крутанулся на месте, разворачиваясь, и пытаясь понять, сколько у меня еще пуль в пистолете, но нападавшего свалил Штефан, отбросив затем свой пустой автомат и тоже достав пистолет. Все, мой радар сразу померк. Опасность есть, но не близко, и не прямая.
— Пока спокойно, давай перезаряжаемся скорее, и уходим.
Штефан посмотрел на меня безумными глазами, он был всё ещё весь в горячке боя. Он тоже, как и я, был неслабо перепачкан кровью, причем скорее всего — чужой.
— Давай скорее, пока тихо, поверь мне! Я их чувствую, когда они рядом. Потом объясню!
Мой напарник меня явно не понял, но увидев, как я начал перезаряжаться, последовал моему примеру. Так, сперва подобранный с земли автомат. Пустой магазин в разгрузку, патроны есть, если будет пауза, то набьем его. Полный магазин на место, затвор. Готово. Теперь пистолет: обойму долой, там еще есть патроны, пока не важно, сколько. Полупустую в подсумок, полную защелкнуть, затвор на место. Пистолет — в кобуру. Я поймал себя на мысли, что действую относительно спокойно, хотя наша обстановка к этому мягко говоря не располагала. С чего бы это во мне коммандос проснулся? Или это побочка от моего умения регенерации ран? Кстати, о ранах…
