— Это правда, — закивал Лоу, — Они всегда забирают своих. Хотя я не слышал, что нам удавалось достать хоть кого-то из русских офицеров… Но что там было?
— Пакет документов, — Огинский бросил на стол несколько стопок бумаг. — Вот оригинал на русском, и я взял на себя смелость сделать несколько переводов, чтобы вам было удобнее посмотреть. Сразу добавлю: то, что там написано, очень похоже на то, чего бы я сам ждал от такого генерала, как Макаров.
— Вы отдаете такие документы просто так? — в отличие от всех остальных, сразу погрузившихся в чтение, мэр Шмитц пристально посмотрел на Огинского.
— Была мысль продать, — тот ни капли не смутился, — но я подумал, что, помогая вам отразить это вторжение, я в итоге получу гораздо больше. Вы же знаете, мое дело не война, а мир и торговля. Я верю в них, а еще в то, что благодарность правильных людей стоит дороже золота.
— Очень верное решение, — Шмитц одобрительно кивнул и после этого тоже сосредоточился на бумагах.
— Значит, — Маккаски минут за десять уловил основную суть, — русские были только отвлекающим маневром. То, что они взяли Вальехо — это даже выход за пределы планов, а основного удара надо ждать со стороны японцев. Что ж… Если нам не нужно будет держать крупные силы у Карквинеса, то это сильно упростит задачу. Можно будет выделить больше сил и орудий ветеранам Фицбурга Ли.
Обсуждение свернуло в сторону открывающихся перспектив. И что особенно понравилось мирной администрации города, теперь основные силы собирались ближе к побережью, защищая в том числе их самих. Отношение к Огинскому, сначала принятому с заметным недоверием, сразу стало лучше. И даже его очередные предупреждения — мол, совсем уж ослаблять оборону у пролива не стоит, русские потому и русские, что могут сработать не по плану — особо не испортили никому настроения.
— Мистер Ногинский, вы такой перестраховщик, но я рад, что вы с нами, — мэр Шмитц даже нашел еще одну бутылку хорошего виски и предложил закрепить столь удачное знакомство.
Сам же Алексей Алексеевич в этот момент больше думал об услышанном здесь имени. Фицбург Ли — кажется, это родственник того самого генерала времен гражданской. Не прямой, но все же. Разведчик в свое время выходил еще на одного с такой же фамилией, но тот оказался обычным портовым рабочим, а этот, получается, сумел проявить себя настоящим лидером. А еще опасным врагом, но в то же время и возможным союзником.
Все зависело от того, как получится при случае выстроить знакомство.
* * *
— Миссис Такамори? — девушку встретили за крепким дубовым столом, стоящим посреди пустой палатки.
Кажется, глупость, когда под боком почти целый город, но на самом деле очень умный ход. В городе наступающие японцы давно бы уже накрыли штаб сопротивления, а так… Расстояние было гораздо более надежной защитой, чем любые каменные стены. Казуэ оценила.
— Мисс, — поправила она сидящего за столом мужчину. — А вы? Мистер Фицбург Ли?
Глава 19
— Так чего вы хотите, мисс Такамори? — возглавивший сопротивление города Сан-Хосе Томас Фицбург Ли внимательно смотрел на Казуэ.
Казуэ смотрела на старика с двойной фамилией и думала… Этот бывший конфедерат воевал совершенно не по-современному. Никаких маневров, никаких попыток создать преимущество в огневой мощи — он и его люди просто вставали и стояли насмерть. Прием, который, если правильно исполнить, невозможно испортить.
— Слышала, вам решили отправить подкрепления из Контра-Коста и Окленда? — девушка ответила вопросом на вопрос. Неприлично, но она собиралась выстроить этот разговор так, как было нужно только ей.
— Глупцы, — старик покачал головой. — Суетятся вместо того, чтобы сражаться.
— Суетятся?
— Лично мне кажется, что это вы их как-то спровоцировали. Надо же, начали переброску сил. Людей и так нет, а они собираются потратить несколько дней на дорогу. Им же до нас почти тридцать миль. Вышли сегодня, а пришли через два дня. Или три. Или… Возможно, уже и никогда. Или в никуда.
Стало понятно, что о смерти он все-таки думает. Вот только не боится, а просто расстроен, что она может помешать довести дело до конца.
— А вы заметили, что раньше против вас были броневики, а теперь только пехота? — задала новый вопрос Казуэ.
— Машины поехали дальше?
— Да, вас было проще блокировать, чем захватить или уничтожить.
— Кстати, в последние несколько часов вы начали брать моих людей в плен. А потом отпускать. С одним-единственным сообщением — предложением об этой встрече. Так, может, вернемся к тому, с чего мы и начинали? Чего вы хотите, мисс Такамори?
— Еще дойдем, — японка отмахнулась, и старый американец побагровел. Ему потребовалась вся его сила воли, чтобы сдержаться при виде такого неуважения от азиатки. Еще и женщины. — Тут важнее другой вопрос. А чего вы хотите, двоюродный племянник генерала Ли?
— Двоюродный племянник — так себе линия родства. Стоит ли обращать на такое внимание?
— Если бы не стоило, вы бы не возглавляли ветеранские организации Сан-Франциско. А если бы делали это плохо или без души, то за вами не пошли бы гвардия, полиция и молодежь. Мы ведь видим, кого убиваем. И кто ведет их в бой.
— Не стоит шутить смертями хороших людей.
— За тем я и здесь, чтобы хорошие люди получили что-то получше смерти.
— Сдаваться? Лучше умереть.
— А снова стать Конфедерацией? Разве это не возрождение вашей же старой мечты? Того, за что сражался ваш дядя, вся ваша семья. Да, на этот раз придется принять помощь со стороны, но и нам не выстоять без поддержки от вас.
— Не интересно, — старик не стал ничего объяснять.
— А если ваш город сохранит самостоятельность? Город-республика, самостоятельный субъект в составе союза… Нет, союз — плохое слово, — Казуэ вызывающе улыбнулась, глядя, как скривилось лицо старика. Еще бы, ведь именно под этим названием конфедератов громили сорок лет назад.
— И кто будет во главе? Прощелыга Шмитц? Или сразу «Грязные Руки» Эйб? Если в составе Штатов у нас всегдабыла надежда, что любого местного босса можно укоротить на выборах…
— На выборах? Где все куплено? Не смешите.
— Хорошо! На выборах, но когда Вашингтону станет важно навести тут порядок. И такое время регулярно приходит. А если мы согласимся на это предложение, то фактически посадим их себе на шею на всю жизнь.
— Вам не так долго осталось.
— Женщина! Ты пришла оскорблять меня или договариваться?
— Договариваться. А как насчет человека со стороны?
— Желтолицего? — старик сам попробовал оскорбить Казуэ, но та даже бровью не повела.
— Почему нет? У меня, кстати, есть брат. Древняя, благородная кровь.
— У нас в Америке плевать на ее выдержку. И ВАС никто не примет.
— А если не совсем одного из нас? — Казуэ почувствовала, что поймала нужный момент.
Когда старик показал, что сам бы хотел найти выход. Когда впервые честно озвучил, почему так упрямо идет до конца.
— И кого вы имеете в виду?
— Что вы слышали о генерале Макарове? — девушка откинулась на спинку стула и впервые с начала разговора расслабилась.
Нужное имя прозвучало, и старик, скинув все раздражение лично на нее, теперь на самом деле думает. Как он правильно сказал, владелец Сан-Франциско фактически станет королем города, а одному генералу совсем не помешала бы даже такая, с душком республики, корона. Для поднятия статуса. А то граф — это, конечно, лучше, чем генерал, но маловато… Маловато для принцессы, которой бы совсем не помешал защитник, чтобы удержать в руках все, что получилось собрать. И еще получится.
* * *
Петр Николаевич Врангель был в корне не согласен с решением Макарова дать американцам оттянуться навстречу японцам. С одной стороны, ослабить врага перед собой — это хорошо, с другой, подставить товарища — что может быть хуже? Единственным выходом из ситуации Врангелю виделся успех их ночной операции.
