— Все, как вы просили, — Иноуэ чопорно кивнул. — Университет окружили, но задерживать кого-то или мешать работе не стали.
— Прекрасно. И сколько осталось еще пройти, чтобы окончательно зачистить Сан-Франциско?
— От наших передовых позиций до форта Пойнт около тридцати километров. Сейчас мы замедляемся только для того, чтобы избежать лишних потерь, но даже в самом крайнем случае еще неделя, и город будет взят.
Я кивнул: оценка выглядела реалистично. Рывок Буденного на север обезопасил нам тылы, форты Бейкер и Алькатрас мы без лишнего шума взяли ночным десантом. Все-таки гарнизоны в 300–400 человек без тылов не могут обеспечить нормальной защиты. Люди выдыхаются, устают, начинают допускать ошибки — и в итоге мы обошлись практически без жертв.
— Вы же все равно не можете использовать все силы при атаке на Сан-Франциско? Даже с учетом ротаций?
— Все верно.
— Тогда выделите, сколько сможете, для зачистки побережья на юге прямо сейчас. Нужно взять Лос-Анджелес и зачистить территорию до наших мексиканских владений. И, конечно, железные дороги на восток…
Моя главная головная боль в последнее время. Повезло, что американцы пока направляли все свои усилия по борьбе с нами сразу на район Сан-Франциско. Но, вообще, у них было еще целых два маршрута к нам в тыл, которые мы пока не контролировали. Дороги из Лос-Анджелеса на восток через Пасадену к Сан-Бернардино и дальше к Аризоне и Неваде, а также кружной маршрут через Корону, пустыню Мохаве и дальше опять же в Аризону и Техас. Если наш противник оседлает эти железные дороги и отрежет нас крупными силами от Мексики, будет не очень приятно.
Проклятье! Из-за того, что мы не решили вопросы с безопасностью, приходилось сдерживаться по другим направлениям. А так-то я бы не отказался расширить зону контроля возле Сакраменто. Там ведь есть не только захваченный в плен губернатор, но еще и золотые шахты, Кеннеди и Эмпайер. Да и железо тоже добывают. Не так много, как в Пенсильвании или Огайо, но наши основные нужды закрыть можно. Вот в такие моменты и становилось очевидным, что даже пятьдесят тысяч солдат — это не решение всех проблем. Нужно больше! Не золота, людей! Люди — вот основная ценность!
— Да, вы передавали по радио, и мы уже начали готовить два полка, которые поведет генерал Хасэгава. Также мы получили контакты от господина Огинского, которые помогут провести захват нефтяных месторождений без лишних разрушений.
Я снова кивнул: уверенный тон и наличие своих людей во вражеском тылу внушали надежду, что все будет хорошо. Главное, чтобы никто не сотворил чего-нибудь странного, что вынудит наших врагов ускорить темп… Я опять поймал хитрый взгляд Казуэ и, не выдержав, сразу же после завершения ставки отвел ее в сторону.
— Что вы сделали? — прямо спросил я, глядя в черные смеющиеся глаза. — Это ведь как-то связано с конфедератами? Слышал, это вы организовали с ними переговоры и даже убедили отойти в сторону без каких-то явных уступок с нашей стороны.
— Я предложила им только то, чего они хотели.
— Давайте без игр, — я вздохнул. При всей пользе от Казуэ иногда с ней бывало довольно сложно общаться.
* * *
— Вы слышали про генерала Ли, командующего войсками Конфедерации во время Гражданской войны? — Казуэ распахнула глаза пошире. Макарова было сложно направить в нужную сторону, но он тоже был мужчиной, и некоторые женские чары пробивались даже сквозь его броню.
— Да, вы вышли на его потомка. Мэр Шмитц был очень доволен его успехами и собирался пойти на огромные уступки для движения ветеранов. Но Томас Фицджеральд Ли, несмотря на точно полученное им письмо, все равно исчез и перестал выходить на связь. Поэтому я хочу знать, что именно вы ему предложили.
Казуэ мысленно поморщилась. Именно поэтому с Макаровым было сложно: он был готов даже к случайным разговорам и никогда не полагался на информацию только из одного источника. С другой стороны, чем сложнее, тем интереснее.
— Я помню обсуждения будущего устройства Калифорнии и тот проект для привлечения местных элит, который вы предлагали и от которого князь Ито так категорически отказался. Города-республики, самостоятельные объекты, которые смогут вести политику отдельно от окружающих их земель. Включая право на выбор своих собственных представителей в городскую управу.
— Вы тогда поддержали князя, — напомнил Макаров.
— А сейчас я решила поддержать вас. Иноуэ дал мне полномочия для переговоров, так что против уже не будет. Если вы согласитесь, то вот получится и общее решение, — Казуэ улыбнулась, стараясь не думать, что этот же удар поможет и ей самой упрочить позиции, в свою очередь ослабив авторитет князя Ито, который в последнее время стал уж слишком много недоговаривать.
— И Томас Ли на это не согласился, — Макаров не спрашивал, а утверждал. Но откуда он мог знать? — Что еще вы предложили?
— С чего вы решили, что он не согласился? — Казуэ попробовала вернуть инициативу.
— Иначе вы бы не стали ждать меня, — генерал пожал плечами. — Так что вы пообещали ему от моего имени?
— Городу понадобится не только совет, Сан-Франциско будет нужен глава. Не японец, белый, успешный, богатый — за кем смогли бы пойти и местные промышленники с землевладельцами, и кому одновременно могли бы доверять мы, сацумцы. И у меня была только одна такая кандидатура. Вы же не откажетесь? Мы, если что, даже согласовали предварительный титул и статус. Как у вас на родине раньше приглашали правителей со стороны, князей, так этот же правовой статус мог бы подойти и в нашем случае.
— Значит, князь? — Макаров задумался.
Казуэ поняла, что, наверно, впервые с того самого дня, как он повязал ее в юкаку Ляояна, она видит его таким сосредоточенным. Даже в бою генерал все решал быстрее, но это и правильнее… Там-то варианты все-таки ограничены, а тут — политика, которая может пройтись эхом по всему земному шару и вернуться неудержимым цунами.
— У меня будут условия, — наконец, решил Макаров. — Вызовите этого конфедерата на разговор.
И непонятно в итоге, согласился он или нет. Раздражает!
— Он, скорее всего, не захочет ехать к нам до…
— Поздно. Они уже сдали все, что можно — так им и передайте. Так что все уступки с нашей стороны — это исключительно жест доброй воли.
— Я передам.
— Буду ждать его тут до завтра. И заранее предупредите, что количество голосов в совете, что у будут у него и его сторонников, будет зависеть от того, сколько людей он приведет.
Не успела Казуэ ответить, как к Макару подскочил Чернов и, даже не глядя на нее, что-то быстро зашептал. Чуткое ухо уловило только несколько слов. Дочь, Сакраменто, переговоры… Слишком много вариантов, что могло бы за этим стоять. Но Макаров нахмурился, потом улыбнулся и, наконец, повернулся к ней.
— У вас будет время не до завтра, а до вечера.
Казуэ тихо зарычала про себя — вот хотела построить Макарова, а в итоге почему-то гоняют именно ее — но в итоге кивнула. Времени действительно было мало: если она не хотела запороть начатую интригу, надо было поторопиться. А до новой тайны она еще обязательно доберется.
Глава 21
Томас Фицбург Ли ехал по русскому лагерю и невольно сравнивал то, как у них все устроено сейчас, с тем, как оно было раньше. И разница бросалась в глаза. Лавки открыты, но людей меньше. Железные дороги забиты, но не пассажирскими вагонами, а грузовыми. И в то же время — Томас помнил рассказы дяди о том, как все закрутилось во время Гражданской. Тогда стоило войне прийти в город, и жизнь замирала. А тут наоборот, по-своему, но шла вперед!
Томас умел замечать детали, и он видел, как прямо во время обстрелов русские подвозят оборудование и вдобавок к старым запускают десятки новых заводских площадок. Пока под открытым небом, но прямо вокруг них росли стены, подводились кабели электрических проводов, строились дороги. Словно пришельцы меняли мир вокруг себя, как в «Войне миров» Герберта Уэллса. Немного страшно: книге всего семь лет, а вот, недавняя фантазия уже становится реальностью.
