— Да, тише, ты пугаешь нашего гостя, — сказал я.
Стиратель действительно вжался в диван, будто на него собирались напасть.
Я вспомнил первые дни с Красноглазкой. Она сама за мной бегала в доме. Этот по идее тоже должен…
— Кстати, к кому он привязан? — спросил я.
— Ко мне, — ответила Таня.
Я кивнул.
— Живой-таки, некромантушка! — обрадовалась Маруслава и на эмоциях спросоня обняла перепуганного стирателя.
Тот сперва дёрнулся, но атаковать не стал и позволил себя обнять. Только выражение лица у него было шокированным.
— Ты извини, мы тебя посменно дней пять уже стережём и пытаемся вытащить с того света, — сказала Тень. — Полярис, он нас понимает?
— Красноглазка понимала, но не сильно.
Поняв, что Маруслава не собирается его душить, стиратель расслабился, но выглядел всё равно так, будто его парализовало. Будто перепуганный дворовой кот на руках у любвеобильного ребёнка.
— Не волнуйся, — мягко сказал я. — Мы все друзья и не желаем тебе ничего плохого. Ты понимаешь меня?
— Ахао… ауа… — попытался он что-то сказать.
— Тогда хорошо. Чай будешь?.. Или тебе лучше кефиру какого-то. Красноглазка начинала знакомство с миром с кисломолочки. Наверное, я в магаз, пройдусь.
— Я с тобой! — одновременно произнесли обе девушки. Затем посмотрели друг на друга.
— Да хоть обе, если так хотите, а я тут посижу. Я бы лучше чайку выпил. Может, и вам чего сварганю перекусить…
Таня включила советскую электроплитку и положила на неё руку.
— Электричество есть, — сказала она.
— А чего бы ему не быть, — усмехнулся я. — В моём ламповом две тысячи седьмом не было отключений как во времена апокалипсиса.
Тень улыбнулась.
— Кажется, можно выдохнуть. Нормальная жизнь возвращается.
— Именно так, — кивнул я. — Теперь записывайте, что купить… — я задумался. — Как насчёт плова? И купите у какой-нибудь бабушки банку маринованных грибов… ещё чеснок, лук, рис вроде был, приправы я тоже покупал…
Когда девушки ушли, я упал на второй диван, где спала Маруслава, и ещё раз смерил взглядом застывшего стирателя. Тот смотрел на меня внимательным чёрным глазом, пока серый продолжал метаться по теплице.
— Не знаю, понимаешь ли ты меня, и насколько, но ты был при смерти. Я вытащил тебя с поля боя и вернул самосознание. Кто ты такой, я понятия не имею. Кто-то не из нашего мира. Надеюсь, наша дружба будет плодотворной.
Он ничего не ответил. А я достал телефон из кармана и присвистнул.
Мда…
Миша явно без меня скучал. Куча пропущенных, куча сообщений…
Михаил: Полярис, ты там?
Михаил: неспы!!
Михаил: твой Мару не в себе! Ты где, жрец, можешь его успокоить?
Михаил: здесь стиратели. ты жив?
Ещё были пропущенные вызовы. Затем долгая пауза и…
Михаил: Наверное ты это уже на новом круге получишь. Мы победили:) Так что ты в любом случае молодец. Ещё один шаг в наше Будущее.
Хмм… победили? Значит, Вечные получили то, что хотели? Ту, что в очках они забрать не могли. Некромант у меня. Значит, тот стиратель, что был с непонятными способностями.
Смысла скрываться у меня не было, так что я просто ответил:
Полярис: Поздравляю )) Меня вырубило, так что я не знаю что там у вас было. Но буду рад если просветишь.
Вместо того, чтобы как все нормальные люди просто написать ответ, Михаил решил порадовать меня звонком. Впрочем, в Городе телефоны меня так не раздражали, как в конце нулевого мира.
— Полярис, приветствую! — жизнерадостно начал шеф.
— Взаимно.
— Ты как выбрался? До какого момента помнишь события?
Я задумался. Неприятный вопрос. Думать было лень, и я просто ответил правду:
— Помню, как пошли неспы. Дальше мрак.
Дальше я попал под откат, но самое главное сделать успел. Но об этом говорить уже не стоит.
— Твой Мару пробудился. Только он был одержим хаосом и источал тьму. Досталось и нашим, и их. Мы отступили. Остатки неспов тоже. А потом пришли стиратели.
— Ещё одни?
— Да. Целая армия. Наверное, около тридцати, если не больше.
— Ого! И сколько теперь у нас? — спросил я с удивлением.
— Что? Не неси чушь, против стольких нет ни единого шанса даже если бы выступили все люди в петле. Так что мы просто смотрели издали, как они отрезают алтарь Мару.
— Они с ним сражались?
— Нет, даже не подходили. Стёрли весь район вокруг святилища.
— Весь? Тридцать стирателей — это какого размера кусок Города потерян? — я похолодел от таких новостей.
— Нет, только тот перекрёсток со статуей и окружающие дома. Потери среди людей в пределах допустимого.
Я поморщился.
— Значит они всё-таки есть…
— Это война, Полярис. Беспредельщики уже несколько раз нас едва не уничтожили. А впереди круг с огромным эхо. Возможно, неспы будут заодно с хаосом.
Вообще, я и сам об этом думал, ведь у меня была ниточка связи между ними. История Вечного Литавра. Так что мыслил Миша в том же направлении, что и я, даже имея меньше сведений.
И как бы это не звучало жестоко, понять мотивы его я мог. Хоть сам никогда бы не стал так жертвовать людьми. Сколько из них были настоящими? Да и новые личности вроде большого желания быть стёртыми не испытывали.
— Что за способность хоть? Надеюсь на свою долю.
— Пока сами не знаем, — тон Михаила стал чуть более деловым. — Зона коррекции. Те, кто попал под её влияние, ничего не смогли сказать.
— Но что-то же она делает?
— Работаем над этим. Хочешь быть первым, кто прокачает себе неизвестную характеристику непонятного действия?
Я хмыкнул. Ну да, если дело обстоит так, то можно понять.
— Нет, спасибо. Может чуть позже, как разберётесь.
— Я так и подумал, — весело сказал Миша. — Ну, отдыхай.
— Кстати, есть новости насчёт Литавра?
— Он исчез на поле боя, забрав с собой стирателя. С тех пор его не видели. Ты о том, может ли он ещё раз заглянуть в гости?
— Угу.
— Понятия не имею. Главное, ещё один алтарь не строй.
— Тогда жду инструкцию, что строить вместо него, — ответил я.
— Мы подумаем, — ответил Михаил. — Пока что ты свободен. Хорошая работа.
Я положил трубку и посмотрел на задумчивого некроманта. Надо бы его назвать как-то. Разноглазый как-то тупо звучит. Может, грозный глаз, как в «Поттере»?
Серый глаз застыл на мне. С запозданием за ним перешёл на меня и прищуренный чёрный.
— Может, есть идеи, как тебя называть? Я Полярис.
Он поднял руку и потянул палец в мою сторону. Из него показалась чёрная субстанция, ещё где-то сантиметров на двадцать. Стиратель замер. В чёрном глазу стояла мольба. В сером — сосредоточенность.
В этот момент наконец вернулись девушки. Хлопнула дверь, и он резко отстранился и запрыгнул за диван, оставив на покрывале чёрные следы.
— Только чур не пачкать здесь ничего. Тане потом это отстирывать.
Зашуршали пакеты. Девушки закупились на славу — у каждой в кармане было по большому пакету невесть чего, явно превышающего составленный мной список.
— Это в холодильник не влезет, — сообщил я.
— На нас что-то такой жор напал, будто мы неделю без еды и воды! — воскликнула Маруслава.
— Угу, — смущённо подтвердила Тень.
В ответ мой желудок громко заурчал, давая понять что разделяет их мысли.
Я забрал у Тани протянутый ею пакет, положил на стол и принялся изучать содержимое.
— Так, ну, это тебе, приятель, — сказал я и протянул бутылку вишнёвого йогурта стирателю, а затем добавил пакет сметаны и детский сырок.
Тот застыл с непониманием.
— Еда, — пояснила Таня. — Кушать хочешь? Вот, смотри…
Она раскрыла вторую бутылку йогурта и сделала несколько глотков. Затем выдохнула и вытерла тыльной стороной ладони рот.
Чёрный глаз перевёлся с меня на Таню и обратно. Серый — как прикованный смотрел на бутылку. Я сделал ещё шаг и протянул ему бутылку кисломолочки. Он осторожно повторил действия девушки и понюхал. Затем сделал глоток. Замер, прислушиваясь к своим ощущениям, затем принялся хлестать остаток литровой бутылки залпом.
