- Кхм, слишком много нежности, - Германика не могла не вставить свои три медяшки. - Потом поворкуете. Катарина уже связана кровной клятвой, верно?
- Мэдчен ван Ретт благородная и разумная девушка, - спокойно произнес Альтгар. - Единственная причина, по которой я взял с нее клятву, это обещание, данное его величеству.
Катти, чтобы успокоиться, встала и взялась за чайник. С тростью это было крайне неудобно, но до странности умиротворяюще. Только разлив чай и выставив чашки на стол, она вернулась в кресло и спросила:
- Как ко мне могло попасть письмо?
- Это просто, - развел руками Альтгар. - На третьем этаже есть закрытое помещение, там сидит прослушивающий ваши комнаты человек и стоит восемь стеклянных столов. У каждого имя. Чтобы послать тебе письмо, достаточно просто положить его на стол, парный к твоему.
- И, конечно же, каждый из них подписан? - Катарина вздохнула. - А личность или внешность Восьмой известна? Н-да, про внешность я погорячилась. Мы тут все как на подбор.
- Ты краше всех, - тут же улыбнулся Гар.
- Я бы поспорил, - возмутился принц и тут же сник. - Прекрасный чай, мэдчен ван Ретт. Я не хотел сказать, что вы не красивы. Я лишь хочу отметить, что Мадди мне милее.
Поняв, что разговор окончательно утратил смысл, Германика выпустила особенно большой клуб дыма и взяла все в свои руки:
- Для всего есть место и время. Вот только на моих часах время раскрывать заговор, а не ворковать или сравнивать девиц.
- Прости, тетушка, но на твоих часах давно уже нет места любви, - брякнул Хиллиард и тут же получил трубкой в лоб.
- Гадкий, противный мальчишка, - фыркнула ничуть не оскорбившаяся Германика.
Но принц все равно счел благоразумным принести свои искренние извинения.
- Так мы знаем хоть что-нибудь о Восьмой?
- Да знаем, - с отвращением произнесла Германика. - Вся беда именно в том, что мы не знаем, насколько она сильна и опасна. Но она верит, что Зов работает. На первом завтраке она была среди придворных - ее сразу опознали. Особенно из-за головного убора, сквозь который просвечивал венец.
Принц допил чай и скромно попросил:
- Мадди говорила, что вы выращиваете восхитительные ягоды. А что касается Восьмой, то да, венец торчал.
Чтобы не разочаровать его высочество, Катарина вырастила три лианы - с черешней, клубникой и черникой.
- Во второй раз она переоделась прислугой и подметала сцену, - подхватил Альтгар, - рассчитывала обмануть Зов. Ведь невесте-избраннице следовало выйти на сцену. И двигаться по ней. Второй публичный завтрак она провела также среди гостей.
- Мы наблюдаем за ней. - Германика отщипнула с лианы клубничинку. - Но как я и говорила, не зная, на что она способна, входить в контакт не рискуем.
- Так вы поймали заговорщиков? - Катти и сама перехватила несколько черешен.
- Как бы да, - Альтгар недовольно скривился, - но понимаешь, главный виновник настолько виноват, против него столько свидетельств, что это выглядит слишком гладко.
- Думаешь, что его подставили?
- Я уверен, что бывший советник его величества в заговоре по самый, кхм... по самые уши. - Белатор прищелкнул пальцами. - Но так же я уверен, что он был не один. И что не он организовал это все. Видишь ли, устав белаторов, устав который мы клянемся соблюдать, прямо и недвусмысленно запрещает нападать друг на друга. Подстраивать ловушки, способные привести к смерти или увечью.
- А весь ближний круг короля клялся не причинять вреда его семье, - добавил Лиаду. - Очень вкусно, кстати. И получается, что советник не мог курировать покушение на меня, но мог - на Альтгара. Значит, где-то есть тот, кто подстроил ловушку Гару.
- И вы считаете, что это могла быть Восьмая. - Ван Ретт согласно кивнула. - Она так усердно прячется. И так уверена в своей исключительности.
- Либо же она - отвлекающий фактор, - рассудительно добавила Германика. - Мы имеем ворох вопросов.
- И личин, - протянула Катарина. - Мне нужна экстренная связь с тобой, Гар. Если Восьмая еще раз захочет со мной поговорить, я соглашусь провести ее к принцу.
- А принцем буду я, - широко улыбнулся Гар. - Прекрасная мысль.
- И мы тоже будем неподалеку, - хищно усмехнулась Германика. - Но на ближайшее время - ты, Катарина, и Мадди должны хорошо показать себя на балу. До первого бала Восьмая не появится. Но, возможно, придет на бал.
- Особенно если напомнить ей про Зов, - хмыкнул Лиаду.
Мора Ровейн настолько плотоядно потерла руки, что Катарина передернулась.
- Исполню в лучшем виде. Цветочек, сделай нам еще по чашечке. Люблю твой сбор.
- Медовый, - улыбнулась Катарина.
- Как тот, который мы собирали? - с легкой грустью спросил Альтгар.
- Да.
Через несколько минут чай исходил ароматным парком, а Германика вслух перебирала причины, по которым она Зовом вытащит невест на крыльцо.
- А может... О, это будет уморительно. И не смотри на меня так укоризненно, - мора Ровейн подмигнула Катарине, - мы делаем все, чтобы наш возможный кукловод поверил - у него все вышло. Собственно, это еще одна причина, по которой Восьмой позволено гулять по дворцовому парку.
Катарина отпила глоток, поставила чашку на стол и негромко спросила:
- Я не нашла в книгах ничего об истинных целителях. Что в них такого?
- Филигранная работа и запредельный запас сил. А так же возможность отменять большинство проклятий и неудачных ритуалов. Из тех, что затрагивают душу. - Германика даже пальцы загибала. - За них в Келестине полагается смертная казнь, а потому случай Лиаду - огромная редкость. Так что если эта горе-беженка рассчитывает на богатую практику, ей придется сильно разочароваться. Впереди у нее всяческие насморки, обморожения, порезы и царапины - обычная жизнь обычного целителя.
- А если это не она? - тихо-тихо спросила ван Ретт. - Боудира ведет себя странно, она настолько не хочет быть королевой, что даже не боится выставить себя на посмешище. Мадди пошутила, что мол, принц выбрал ванен Крют, и Боудира как с цепи сорвалась. Вдруг это она? Дар истинного целителя ведь не обязан сопровождаться приятным характером?
- Учитывая, насколько циничны наши целители, я бы даже сказала, что дар истинного целителя отягощен стервозностью, - хмыкнула Германика. - Что ж, значит, будем рассчитывать на то, что Восьмая захочет поговорить с тобой. Идите, мальчики, девочкам пошептаться надо. Идите-идите. Да, Гар, и ты тоже - тебя явно уже простили. Все после бала!
- Я лично принесу тебе болтушку, - шепнул Альтгар.
Катарина собрала в кулак все имеющееся мужество, встала и коснулась губами щеки Альтгара:
- Буду рада видеть тебя в любое время.
Глава 14
Сразу после ухода принца и белатора к Катарине зашла Мадди.
- Доброе утро. - Ванен Скомпф ежилась, кутаясь в шаль, и чуть-чуть позевывала. - Не знаю, что меня разбудило, но ощущения были отвратные. Мора Ровейн, нас ждет что-то гадкое?
- А я что у вас, предвестник несчастья? - делано оскорбилась Германика.
Мэдчен ванен Скомпф настолько выразительно посмотрела на дуэнью своей названой сестры, что той пришлось развести руками и признаться:
- Ну, будет кое-что. Но исключительно в интересах королевства.
- А в наших интересах что-нибудь намечается? А то красивые лозунги плохо выглядят в тарелке. Да и на вилку их не наколоть.
Неопределенно хмыкнув, Германика осторожно уточнила:
- Это вы сейчас о чем, мэдчен?
- Это я, уважаемая мора Ровейн, всего лишь о том, что если вы планируете гадость, то было бы неплохо предупредить об этом нас. И если не словами, то хотя бы буквами.
Мадди выразительно кивнула на секретер, где лежала чистая бумага и карандаши. Катти была полностью солидарна с подругой. Если Германика опять использует Зов, то хотелось бы знать, куда спешить.
- За час до обеда, - фыркнула мора Ровейн, встала, подобрала с пола свою трубку и подошла к секретеру. От которого и прыгнула куда-то по своим делам.
