Анарион сам не понимал, что с ним происходит и почему слова, словно ему подмешали в напитки какое-то зелье, сами текут рекой. Почему он рассказывает этой незнакомой иномирянке то, что сам старался не произносить даже в мыслях? Было странное чувство. Почему-то именно сейчас осточертело всё держать в себе. Хотелось раскрыть ей душу. Он уже в тот момент знал, что наверняка об этом пожалеет. Но это будет потом.
— Она предрекла, что я погибну в молодом возрасте, так и не взойдя на трон, — поведал Анарион то, что ни разу вслух до этого момента не говорил. — Так что отец давно поставил на мне крест, и вся его надежда — что я произведу потомство быстрее, чем сыграю в ящик.
— Но ведь всё это может быть неправдой! Шарлатанством!
— Вряд ли, ведьма еще ни разу не ошибалась.
— И как вы с этим живете?! — ужаснулась Рейвен.
Принц лишь пожал плечами.
— Привыкаешь. Мы все рано или поздно умрем. Надо делать, что должно, и радоваться тому, что имеем. Сегодня, например, мы все едем в Заповедный лес. Надеюсь, вы не забыли? — резко переменил тему он. — Кареты будут поданы после ужина. Там бесподобно красиво. Уверяю, вы ничего похожего раньше не видели!
* * *
Селена мерила комнату шагами. Было странное ощущение: с одной стороны, она честно сказала Рейвен, что у нее нет настроения прогуливаться в парке. С другой — а какого черта она прилетела на планету, которая ей так интересна, и сидит, как девица в темнице? С каких пор это она стала бояться навязчивых ухажеров?! Ну да, он князь и первый советник, но разве у нее не найдется пары культурных ласковых, чтобы поставить его на место? Тем более он, скорее всего, улетел с королем. Девушка подошла к зеркалу, самокритично себя оглядела и, ничего не исправляя, поспешила вниз. Дворцовый парк большой, но, возможно, ей удастся отыскать подругу.
Однако почти полчаса блуждания по аллеям и тропинкам ни к чему не привели, Рейвен как под землю провалилась. «А может, она тоже не пошла, а вернулась в номер?» — запоздало подумала Селена и уже хотела прекратить свои поиски и вернуться, как обратила внимание на одиноко сидящую в увитой плющом беседке девушку. Вчера в Дамском салоне им с Рейвен представили, пожалуй, весь аэркарасский бомонд. Точнее, почти весь валинорский, так как большинство княжеских семей уже съехались к балу. Запомнить статус и имена всех леди не представлялось возможным, но вот эта блондинка Селене запала в память. Во-первых, она держалась отстраненно от всех щебечущих компаний. Во-вторых, выглядела крайне скромно, и Селене даже показалось, что, несмотря на явное эльфийское происхождение, Вестеле, а именно так звали девушку, в этом «розарии» не место. Кажется, она была княжной.
Селена подошла к беседке и, поздоровавшись на синдарине, спросила:
— Что читаете?
— Ох, — растерялась валинорянка. — Вы вряд ли знаете, это наш эльфийский поэт, — и она повернула к Селене открытую страницу:
— Уж если ты разлюбишь — так теперь,
Теперь, когда весь мир со мной в раздоре.
Будь самой горькой из моих потерь,
Но только не последней каплей горя!
Селена с трудом сдержала совершенно неуместную улыбку. Не вина девушки, что она даже не подозревает: Шекспир был обычным человеком и жил за-а-долго до их появления — эльфов «во плоти».
— Красиво, — просто констатировала она. — Я тоже очень люблю книги. Особенно про путешествия.
— А вы на многих планетах бывали? — вдруг оживилась княжна.
— Ну, пока не особенно, но я надеюсь наверстать!
— И правда больше нигде нет магии?
— Нигде. Но у нас множество технических достижений, которые вы, вероятно, сочли бы магией.
— Да, — словно что-то припоминая, проговорила Вестеле, — Анарион… ой, простите, его высочество мне рассказывал о кино.
— Вы дружны с принцем?
— В какой-то степени. Таких, как его высочество, у нас называют «одинокий волк».
— Так он опасен? — напряглась Селена.
— Для врагов — точно да. Но принц — один из самых порядочных эльфов, которых мне случалось встречать.
— Запомню, что не надо переходить ему дорогу, — засмеялась Селена.
Вестеле лишь слегка улыбнулась в ответ. А потом неожиданно спросила:
— Скажите, а мифические существа, о которых пишут в книгах, на каких-нибудь планетах есть?
— Э… — не сразу поняла Селена. — Вы имеете в виду сфинксов, драконов и так далее? Вот именно в чистом виде не встречала. Но есть очень занимательные особи. Плотоядные растения с меня ростом, например.
И девушка непроизвольно передернула плечами от отвращения.
— А демоны, которые вселяются в людей?
— Ни демонов, ни ангелов, ни… — «эльфов и гномов», чуть не добавила Селена, но вовремя прикусила язык. — Ничего подобного не существует. Во всяком случае, пока.
— А… какие-то существа, которые могут принимать облик других людей?
Селена снова засмеялась.
— Сразу видно, что вы много читаете! Но нет. Таких тоже не существует. Для фильмов обычно людей гримируют специальными костюмами и накладками. А если в обычной жизни кого-то не устраивает его внешность, то можно сделать пластическую операцию.
— Простите, что?
— Ну… вот, допустим, я была бы страшной-престрашной, а захотела бы стать… как вы. В нашем мире я могу пойти в клинику, заплатить значительные деньги и вскоре стать вашей копией. Только таких странных очень мало. Гораздо больше людей правят себе носы… Есть, правда, и те, кто вживляет рога или хвосты, ну… стремясь как-то выделиться.
Селена заметила, как Вестеле побледнела.
— Да вы не думайте, они от этого демонами не становятся, чисто для эпатажа!
— Да нет, мне просто что-то стало душно, — извинилась девушка. — Слишком долго сижу на жаре.
И она встала, уже попрощалась, но потом всё-таки остановилась и спросила:
— А эти люди-перевертыши, их как-то можно опознать?
— По документам. Или по анализу ДНК. Это… такая медицинская процедура. Берут что-то от человека — волосы, ногти или частички с кожи. Но это долго рассказывать.
— Всё равно очень интересно и… познавательно. Спасибо, — и Вестеле собралась уходить, как Селена предложила:
— Давайте я вас провожу, а по дороге и вы меня в кое-чем просветите? Как на Валиноре заключаются браки?
— Обычно просто скрепляется грамота подписями в присутствии свидетелей. Ничего интересного. Хотя… есть и истинный брак. Для него не нужны бумаги. Но его подтверждают только боги. И очень редко. Поэтому в наши дни мало какие пары на это решаются.
Девушки еще проговорили некоторое время, идя по аллее вдоль дворца, и, пожалуй, расстались почти подругами.
…Заповедный лес давно не видел такого количества гуляющих. Из дворца в последний вечер перед балом сюда прибыла целая кавалькада открытых прогулочных колясок. Гости, особенно те, кто ступили на землю священной рощи впервые, в голос охали-ахали и что-то благоговейно лепетали. На самом деле эта красота трогала и сердце Анариона, хотя он и был здесь бессчетное множество раз.
Естественная «подсветка» леса изумила и иномирян. Они очень хотели запечатлеть эту красоту, но закон есть закон — на территории Валинора строжайше запрещена любая съемка. Это придумал не принц и даже не его отец. Закон этот появился еще тогда, когда Валинор спустя десятилетия снова стал принимать некоторые корабли. Анарион понимал необходимость этих мер, хотя ему и жаль было отказывать. Гости, может, впервые из всех «пришельцев», вызывали в нем симпатию. Особенно тяжело было сказать «нет», когда о съемке спросила она.
Принц так долго стремился контролировать свои чувства, день за днем, год за годом, а сейчас как будто пробило плотину. Все вокруг веселились и восторгались лесом, и лишь он не мог отвести глаз от Рейвен. Анарион видел, как муж ее нежно обнимает и что-то шепчет на ухо и как она смеется в ответ и счастливо льнет к нему. Это оказалось реально больно, и горечь ощущалась вполне физически. Он не подозревал, что судьба ему может вот так внезапно снова поставить подножку. Не ожидал и, пожалуй, сам был потрясен таким всплеском эмоций. Но о нескольких часах украденного счастья всё равно не жалел.
